Страница 81 из 104
67
Полина-Аполлинария
— Открывай глаза, — пробился в моё уплывшее сознание голос. Следом меня смачно пнули в бок. Я зашипела от боли, зато соображение начало быстро возвращаться.
— Не беси меня! — повторил тот же голос с угрозой, и я с трудом, но разлепила веки. Поводила глазами туда-сюда, пытаясь восстановить зрение. Поняла, что лежу на полу, а в кресле напротив меня кто-то сидит. Женщина в голубом платье – мне было хорошо видно край подола и выглядывающий из-под него серый женский башмак.
Я с трудом села, помогая себе руками. Откинулась спиной на стену и подняла голову, рассматривая развалившуюся в кресле достопочтенную Доротею. Ой, Доротея ли это? Даже в моём полуобморочном состоянии и в полумраке помещения было заметно, как сильно женщина изменилась.
Вместо суетливой толстушки с вечно тревожным взглядом передо мной сидела сбитая, спокойная, как удав, крепышка. Потемневшие волосы она собрала в высокий хвост, рукава платья закатала, открывая мускулистые, почти мужские предплечья. Пухлые румяные щёки женщины побледнели и втянулись так, что обозначились острые скулы. Нос у нее удлинился, рот стал шире и губастее, чем-то напоминая мой нынешний. Голубые глаза посветлели, став почти белыми, и смотрели на меня с холодным интересом.
Но больше всего мне не понравилось то, что эта новая Доротея крутила в пальцах моего золотого петушка…
— Где второй? — спросила она, заметив мой прилипший к игрушке взгляд.
— Кто второй? — решила я прикинуться дурочкой.
Женщина прищурилась и осуждающе зацокала языком. Подалась ко мне и посоветовала:
— Марша, лучше не зли меня. Куда девала второй ключ?
О, у меня ещё одно имя появилось?! Теперь я не только Аполлинария Милославич!
— Кто такая Марша? — уточнила. Ощущая себя жутко слабой, медленно подтянула ноги и решила попробовать встать. Уперлась руками в пол, приподнялась – и тут же получила мощный удар кулаком в лоб.
— Сидеть!
Я повалилась обратно на пол и затихла, изображая обморок. На самом деле и притворяться особо нужды не было – перед глазами всё поплыло, закачалось… Удар у бабы – словно лошадь копытом приложила!
Эх, может, зря я выпила зелье против драконьего оборота? Сейчас бы разозлилась как следует и на нервной почве обернулась драконом. Спалила бы к чертям собачьим эту боксёршу и жизнь себе спасла, потому что никто другой защищать меня не спешит!
И так вдруг горько стало, что меня почти у всех на глазах украли, и никому до этого дела нет, что я не удержалась и всхлипнула…
— Марша, я ведь долго уговаривать тебя не буду… Ответь на мой вопрос, и, может быть, я сохраню тебе жизнь, — между тем продолжала говорить жуткая женщина.
Поняв, что зрители моему обмороку не верят, я повторила недавнюю цепочку действий: открыла глаза, упёрлась руками в пол и села, откинувшись на стенку за спиной.
— Слушай… Э-э-э… Не знаю, как тебя зовут… Я не Аполлинария. И тем более не какая-то Марша… — прохрипела, решив, что терять мне в данной ситуации нечего. — Мое имя Полина. В своём мире я выпала из окна и должна была умереть. Но вместо этого очутилась в этом теле, в вашей «Школе драконьих жён».
Я извиняюще развела руками и пожала плечами – прости, дорогая, так получилось… Не знаю, на что я рассчитывала, признаваясь, что не Аполлинария и не Марша. Может, надеялась, что тётка с пудовыми кулаками, услышав мои объяснения, поймёт, что ошиблась, прослезится от умиления и отпустит меня восвояси?
Не знаю, честно говоря. Да это и не важно оказалось, потому что «достопочтенная» стремительным движением подалась ко мне, выбросила вперёд руку и схватила меня за шею.
Ласково-ласково, так что у меня кровь застыла в жилах, произнесла:
— Ты меня за нос поводить решила, Марша? — И начала сжимать пальцы. Сначала слегка, с интересом наблюдая за выражением моего лица. Потом сдавила чуть сильнее… Ещё сильнее, пока в шее у меня не захрустело.
Я хрипела, дёргалась, своими тоненькими пальчиками пыталась отодрать от горла ломающую его клешню и чувствовала, как жизнь вместе с воздухом всё быстрее утекает из моего тела. А ненормальная баба смотрела на мои мучения и, кажется, ловила от этого кайф.
Когда перед глазами у меня начало темнеть, а тело обмякло, рука с моей шеи исчезла. Я полумёртвой кучкой повалилась на пол и затихла, теперь уже не притворяясь, что не могу пошевелиться. Ну как так?! Почему я должна помереть из-за проделок других людей?!
Я лежала скорчившись, уверенная, что мой жизненный путь вот-вот завершится. Настроилась услышать пение ангелов. Или приглашение на раскаленную сковородку – в зависимости от своих заслуг перед мирозданием. И вдруг по ушам ударил грохот, пол подо мной затрясся, словно землетрясение началось. Раздалось страшное звериное рычание, и Доротея истошно завопила.
Не в состоянии пошевелиться, я слушала, как вокруг творится какой-то бедлам. К женским крикам и рычанию добавились топот нескольких пар ног, мужские голоса, ругань и громкие команды.
Превозмогая тошноту и головокружение, я попыталась сесть, чтобы понять, что происходит, но мне не дали. Крепкие руки подняли меня и куда-то понесли. При этом хорошо знакомый мужской голос злобно рычал возле моего уха: перечислял тридцать три способа, которыми меня накажут за исчезновение, непослушание и привычку влипать во все проблемы мира.
Э-э, за что наказывать-то?! Между прочим, я – пострадавшая сторона, и меня нужно не ругать, а жалеть.
— Нарр, куда ты? — раздался чей-то вопрос.
— Куда надо! — ответил несущий меня мужчина. — Своим делом занимайся – преступницу в кандалы и на допрос. Разберусь с… Кое с кем, и присоединюсь к вам!
Через несколько минут кожи коснулся свежий ветерок – похоже, мы вышли на улицу. Я открыла глаза и начала возиться в держащих меня руках.
— Нарр, отпусти... Куда ты меня тащишь?!
— К целителю! Ты свою шею видела?! — господин дракон, который король Нарравар, пинком открыл дверь в лазарет. — Пришли.
— Что случилось?! — навстречу нам выскочила помощница лекаря Лейла, за ней следом – мужчина в такой же мантии, как у нее.
— Раненая случилась! — сообщил Нарр, заходя в уже знакомую смотровую с каменной кушеткой. Сгрузил меня на нее, впрочем, довольно аккуратно, и совершенно неаккуратно заорал на мужчину в мантии: — Быстро осмотреть пострадавшую! Где Жаэль?