Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 187 из 2099

Глава 16

В комнате воцарилась какая-то звенящая тишина. Будто и звуков никаких не было, но напряжение, витавшее в воздухе, разве что не вибрировало.

Темный сделал пару пассов над горшком и начал бормотать заклинание. Окружающие, скорее всего, ничего не почувствовали, а Гита очень явственно ощутила, как просыпается магия мужа. Она обволакивала супницу плотным облаком, "сканируя" содержимое.

— Что это?! — испуганно ойкнула Харитина.

Все разом отмерли, зашуршали, подвигаясь ближе к горшку, смыкая полукольцо вокруг Йолика. Маг, хотя и продолжал магичить, их не прогонял, позволяя стоять рядом.

— Смотрите, как синеет! — восторженно крикнул младший поваренок.

Он чуть ли не под локоть Йолику подлез, стараясь ничего не пропустить.

— Пальцем не тыкай! Чародейство проткнешь, — сурово шикнул на него старший.

— Разве оно протыкиваемое? — удивленно пробормотал механик Маздуфф.

А камердинер Ковырялова ничего не сказал, он старательно следил за горшком. Именно следил — его глаза так энергично двигались туда-сюда, что казалось, вот-вот выпадут из орбит. Гита тоже не выдержала — потянулась к горшку, чтобы посмотреть, что он там увидел. Может, червячок какой по кулешу бегает?

Забывшись, магичка придвинулась слишком близко к Йолику. Хлопок! Вспышка! А-ай...

Гита, на миг ослепленная магией мужа, испуганно отшатнулась. Но было поздно — темная и светлая магии уже встретились, заклинание Йолика начало палить мелкими фейерверками. Окружающие, расшвыривая стулья, отскакивали от стола, стараясь убежать подальше от страшного колдовства. Только поварята остались стоять, разинув рты.

— Вот это потеха... — прошептал старший.

— Огненная! — добавил младший.

К их разочарованию, потеха длилась недолго. Взмахнув рукой, Йолик ловко, одним махом, сгреб свою магию в кулак. Высыпал все еще стреляющие искорки прямо в рот и шумно сглотнул, облизнувшись. В тот же миг его глаза загорелись красными огоньками.

— Бежим! А то щас магией шибанет! — всполошено заорала ключница Алья.

— Стоять! — рыкнул Йолик. — Уже не шибает.

Действительно, глаза темного мгновенно потухли, магических огоньков нигде не было видно. Только супница слегка дымилась, распространяя аромат свежеподогретого кулеша.

— И это всё? — разочарованно спросил поваренок. — Потехи больше не будет?

— Не будет, — расстроила его Гита. — Кино-то уже кончилось, — тихонько добавила она.

По комнате пронеслась волна разочарованных вздохов. От гостей явно ждали новых фокусов.

— Йолик, а теперь объясни нам, пожалуйста, что здесь происходит, — попросила Гита.

"... и что за представление ты разыграл", — хотела добавить она, но вовремя спохватилась.

Авторитет мужа никак нельзя было ронять. Задание ведь еще не выполнено, до лесопилки они даже не добрались. Люди должны верить в могущество городских магов.

Темный, внушительно прокашлявшись, громко объявил:

— Уважаемые господа, попрошу вас посмотреть сюда!

И ткнул пальцем ровнехонько в центр супницы. Энергично — чуть палец в кулеше не утопил.

"Господа" дважды просить себя не заставили, зашумели-зашелестели, снова подходя к столу. Первой в супницу заглянула Харитина:

— Это что озорство?! — взвыла она раненым бургодутом. — Кто позволил едой баловаться?! Где ж это видано, хверверками ее коптить!

И глянула на Йолика так свирепо, что он на всякий случай шагнул назад:

— Это не я! — пробормотал торопливо. — Оно там уже было, я только на поверхность его вытянул. Гита, посмотри. Это по твоей части.

Сообедники расступились, давая магичке подойти к столу. Она внимательно всмотрелась в горошок с кулешом, который приобрел насыщенный синий цвет. Надо сказать, очень красивый, настоящий "мертвенный индиго". Не удивительно, что Харитина так рассердилась — в этой безнадежной синеве даже мясо нельзя было рассмотреть.

Гита осторожно поводила рукой над горшком, прислушиваясь к своим ощущениям. Склонившись, нюхнула похлебку:

— Похоже на настой сунь-трынь травы, — пробормотала она. — Думаешь, кто-то подлил его в готовое блюдо?

— Но здесь никого чужих не было! — возмутилась Харитина.

— Не было! Мы бы видели! — загалдели остальные.

— А воду для еды вы откуда берете? — спросил Йолик. — В нее могли подлить.

— Из бачка, который на улице. Нам специально для кухни родниковую привозят, — объяснила кухарка. — Ой-й... А бачок-то у дороги! И не следит за ним никто. Это что же получается, у меня теперь весь обед испорчен? Чем я людей накормлю? — расстроенно всхлипнула она.

— Подождите, сейчас исправим, — успокоила ее Гита. — Эта трава не вредная...

— Ага, только посинеете от нее на сутки, — добавил Йолик.

— Как это "посинеем"? — рассердился Маздуфф.

А камердинер Ковырялова ничего не сказал. Глядя на него, можно было подумать, что остаться голодным для него страшнее, чем слегка посинеть. Уж очень заметно он сглотнул, глядя на кулеш.

Гита не слушала их перепалку, молча делала свое дело. При помощи своей магии воды она ловко выпарила синий настой, вернув кулешу естественный цвет. Лишь потом спохватилась, что забыла отобрать хоть чуть-чуть отравы в плошку. Что теперь Ковыряловву предъявлять?

— Да ты мастерица! — восхитилась Харитина. — Неужели, и есть это можно будет?

— Можно! — подтвердила Гита. — Только надо еще воды добавить, а потом Йолик немного подогреет похлебку своей магией. Чтобы уж наверняка ничего плохого не осталось.