Бал Кровавой Луны

Глава 15

— Что именно ты хочешь знать? — уточнил Рэйн.

Я осталась стоять у двери, это создавало лёгкое чувство безопасности. Пусть и было иллюзией. Но, если вдруг мне захочется уйти, я смогу сделать это в любой момент.

— Что это за бал? — задала я первый вопрос.

Рэйн откинулся в кресле и сложил руки на груди. Он смотрел прямо на меня, не моргая, от чего становилось неуютно.

— Важное событие. Все фэйри собираются в главном бру

[1]

, чтобы подтвердить свою власть. Или получить новую. Но чтобы это не было скучной встречей правителей разных Дворов, мы устраиваем бал.

Рыцарь говорил таким тоном, будто читал методичку «Всë о фэйри». Мне казалось, что лично он не слишком в восторге от этого «важного события». Но по лицу мужчины никогда ничего нельзя было понять наверняка, поэтому я не взялась бы утверждать. Однако это всё равно пугало меня… Что происходит на балу, который не радует даже самих его участников?

— Я… никогда не слышала об этом…

— А должна? — Рэйн наклонил голову вбок, делаясь похожим на хищную птицу, рассматривающую жука. Я смутилась. Действительно, с чего бы прислуге знать о таком? Но Рэйн решил сжалиться надо мной и пояснил: — Бал проходит только под Кровавой Луной. Она поднимается здесь раз в сто тридцать лет.

Сто тридцать? Сколько же лет самому Рэйну? Бывал ли он на таких… мероприятиях? Но эти вопросы не так важны. Сейчас меня больше волновало другое.

— Почему… зачем я должна там… работать? — последнее слово я почти прошептала, так как не была уверена, правильно ли я поняла свою роль там. Фэйри жестоки. Их развлечения зачастую требуют жертв. И крови. Человеческой крови.

— Что тебя удивило? Слуг не хватает, я ведь только что рассказал тебе о нескольких смертях. Возможно, появится новая прислуга. Но с ними будет сложнее.

Я вздрогнула. Чтобы немного успокоиться, обняла себя руками, потирая кожу под тонкой тканью платья. Конечно, я не забыла… Но услышать это вновь было так же страшно, как и в первый раз. И, кажется, рыцарь снова пожалел меня. Если фэйри вообще способны на это чувство. Но Рэйн уточнил:

— Ты будешь делать то же, что и всегда. Подавать блюда и убирать посуду.

Я вскинула голову и посмотрела на мужчину. Он хорошо знал о слугах. Кто кем был и какую работу выполнял. Это было удивительно. Фэйри, который интересуется жизнью людей? Не просто людей — слуг! Это вызывало во мне смешанные эмоции.

Больше всего хотелось рассмеяться от абсурдности собственных мыслей. Но мешало другое чувство, которое я не могла осознать. Благодарность? Надежда? Вряд ли… Но это смятение не позволяло рассмеяться в лицо рыцарю или просто уйти, хлопнув дверью.

— Спасибо, я поняла.

Я опустила руки и, сложив их перед собой, как положено, поклонилась Рэйну, собираясь уходить.

— Тебе стоит быть осторожнее, — сказал тихо мужчина, когда дверь уже была открыта, а я развернулась к нему спиной, чтобы выйти.

Мне захотелось остаться и расспросить его, зачем он так говорит? И значит ли это, что я больше не подозреваемая? Как же было бы хорошо узнать, что я говорила под гипнозом.

Но, когда я обернулась, Рэйн уже снова уткнулся взглядом в свои бумаги, быстро водя пером по пергаменту. Мне не оставалось ничего другого, кроме как покинуть его кабинет.

До конца моей смены ещё оставалось немного рабочего времени, но сил идти на кухню не было. Я решила вернуться в комнату, молясь всем высшим силам, чтобы Сарад решил, будто я пытаюсь отмыть грязь со своего тела.

Дойдя до крыла, где жили слуги, на несколько минут замешкалась. Стоило ли мне пойти в комнату подруги, или всё же вернуться в свою? Но, вспомнив слова Рэйна о гибели людей, как-то «связанных» со мной, решила пойти к себе. Не стоит подвергать опасности Зои.

— Может, надо было рассказать Рэйну о цветах в моей комнате и пропавшем платье? — пробормотала в пустоту, на ходу потирая лоб ладонью.

Добравшись до своей коморки, я вошла и рухнула на кровать лицом вниз. Тело болело так, словно меня били палками несколько часов к ряду. Живот всё ещё сводило спазмом, горло саднило. Двигаться совсем не хотелось.

Мысли метались, вызывая почти физическое головокружение. В какой момент всё изменилось? Жертвы, таинственный убийца, странная помощь Рэйна… а теперь ещё и масштабный, судя по рассказу рыцаря, бал.

Сквозь все тяжёлые думы постоянно пробивалась одна, самая навязчивая мысль:

«Сколько ещё я выдержу здесь?».

Но я должна выдержать. У меня нет выбора. Я должна вернуться к родителям. Хотя бы для того, чтобы попросить у них прощения. Но пока я не найду Малкона, мне не видать расторжения сделки.

Малкон… Слова рыцаря о возможных новых слугах… Как мне поймать этого подонка?

От отчаяния я взлохматила свои волосы, растрепав собранный пучок, и перевернулась на спину. Унылый вид моей комнатушки ещё больше вгонял в тоску. Всё в ней было блëклым и серым, и лишь лилия по-прежнему торчала белым пятном. За окном начинал заниматься рассвет, выделяя белые лепестки сильнее.

Хотелось закрыть глаза и забыться сном. Хотя бы на несколько часов. Но как только я пыталась это сделать, перед глазами вставала ужасная картина в саду. Только вот я не могла позволить страху парализовать меня. Если я хочу выжить, я должна действовать.

От раздумий отвлёк тихий стук в дверь. Но, не успела я подняться, дверь уже приоткрылась и в проëме показалась Зои.

— Я так и знала, что ты здесь. Почему? Я же говорила, ты можешь…

— Не могу. Прости. Спасибо тебе, но я правда не могу.

Осторожно осмотрев коридор, подруга юркнула внутрь и закрыла за собой дверь. А затем сразу же кинулась ко мне на кровать, широко раскидывая руки для объятий.

— Ох, Лили. Зачем ты так с собой. Ты посмотри на себя! Выглядишь ужасно, — покачивая меня из стороны в сторону, приговаривала девушка.

— Пару часов назад я ещё и пахла отвратительно, — задушенным голосом ответила я, пытаясь успокоить подругу и себя глупой шуткой.

— Дурочка!

Зои выпустила меня из объятий и слегка шлëпнула по руке. В её взгляде читалось беспокойство, смешанное с любопытством. Но, кажется, мой болезненный вид не давал ей напасть на меня с расспросами.

— Когда ты последний раз ела? — спросила она вместо этого, и расстроено покачала головой. — Вот, возьми.

Она сунула руку в карман платья и достала оттуда пару ломтиков хлеба с сыром, аккуратно завëрнутых в листья какого-то растения, и огромное красное яблоко.

— Я не хочу, — сказала я. При мысли о еде желудок снова сжался, хотя я действительно давно не ела.