Страница 9 из 11
Каково это, когда молния бьет в грудь, но оставляет дыхание? Раньше ему сие было не ведомо, но теперь Миргар вполне может поддержать беседу на такую неоднозначную и непростую тему. С аргументами.
Как живительное тепло пронеслись слова Раргагра Огненного сквозь измученный страданиями разум, так долго выбиравший «наименьшее зло» и никак не имевший сил определиться.
Судьба и Старые Боги, или родственники, что будет точнее, его помиловали. Вернули смысл жизни, цель, право быть, дышать, хранить честь династии.
Как бы затейливо ни легла в итоге его дорога, но некоторые вещи неизменны: Королеву Зинзимона новоиспеченный Сын Севера встречал уважительно склоненной головой. Мать, очень злорадно улыбаясь, направилась к алтарю, куда метко брошенный Миргаром родовой кинжал прибил демона.
Все понятно — семейного хранителя заждался его зим-рил.
Взяв за руку пунцовую от смущения Мириллу с заплаканными, но сияющими от счастья глазами, Миргар подошёл к родителям и деду. В звенящей морозной тишине молодые люди опустились на колени и принц заявил:
— Воистину, сегодня вы подарили мне вторую жизнь. Счастливую. Об одном лишь прошу — благословите.
* * *
Что же, брат с сестрой сделали свой выбор, как-то умудрившись сплести в надежный канат желания сердца, устремления души и долг крови.
Хитрые засранцы дружно выбрали свалить с Севера, подальше от родни.
Нет, она их понимала, конечно. Сама о таком долго мечтала. Но Судьба не просто шутит, злит и испытывает. Да, демон тоже постарался, но именно размышления о смысле собственной жизни принесли Эйе Эльроре понимание, как до́лжно ей поступить.
Утро после ритуальной ночи выдалось безветренным. Небо было высоким и чистым. Мороз — терпимым.
Или это принятое решение так изменило для нее все вокруг?
Прихватив плащ, Первая Наследница Короны Зинзимона, сестра правящей Королевы, не предупредив охрану, умчалась на «Язык Крови».
К древнему ритуальному камню. Снова.
— Здесь и сейчас, перед лицом Старых Богов у алтаря королевской династии Зинзимона, я — Эйя Эльрора, заявляю, — на древний камень опустился Малый Женский Венец, украшенный зим-рилами. — Я — старшая дочь Раргара Огненного и Эйи Мироры Кровавой.
В дрожащей тишине, объявшей «Язык Крови», на алтарь легли надрезанные крест-накрест ладони первой из наследниц Зинзимона.
Алые капли впитались быстро, и с пронзительным звоном лопнувшей струны древний камень явил миру новую Корону Наследницы, усыпанную кровавыми лепестками вперемешку с аквамаринами.
Залитая светом Айрмирона, высоко держа голову в новом Венце, шла к Зимнему Замку по свежему снегу та, которой хватило сил признать перед всем миром, что кровь не водица, но истинные родители — те, кто вырастил. И да, шанс на счастье упускать не в правилах наследниц Константа.
А когда на закате этого судьбоносного дня, Эйя Эльрора опустила ладони в воды Священного озера в Заповедном Лесу, то весь Зинзимон наконец-то снова услышал её звонкий весёлый смех.
Он принес жителям Королевства радость и покой, подарил Правящей чете, стоявшей в обнимку на верхнем замковом балконе, счастье и тепло, а замершему у кромки Заповедного Леса Лернару — восторг и надежду.