Страница 39 из 77
Один из вариантов напрашивался сам собой — Рей являлся смеском. Вот только почему тогда Эмилия так спокойно отреагировала на слова про кровь? Может, она у полукровок не проявляется? Да нет, вряд ли такая синюшность никак о себе не заявила. Но мыслей лучше у меня пока не имелось.
Самым раздражающим было то, что ответ находился буквально под носом, в лице моей сестры. Вот только по каким-то не очень понятным мне причинам, делиться ими со мной пока не собирались.
Что ж, вероятно я наткнулся на другую ниточку, ведущую к разгадке.
Вновь сосредоточил всё своё внимание на пленнице, которая также успела успокоиться. Глаза погасли, температура вернулась в норму. Разве что выражение лица Эларийки стало ещё более удивлённым.
А вот настолько повышенное внимание мне сейчас было ни к чему. Синевласка смотрела прямо на меня, и хоть я и стоял в плотной толпе, задерживаться однозначно не стоило. Ещё и охрана ведёт себя как-то странно…
Вместо того, чтобы сосредоточиться и припугнуть разбушевавшуюся пленницу, они рыскали взглядами по людям, будто бы что-то выискивая. Некоторые даже спрыгнули с помоста, входя в толкучку и всматриваясь в лица каждого встречного.
— Пойдём-ка отсюда! — потянул я Эмилию за локоток, пригибаясь и исчезая в толпе. Третья нить воли выпрыгнула на свободу, превращая протискивание через давку в лёгкую прогулку.
— Что? Зачем? — сестра, потрясённая шоу в исполнении пленницы, вообще ни о чём не подозревала. — Ты видел, что только что произошло⁈ Она же только что применила стихийную силу, хотя находилась в клетке из глифира!
— Дома объясню, — кратко бросил я, слегка ускоряясь. Предчувствие говорило, что задерживаться здесь совсем не стоит.
А ведь такой хороший денёк мог выдаться… И зачем я вообще сюда сунулся? Хотя глупый вопрос — как минимум, ради научного интереса посмотреть на живую Эларию стоило.
Да и произошедшее нельзя было назвать совсем плохой новостью — я получил очень много пищи для размышлений.
Наконец, впереди показался выход с площади на одну из примыкающих улиц. Вот только добраться до него мы не успели.
Плотный строй солдат, взявшийся буквально из ниоткуда, перекрыл ближайший проход. Повертев головой по сторонам понял, что улицы справа и слева постигла такая же участь. Думаю, и не только них — площадь взяли в оцепление.
Сомнений больше не оставалось — всё это представление оказалось одной большой и продуманной мышеловкой.
И неприятнее всего было осознавать, что мышь, на которую велась охота — это я.