Страница 45 из 58
— Куда повезёшь? Какой город? – надрывалась Сахаджанья.
Гандхарв что-то крикнул в ответ, Анджали не расслышала. Зато увидела.
От дворца Амравати к ним бежала Хема. Бежала так, словно спасала собственную жизнь, теряя туфли и браслеты.
Воздушная волна тоже взметнула её волосы, Хема взмахнула руками, пытаясь идти против неё, но сил не хватало. Тогда она закричала, но шум и ветер топил её голос.
— Анджали-и-и! Посто-о-ой!.. – донеслось что-то вроде мышиного писка.
Анджали не ответила, не махнула рукой в ответ, и Хема, вдруг решившись, упала на выложенную древними камнями площадку и поползла, отталкиваясь босыми ступнями и пачкая в пыли дорогие шёлковые одежды.
— Наставница, - Анджали схватила Сахаджанью за плечо и развернула лицом к ползущей Хеме, - остановите её. Не хочу с ней разговаривать. И видеть её не хочу.
Она подтолкнула наставницу прочь от виманы, а сама запрыгнула в летающую колесницу и села в кресло, пристёгивая ремень.
Ей было видно, как наставница, пригибаясь, бежит к Хеме, а та ползёт с таким упорством, что закусывает редкие травинки, что умудрились прорасти между каменных плит.
Дверца колесницы бесшумно поползла в пазах, постепенно закрывая дворец, двух женщин, избиваемых ветрами, и Анджали отвернулась к другому окошку, в которое были видны пруд и роща.
Вимана дрогнула, её крылья завертелись быстрее, и металлическая птица, качнувшись, взлетела в синее, синее небо.
Вимана уносила госпожу Шакрани всё выше и всё дальше, и возлюбленная царя богов не могла знать, что происходит возле дворца богов в городе Амравати.
Когда Сахаджанья добралась до Хемы, та уже прекратила свою безумную попытку и стояла на коленях и царапала себе щёки, с ужасом глядя в небо, где исчезал белый след, оставленный виманой.
— Сегодня все сошли с ума, как видно! – сердито воскликнула Сахаджанья и одним рывком подняла лёгкую Хему на ноги. – Посмотри, на кого ты похожа, дайвики! На блудницу, которая напилась виноградного сусла и валяется в подворотне!
— Я должна её остановить.. Мы должны её остановить.. - бормотала Хема, и в самом деле сильно походя на сумасшедшую.
— Кого остановить? Зачем остановить? – Сахаджанья пригладила ей волосы и одёрнула задравшуюся одежду. – Понимаю, вы поссорились. Не знаю, правда, из-за чего.. Но ни одна дружба не стоит, чтобы так унижаться. Пойдём, тебя надо умыть и причесать. Если увидят, что дайвики бегает по царскому дворцу в таком виде..
— Вы не понимаете! – завопила Хема, но тут же понизила голос и зашептала, хлопая ресницами, из-под которых ручьями текли слёзы. – Я слышала.. подслушала.. Они сделали это нарочно.. Госпожа Шакти и дайвики Урваши.. Этот мудрец, Вамадева.. Он уже погубил двух апсар силой своего подвижничества.. Превратил их в камень, когда они пришли соблазнять.. И теперь это же ждёт Анджали!..
Сахаджанья молча выслушала её путанные объяснения, а потом схватила за локоть и потащила.
— Пошли! – коротко сказала она.
— Куда?.. – растерялась Хема, по пути подбирая оброненные туфли.
Про браслеты она забыла и теперь с надеждой смотрела на наставницу.
— Найдём Тубуру, попросим его догнать виману с Анджали, - объяснила Сахаджанья. – Я знаю, куда её повезли!
Обе женщины бегом бросились к виманам, которыми управляли младшие гандхарвы, и на которых апсары перемещались из города в город.
Пришлось ждать, когда соберётся достаточное количество женщин, желавших поехать в Тринаку, потом вимана долго болталась в воздухе, попав в поток ветра. Но, наконец, полёт закончился, и Сахаджанья с Хемой снова припустили бегом, отыскивая гандхарва Тубуру.
Гандхарва они нашли лишь к вечеру, когда он вернулся в свой дом после того, как объезжал город с проверкой сторожевых постов.
Узнав, о чём просят женщины, Тубуру лишь покачал головой:
— По приказу правительницы Шакти, никто не может покидать гору Сумеру, - пояснил он. – Ни одна вимана не имеет права вылетать за пределы небесного мира. Вам придётся либо получить разрешение у госпожи Шакти либо дождаться отмены этого приказа.
— А ради меня ты не можешь нарушить этот приказ? – спросила Сахаджанья низким, волнующим голосом. – Нам всего-то и нужно, что незаметно слетать на землю и вернуться..
— Ты в своём уме, женщина?! – Тубуру даже побагровел. – Однажды я уже нарушил ради тебя закон и чуть не вылетел с должности быстрее виманы! Почему всё, о чем ты просишь – это всегда связано с преступлением простив богов? Ты представляешь своим куриным умом, что слетать «незаметно» на землю не получится? Вимана – это не лошадь, которая ничего не скажет! Боги умеют разговаривать с виманами, и всегда знают, куда летала колесница и когда именно. Так что – забудьте. Никто ни за какие посулы не повезёт вас на вашу проклятую землю. Что вам там понадобилось? Там нет ничего хорошего, можете мне поверить.
Никакие просьбы и мольбы не смогли убедить его, и женщины покинули дом гандхарва ни с чем.
Сахаджанья сквозь зубы процедила что-то не особенно лестное о мужественности Тубуру, но Хема внезапно перестала лить слёзы и схватила её за руку.
— Я знаю, кто нам поможет, - сказала она пылко. – Помните Коилхарну, наставница? Он был так влюблён в Анджали. И когда она исчезла, всё время расспрашивал о ней. Вы знаете, что он так и не женился? Ради Анджали он рискнёт улететь из Тринаки!
— Хм.. - Сахаджанья была не так уверена в этом, но пойти к гандхарву Коилхарне согласилась. – Только не говори, что в этом замешена госпожа Шакти, - предостерегла она Хему. – Против неё не пойдёт даже влюблённый безумец.
Была уже глубокая ночь, когда они добрались до дома Коилхарны.
Гандхарв открыл им и встал на пороге – широкоплечий, высокий, заслоняя свет, льющийся от светильника, и от этого казавшийся даже не смуглым, а чёрным. Он только что выкупался, и был в одной набедренной повязке и туфлях без задников.
— Что вам надо? – спросил он неприязненно.
Хема объяснила ему, что Анджали отправилась на землю по срочному поручению, и теперь её необходимо забрать, но, как назло, вылет виман с горы Сумеру запрещён.
— Не мог бы ты слетать за ней? – спросила Хема, просительно глядя на гандхарва снизу вверх. – Уже ночь, мы с наставницей так переживаем.. Сам знаешь, что земля – страшное и опасное место!
— С чего это её понесло в это страшное и опасное место? – поинтересовался Коилхарна, исподлобья посмотрев на Сахаджанью, которая молчала, сложив руки и опустив глаза.