Страница 7 из 43
4 глава
Как заснуть, если вдруг осознаёшь, что жизнь не оборвётся через несколько минут? Я могла стоять в душе под горячей водой, могла грызть яблоки, смотреть вечерние телешоу и просто ничего не делать. Тупо смотреть в стену или в окно, и не бояться, что в следующую секунду всё закончится.
И как же не узнать побольше про новое тело? Облазила телефон вдоль и поперёк, но не нашла никаких интересных переписок или провокационных фотографий. Только работа и куча снимков цветочков, сделанных где-то в округе. Ни парня, ни подружек со сплетнями. На счету по нулям, в кошельке несколько купюр, а на кухонном столе письма с просроченной оплатой. Скукота!
Заснула прямо на диване, укрывшись мягким пледом. Перед этим облазила все шкафы и полки, перемерила одежду хозяйки, пощупала все неизвестные штуковины.
Что ж, Анна Ладман, должна признать, что ты невероятно скучная мадам. Ни красивого белья, ни сексуальной одежды. Серая мышка, чей гардероб забит строгими костюмами блёклых цветов и блузками, в которых разве что в церковь ходить.
Я много раз приносила Костлявому красоту и знала, что шикарный, обольстительный внешний вид не менее важен, чем симпатичная мордашка. Раз надо договориться с мужчиной, то есть лишь одно оружие: соблазнение. Не то, что бы я в этом деле специалист, но классные сиськи умеют творить чудеса.
Шесть утра, а я уже вертелась перед зеркалом, подбирая наряд. Юбка покороче, каблуки повыше. У хозяйки выбор невелик, но кое-что удалось найти. Отражение в зеркале мне нравилось, а если расстегнуть несколько пуговок на блузке, то Питер точно не устоит. Отдаст и ум, и сердце, и пин-код от карты. Деньги бы не помешали, мне необходимо принарядиться, да и вообще на что-то жить неделю.
Стук в дверь. Сначала тихий, я даже не поняла, что кто-то пытается привлечь моё внимание. Удары стали громче и требовательней.
Тина. Это имя из памяти хозяйки. Подруга… Нет, коллега. Они вместе ездят на работу. Без задней мысли распахнула дверь, натянув улыбку до ушей.
Не Тина.
На пороге стоял высокий, сногсшибательный брюнет, облачённый во всё чёрное, вплоть до рубашки. Густые волосы небрежно зачёсаны назад, словно он только вышел из душа. Широкие скулы, пухлые губы. А взгляд! В синеве глаз под длинными ресницами захотелось немедленно утонуть.
– Ого! – вырвалось из меня, и улыбка стала ещё шире. – Надеюсь, вы не ошиблись домом.
Незнакомец осмотрел меня с головы до ног, нахмурил выразительные брови и облокотился рукой на косяк двери. Теперь он выглядел ещё больше. Рукава пиджака вот-вот порвутся от напряжённых мышц.
– Не пытайся меня обмануть, – завораживающим бархатным голосом произнёс гость.
– Да ни за что, – обомлела я в ответ, содрогаясь от звуков его голоса.
А в голове тем временем, билась неприятная мысль: меня раскусили? Как он узнал, что в теле девушки кто-то другой?
На глаза попалась белая полоска ткани под воротником. Коловратка. Едрить, да это же священник! Так, стоп. Они разве в курсе, что происходит у их начальства?
– Лили, глазки будешь строить смертным. Ты и правда выглядишь как верная собачка. Косточку бросить?
Он знает моё настоящее имя. Хамит. Обзывает собачкой.
Улыбка медленно сползла с лица, превратившись в кривой оскал.
– Карти?
– Карстен. Карстен! Тысячу раз говорил, чтобы прекращала неуважительно сокращать моё имя!
Невероятная красота мужчины тут же померкла. И волосы у него какие-то сальные, и губы слишком полные, словно пчёлы покусали. Да и под пиджаком наверняка не мышцы, а жирок.
– Какого хрена ты здесь делаешь, Птенчик?!
– Я. Не. Птенчик!
– А кто же? Крылышки есть? Есть. Но ты их никому не показываешь. Стесняешься? Понимаю, мужчины часто стесняются своего размера. Ну ничего, главное же не размер, а умение. Да, Птенчик?
Небрежно висевшая на дверном косяке рука сжалась в кулак. На лбу мужчины проявилась голубая венка и нервно пульсировала в такт нарастающего гнева.
– Можешь сколько угодно издеваться, собачка Костлявого, на меня это не действует.
– Ты первый раз в теле человека? Ещё как действует. – Уже серьёзно произнесла я, срывая с шеи белую полоску, чтобы ангел не палился слишком сильно среди смертных. – Ты в его мыслях, страхах, воспоминаниях. Если попадётся особо буйный, можешь много дурных дел натворить. Так что держи себя в руках и выкладывай, зачем припёрся.
– Чтобы остановить тебя. Питер Удно не должен отдать вам свой дар.
– Ещё чего! Отдаст как миленький. Видишь, – я выставила перед собой ножку и повертела каблуком. – Я во всеоружии.
Карти устало вздохнул, но как-то неестественно. Заметно, что на земле он впервые и человеческое тело для него в новинку.
– Через несколько лет на мир обрушится страшная болезнь. Именно разработки Удно спасут миллионы жизней. Если заберёшь его ум, он по глупости уничтожит свои многолетние труды. Так что его судьба предрешена.
– Его судьба – отдать дар и сохранить жизнь. Моя судьба – получить новую должность и больше не умирать. Тебя, крылатый, в этой схеме нет.
– Я не позволю и не отступлю.
– Да? И что же ты сделаешь?
– Остановлю тебя.
– Смерть тоже останавливал? Дай догадаюсь: нет, потому что страшно подойти к Костлявому.
– Потому что сейчас речь о Питере Удно. Смерть дал тебе задание, которое невозможно выполнить, а ты, радостно виляя хвостиком, помчалась его выполнять.
– И выполню его, – я ткнула пальцем в каменную грудь, ничуть не боясь нависшего здоровяка. Он же ангел, ничего дурного не сделает. – Как ни старайся, ты мне не помешаешь.
Карти не думал отступать. Обычно при встрече мы обменивались колкостями и расходились в разные стороны: он к себе на небеса, я в чертоги Смерти, и друг к другу в гости зайти не могли никак. Но на земле нам некуда разбегаться. Поэтому мы продолжали стоять и молчать, тупо пялясь друг на друга.
– Ты бесишь, – фыркнула я. – Прям сильно бесишь.
Наглая ложь. Меня обуяла зависть. Ну почему доставучему ангелу досталось потрясающее тело, обворожительная рожа и дорогие часы, а мне неприметная девчушка с мелочью в кармане? Я даже не сразу задумалась о словах Карти про подвох от Костлявого. Ведь он прав: я ни черта не знала о том, как Смерть договаривался с людьми. Сколько из них отказывали? Скольких спасали ангелы?
– Твою же мать… Не верю, что Костлявый подставил.
– Гав-гав, наивная собачка.
«Биб-биб», – послышалось из-за его спины.