Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 35 из 74

Глава 21

Дар

После обеда Мира уехала к дочкам. Я не отпустил её просто так — нагнул прямо на кухонном столе, среди тарелок и чашек, заставив её забыть обо всём на свете. Она уехала с влажными глазами и сбившимся дыханием, пообещав вернуться к вечеру. Я стоял у окна и смотрел, как её машина исчезает за поворотом, ощущая на губах её вкус и чувствуя, как напряжение снова собирается внизу живота. Но сегодня у меня были другие планы.

Мои люди нашли её мужа.

Я надел чёрную рубашку, закатал рукава до локтей и вышел из дома. Солнце клонилось к закату, но день всё ещё дышал жарой. В машине работал кондиционер, но меня трясло от холода — или от злости, которая копилась внутри с того самого момента, как я узнал, что этот человек сделал с Мирой.

Я знал, что он сотрудник полиции. Знал, что просто так он не сдастся. Но у меня были козыри в рукаве, и я собирался их разыграть. Встреча была назначена в нейтральном месте — небольшом кафе на окраине города, где вечером почти не бывает посетителей. Я приехал за десять минут до назначенного времени, заказал чёрный кофе и сел за столик у окна, откуда был виден весь зал.

Он вошёл ровно в семь. Высокий, подтянутый, в гражданской одежде, но с выправкой, выдающей человека при погонах. Спокойный взгляд, твёрдая походка. Он не оглядывался по сторонам в поисках подвоха — он просто пришёл, как приходят на переговоры равные с равными. Это мне в нём понравилось. Но это ничего не меняло.

Он сел напротив меня, жестом отказался от кофе и положил руки на стол. Крупные ладони, пальцы сбиты на костяшках — работал не только головой, но и руками. Он смотрел на меня без страха, без злости, а с какой-то усталой решимостью. Словно знал, чем закончится этот разговор, но собирался биться до конца.

— Ты Дамир, — сказал он не вопросом, а утверждением. — Я о тебе слышал. Ты тот самый, кто крутится вокруг моей жены.

— Твоей бывшей жены, — поправил я, делая глоток кофе. — Пока ещё формально. Но это вопрос ближайшего времени.

Он усмехнулся — не зло, а скорее грустно.

— Ты думаешь, это так просто? Мы прожили вместе десять лет. У нас двое детей. Ты думаешь, что можешь прийти и забрать чужую семью?

— Я не забираю чужую семью, — ответил я спокойно. — Я забираю женщину, которую ты не смог удержать. Женщину, которую ты временами бил, которую оскорблял, которую заставлял работать. Я не вор. Я тот, кто пришёл исправить то, что ты сломал.

Он нахмурился. Его пальцы сжались в кулак, но он сдержался — профессиональная выдержка дала о себе знать.

— Это ложь, — сказал он тихо. — Я никогда её не бил. Я любил её.

Любил? — я подался вперёд, понижая голос. — А то, что ты поднимал на неё руку, это любовь? А то, что ты пропадал ночами, оставляя её одну с детьми, это любовь? Это забота о семье?

Я видел, как его лицо дёрнулось. Он открыл рот, чтобы возразить, но я продолжил:

— У меня есть доказательства. Показания соседей, слышавших ваши ссоры. И многое другое. Я могу передать это в суд, и ты не только потеряешь жену — ты потеряешь работу, лишишься прав на детей и сядешь в тюрьму. Но я предлагаю тебе другой вариант.

Он молчал, сверля меня взглядом. Я видел, как в нём борются гордость, страх и что-то ещё — возможно, остатки совести. Он был силён духом, это правда. Такой не сломается от первой угрозы. Но он был не глуп. И он понимал, что если я пришёл к нему с этим разговором, значит, у меня есть чем подкрепить свои слова.

— Какой вариант? — спросил он наконец, и голос его сел.

— Ты подписываешь развод. Добровольно. Без скандалов, без судов, без борьбы за имущество и детей. Ты не претендуешь на алименты с неё и соглашаешься на ограниченное общение с детьми — под надзором органов опеки. Взамен я забираю из суда все материалы, которые могут тебя уничтожить.

— А если я откажусь? — спросил он. — Ты убьёшь меня?

Я покачал головой. Встал, достал из кармана конверт и бросил его на стол перед ним.

— Если ты откажешься, завтра утром этот конверт окажется на столе у твоего начальника. Послезавтра — в городской прокуратуре. А через неделю ты будешь давать показания не как сотрудник полиции, а как обвиняемый. Выбор за тобой.

Я развернулся и пошёл к выходу. Но он окликнул меня:

— Подожди.

Я остановился, не оборачиваясь.

— Ты правда её любишь? — спросил он. — Или просто хочешь поиграть со мной?

— Я люблю её, — ответил я, не оборачиваясь. — Сильнее, чем ты когда-либо мог. И я не отдам её. Ни тебе, никому другому. Ни теперь, никогда.

Я вышел на улицу и вдохнул вечерний воздух полной грудью. Через минуту он вышел следом, подошёл ко мне и протянул руку. В ней был подписанный лист.

— Забирай, — сказал он сухо, не глядя мне в глаза. — И если ты сделаешь ей больно… я найду способ до тебя добраться. Даже из тюрьмы.

— Я сделаю её счастливой, — ответил я, принимая бумаги. — Это единственное, что тебя должно волновать.

Я сел в машину и включил зажигание. На телефоне мигало сообщение от Миры: «Я скоро буду. Скучаю».

Я улыбнулся и набрал ответ: «Я тоже. Жду. Есть отличные новости».