Страница 45 из 106
Глава 27
Пока Рэйн тащил меня к арене, я ещё пыталась искать пути отступления. Я заметила едва видимые ходы для слуг. Они маскировались под тëмные ниши в стенах. А ещё там были стеклянные двери, за которыми виднелся сад… Что за матрëшка — этот холм, честное слово⁈
Но рыцарь отвлëк меня и быстро объяснил, что сбежать не получится.
— Тебе сейчас и шагу ступить не дадут, если решишь отойти от меня, — бросил он на ходу. — Просто стой у края арены и делай вид, что желаешь моей победы.
Я стиснула зубы. Мысли метались в голове, вызывая мигрень. В толпе, мимо которой мы шли мелькали разные лица и звериные морды. И все они смотрели на нас с интересом и жаждой крови.
Когда мы дошли до арены, Рэйн оставил меня у невысокого каменного бортика, которым огородили песчаный круг, и велел не двигаться с места. Сам же он ушёл надевать доспех.
Не смея перечить рыцарю, я стояла и осматривалась по сторонам. Арену заливал всё тот же алый свет, что я видела снаружи. Но сколько я ни пыталась рассмотреть стены и потолок, окон не заметила. Гости, что ещё недавно бродили по всему залу, стекались к арене, и выстраивались плотной толпой за моей спиной. Маленькие фэйри, у которых были крылья, летали у всех над головами. Они тоже хотели зрелищ… И не хотели быть раздавленными.
По другую сторону этого мини-Колизея стояли четыре трона. Два больших, сделанных из переплетëнных корней какого-то массивного дерева. И два поменьше, не такие внушительные. Земля под тронами возвышалась, а впереди стоял узкий столик с вином и фруктами.
Впервые, с момента как я вошла сюда, я порадовалась, что на мне маска. Внутри всё сжалось, и я пожалела, что каменный бортик настолько низкий. Хотелось спрятаться.
На одном из тронов сидела Илиния. Она скучающе отковыривала кусочки фруктов со своей тарелки, и медленно отправляла их в рот. Казалось, еë совсем не привлекала перспектива любоваться драками. Гораздо больше её интересовало собственное платье. Полупрозрачное, как и всегда, сегодня оно было белого цвета, едва ли не сливаясь с тоном её кожи. Тонкие нити драгоценных камней покрывали воздушную ткань, пряча самые откровенные места и отбрасывая красные блики. Я снова вспомнила алую росу, окропившую белые лепестки лилий там в саду… и у меня заболел живот. Я тут же перевела взгляд в сторону.
Рядом с Илинией, на большом троне, сидела молодая женщина. Её волосы, такого же голубого оттенка, как и у дочери, были уложены в замысловатую причёску. Платье, по меркам фэйри, было более чем скромное, но тем не менее, очень изящное, тëмно-синее, расшитое золотыми узорами трав и цветов, что перекликались по стилю с короной.
Королеву я увидела впервые. Но мне она не показалась такой же жестокой тварью, как её дочь. Вот только и внешность может быть обманчива.
Трон рядом с королевой был пуст. Король отсутствовал. Но никто словно не обращал на это внимания. Разве этот бал не был главным событием для фэйри?
Рядом с пустым троном отца сидел кронпринц. Он внимательно осматривал всех гостей. Его взгляд был цепким и острым. Он выглядел собранным и слишком серьёзным для того, кто пришёл повеселиться на празднике. Одет принц Арвин был так же строго и изящно, как и его мать. Тонкий золотой обруч сдавливал его чёрные волосы, напоминая о статусе.
Я бы не удивилась, увидев и короля в подобном одеянии. Казалось, Илиния единственная в их семье, кто любил похвастаться своим телом.
Громкие аплодисменты прервали мои мысли, отвлекая от рассматривания королевской семьи. Я обернулась и увидела, как в песчаный круг входит Рэйн и ещё какой-то огромный фэйри. Кажется, тролль. Они оба повернулись к королеве и низко поклонились, а после отвесили по поклону принцу и принцессе. Мне показалось, что на мгновение Рэйн растерялся, увидев пустой трон. Но это могло оказаться лишь моим воображением.
Зато я абсолютно точно рассмотрела, как принц Арвин одобрительно кивнул своему рыцарю. И даже тепло улыбнулся. Рэйн отсалютовал принцу мечом и повернулся лицом к своему противнику, принимая боевую стойку. На меня он даже не взглянул. При других обстоятельствах я наверное, обиделась. Но сейчас мне было не до этого. Я слишком сильно хотела отсюда уйти.
Возможно, в разгар битвы мне удалось бы незаметно проскользнуть в тень, туда, где по-прежнему ходили слуги. Я почти поверила, что мне это удастся, рассмотрев не слишком плотный строй гостей с одной стороны.
Но вдруг толпа взревела. Я тут же обернулась к арене. И всё, что я успела увидеть, это как резко и хладнокровно Рэйн вытаскивал лезвие своего меча из груди того здоровенного тролля, которому не повезло быть его противником. Не прошло и минуты. Рэйн даже не сбился с дыхания. Вот каким был настоящий командир рыцарского ордена, принадлежащего Его Высочеству, принцу Арвину.
— А вот и первый победитель, — объявил уже надоевший мне невидимый голос. — Что ж, рыцарь Рэйн может выбрать свою награду.
Рэйн кивнул и направился в сторону принца. Я не понимала, зачем я стояла и ждала его всё это время. Но надеялась, что, получив свою награду, этот мужчина вспомнит про меня и проводит подальше отсюда.
Пока Рэйн шëл к королевской чете, с арены уже уносили проигравшего. На освещëнном алым лунным светом песке совсем не было заметно следов крови. Но у меня перед глазами они стояли так отчётливо, будто я и впрямь могла их разглядеть.
Я отвернулась, чтобы не думать об этом. Уж лучше и дальше держать взгляд на спине Рэйна. В ожидании своей свободы.
Однако рыцарь не торопится подниматься к принцу. Он застыл, наблюдая, как и многие сейчас, как какой-то фэйри с угольно-чëрной кожей, одетый в мешковатый наряд болотного цвета, склонился над ухом королевы. После чего та, побледнев до невозможности, вскочила и отправилась к стеклянным дверям, украшенным цветочным узором из золота.
А через минуту по залу разнëсся оглушительный крик. Я не знала, что можно кричать
так
! Голос, полный боли, заполнял весь холм изнутри, и отдаваясь эхом чужого горя в груди.
Илиния и Арвин кинулись в сад вслед за матерью. И потянулись долгие минуты ожидания. Растерянные фэйри загомонили, переглядываясь и уже явно предчувствуя беду. С разных сторон стали раздаваться рыдания. Я ничего не понимала… Что произошло? Почему вдруг атмосфера изменилась настолько, что мне и самой захотелось плакать. Так сильно на меня давили эмоции многих гостей.