Страница 87 из 162
Когда последний аккорд отзвучал, и мы замерли в финальном поклоне друг перед другом, я уже смотрела на Кристиана иначе. На миг показалось, что под этой маской скрывается что-то сложное, ранимое, но это впечатление тут же растворилось, когда он отпустил мою руку с тем же изящным равнодушием.
Для меня он снова стал Кристианом — высокомерным, легкомысленным сердцеедом, любимцем женщин и нахалом, чьи перепады настроения были так же необъяснимы и раздражающи, как ветер в мае.