Бал Кровавой Луны

Глава 31

Я молчала, и Рэйн, не выдержав, задал вопрос:

— Почему не сработало?

Конечно, его интересовало, почему я не поддалась чарам. Но мне совсем не хотелось рассказывать о рябине. И выдавать своего помощника тоже. Может мне и не стоило надевать сейчас защитный амулет, надо было позволить ему проверить меня полностью. Однако я не придумала, куда спрятать с трудом добытые ягоды, поэтому и нацепила их на себя. Уж под юбку мне Рэйн точно не полезет. По крайней мере, я на это надеялась.

— Я не знаю… — прошептала, чтобы не выдать дрожь в голосе. — Но я могу поклясться чем угодно, что не убивала никого. Тем более, короля. Я всегда была на виду у кого-то, на кухне толпы людей, повара, управляющий. А прежде, чем оказаться на балу, я была с женщиной, у которой белые волосы и пустая спина.

— Опиши женщину подробнее, я проверю твои слова.

Я постаралась рассказать всё в мельчайших подробностях. Даже о её платье упомянула, о том, что она привела в порядок мои волосы и уложила их так, что уши не было видно. Рассказала, какой тропой мы шли, как пробиралась одна сквозь сырой тоннель. Когда я постаралась напеть мелодию, что мурлыкала себе под нос та дама, рыцарь остановил меня.

— Достаточно. Я понял, постараюсь найти её.

Мои вокальные способности оскорбили его тонкий слух? Ну, я ничего не могла с этим поделать. Главное, что он прислушивался к моим словам.

— Что я теперь должна делать? — осторожно спросила, наконец вставая с его кровати.

— Помогать. Я подумаю, как именно. Будешь слушаться меня, если хочешь выжить.

Выжить, я, конечно, хотела. Но не только. Мне нужно было ещё и разорвать контракт с Малконом. И не только свой. Но стоило ли просить об этом прямо сейчас? Для начала неплохо бы выяснить, союзник ли мне Рэйн.

— Ты мне веришь? — спросила я прямо.

— Я никому не могу доверять безоговорочно, — тут же ответил он.

Конечно. Прямые ответы на неудобные вопросы совсем не в духе фэйри. Но нам нужно было прийти к какому-то результату. Если он не будет мне доверять, то в любую минуту я буду ожидать казни. И уж точно не смогу думать о помощи этому мужчине.

Понимая, что придётся чем-то пожертвовать, я стала поднимать юбку, оголяя босые ноги.

— Что ты делаешь? — спросил Рэйн холодным голосом. Его лицо стало непроницаемым.

— Чистосердечное признание в знак доверия. И надежда на взаимную честность, — ответила я, добираясь до рябины. Слова: «Насколько это возможно для фэйри», я решила оставить при себе, вовремя прикусив язык.

Меня терзали сомнения, правильно ли я поступала сейчас. Но не знала, как иначе доказать рыцарю свою честность. Я развязала нитку, показывая Рэйну наполовину оранжевые, уже сморщенные ягоды, а после и короткие колышки. Подняла взгляд, чтобы понять его реакцию и сама едва не ойкнула.

На белой коже рыцаря проступил лёгкий румянец. Пусть это было едва заметно, но его щëки и острые кончики ушей совершенно точно порозовели, а глаза Рэйн слишком старательно держал повыше. Такой реакции от Ледяного Рыцаря я совсем не ожидала. Неужели он смутился? Или зрение меня подводило, улавливая отсветы Кровавой Луны за окном? К тому же, я человек и не могу его привлекать… так. Но, вопреки голосу разума, сердце у меня забилось быстрее, разнося жар по всему телу. Я не могла себя видеть, но чувствовала, что и мои щëки горят ничуть не меньше. Скорее даже больше. Неужели он подумал, что я собиралась раздеться перед ним и соблазнить? Какой стыд! Не зная, куда себя деть, я вытянула руку вперёд, тряхнув рябиной перед лицом Рэйна.

— Вот. Поэтому чары не подействовали. Теперь можешь проверить меня, я уберу это в свой короб.

— Хорошо, — кивнул он. К счастью, откуда у меня появились ягоды, спрашивать он не стал.

Рыцарь уже взял себя в руки, делая шаг ко мне. На лице не осталось и следа его смущения. А вот я не могла успокоиться, волнуясь ещё больше от того, что он мог услышать, как громко колотилось моё сердце.

Я понимала, что сейчас стоило переживать вовсе не об этом. Меня назвали убийцей, а я в одной комнате со своим возможным палачом, добровольно сдала единственную защиту и оружие. Но я никак не могла прогнать своё волнение так же легко, как это сделал мужчина.

— Посмотри мне в глаза, — сказал Рэйн, как только я отложила амулет в сторону. Мне показалось, что его голос прозвучал чуть мягче, чем обычно. Ну или я принимала желаемое за действительное.

Когда рыцарь закончил, а я очнулась от уже знакомого гипноза, то обнаружила мужчину сидящим за столом. Он что-то записывал, и вся его поза выдавала крайнее напряжение.

Сама я снова была на его кровати, на этот раз лëжа на спине, хотя не помнила момента, когда оказалась здесь. Но сейчас я больше переживала из-за напряжения, висевшего в воздухе. Кажется, настроение у моего нового хозяина сильно испортилось после принудительного допроса.

— Что-то случилось? — решилась подать голос я, тяжело поднимаясь. Голова гудела, хотя раньше таких побочных эффектов не было.

— Возможно, — бросил он коротко, не переставая писать.

— Я что-то не то сказала, когда… ну, сейчас?

— Ты не сказала ничего нового. — Я уже хотела обрадоваться. Но Рэйн обернулся ко мне с тяжёлым взглядом, и добавил: — Но ты не отвечаешь на некоторые вопросы. Даже под чарами ты сопротивляешься и не даёшь чёткого ответа, ты ли убила короля. Где ты была последние сутки? Этого ты не знаешь. Как ты можешь этого не знать?

— Нет! Подожди… Я же сказала, я работала, потом пришла та женщина… Но до бала я работала! Потом нас отпустили выспаться и…

— День перед балом тебя не было на работе. Я уже приказал выяснить это. Даже та служанка, с которой ты чаще всего общаешься, сказала, что ты была больна и находилась в своей комнате. Никто не подтвердил твои слова.

Тон Рэйна был холодным. И у меня невольно побежали от него мурашки. Я сама разрешила залезть ко мне в голову. Но вместо полного оправдания получила лишь больше причин подозревать меня.

— Этого не может быть, — возразила, пытаясь не обращать внимания на усиливающуюся головную боль. — Я помню весь свой рабочий день. Помню, как нас отпустили чуть раньше, чтобы на балу мы были более работоспособными…

— Других, возможно, и отпустили. Но не тебя.

Рэйн, наконец, отложил перо в сторону и подошёл ко мне. Он долго рассматривал меня молча, а потом спокойно произнёс:

— Есть вероятность, что тебе стёрли память. Или наложили какое-то другое заклинание. И всё же, сейчас ты останешься самой первой подозреваемой.

— Но, если мне стëрли память, значит хотят подставить, так?