Страница 52 из 78
Большинство же высвобождали дух, накапливаемый тысячелетиями, что теперь сплетался в причудливые контуры внутри свернутых пространств. Запечатанные артефактные схемы пробуждались, проводили энергию по миллионам каналов и узлов. Сплетали ее в конструкты. Те сами высвобождались в реальность, скользили по граням миров, схлопывались, когда находили врагов, обращая в ничто само пространство, время и материю. Им в ответ ревели и били защитные руны, выставляющие барьеры, совершающие направленные импульсы выбросов сингулярностей. Тут и там реальность сворачивалась в точки, обращаясь в плотную пустоту и черноту. Страшное оружие, смертельное даже для вечных. Покупаемое из далеких миров, у великого клана пустоты. Каждый из четырех сражающихся имел несколько таких артефактов на случай последней битвы.
Демонические ядра открылись, изливая в артефакты миллионы душ. Сжигая все те запасы, что каждый из вечных бережно собирал за тысячи циклов, устраивая жатвы в подвластных себе империях. Смертные часто даже не знали, не помнили, что войны, захлёстывающие сотни локусов, не случайность, не прихоть местных императоров. А лишь необходимость, продиктованная великими кланами, стоящими над империями.
Мир испарился. Великая сфера обратилась в рваные лохмотья, что постоянно затягивались, все быстрее и быстрее, черпая дух из самой великой битвы, и оставляя внизу лишь бурлящие потоки магмы. Пока наконец одно из четырех светил, которому недоставало лишь крупицы до бессмертия, не погасло.
— Логичный итог! — Заключил мудрец, плетущий смыслы, втягивая в себя осколки души великого архонта. Те, что не распались. Те, что не канули за грань, растворяясь или в бездне, или на границе мира, где древние механизмы перерабатывали любую силу, пуская ее в формирование грани самого мира. Два других архонта, измотанные, раненные, вычищающие из душ остатки великих слов, смотрели на это с неприязнью. Но с признанием и пониманием. Анаватодуар получал душу говорящего. Они вдвоем делили все его земли и ресурсы. Дары же кузнеца надлежало разделить поровну.
Небесный Лорм уже сдавил на кончике крыла огромное сердце, давя то, и извлекая с десяток кристаллов. Великих даров кузнеца хаоса. Вот только в этот момент глава пауков зашипел, выражая крайнюю степень злости.
— Ублюдок! Он воплотил свою проекцию в потомка. И все остальные дары у него! — В сжатом ментальном послании показывалось все, что плетущий смыслы смог извлечь из пожираемой души. И то, как великий говорящий с бездной сам умертвил всех своих осколков, забирая их дары себе. Целых два десятка! Но не поглощая их! Вместо этого он взял всего лишь владыку, переселяя в того свою проекцию. Свою копию, ничтожную. Ради выживания которой пришлось запечатать стихии. Ибо мощь носителя силы не выдержит ни один владыка. Любой архонт бы побрезговал создавать лишь такую тень от тени себя прежнего в ущербной, калечной оболочке. Но перед лицом смерти говорящий все же решился. Превратил своего потомка в себя самого. И сбежал с оставшимися дарами. Ублюдок!
— Мы еще можем его догнать. Если постараемся. — Подытожил Лорм.
— Только если объединим все свои силы. Он уже за многие сотни локусов. Если не сгинул в пустоте. А если выкарабкался, бежит со всех ног. И будет бежать очень далеко — Сплюнул старик с парными мечами.
— Шанс есть. — Подытожил Анаватодуар, формируя новый ментальный посыл. Быстрый, четкий. О том, что все три клана должны объединить свои усилия. Скорость тут была решающей. И пускай для поисков придётся прочесать хоть миллион миров, истратив древние запасы ресурсов и расчехлив лучшие артефакты, но награда будет того стоить!