Бал Кровавой Луны

Глава 5

Меня протащили по коридорам, вверх по лестнице. А затем снова несколько длинных малознакомых для меня ходов.

Сквозь панорамные полукруглые окна лился серебристый лунный свет, растекаясь по полу. В этой части замка стояла тишина, мы практически не встречали других фэйри, здесь не ходили слуги. Лишь несколько рыцарей охраняли какие-то массивные дубовые двери. Но мы прошли мимо. Тишину этой части владений нарушали лишь мои шаги и хриплое дыхание.

Я уже почти пришла в себя. Страх перед принцессой отступил на задний план. Теперь меня больше беспокоил главный рыцарь Благого Двора. Он сосредоточенно тащил меня вперёд, продолжая больно сжимать руку выше локтя. Но я не осмелилась подать голос и попросить отпустить, просто шла следом.

Окна закончились, стало темнее. Но впереди блестел небольшой огонëк.

Наконец, мы добрались до какой-то комнаты. Обычная дверь, металлические петли которой поблëскивали в свете факела в стене. Наверняка факел здесь для украшения… Фэйри и в темноте прекрасно видят.

— Можешь стоять? — коротко спросил Рэйн.

Я отвлеклась на свои мысли и поэтому вздрогнула, когда рыцарь обратился ко мне.

— Да. Могу.

Рэйн тут же отпустил меня, едва ли не отшвырнув мою руку. Но на его лице ни один мускул не дрогнул.

Я закатила глаза от такого пренебрежения к людям. Больно надо! Я тоже не в восторге от того, что меня тащили, как куль с г… горохом.

Рэйн быстро открыл комнату ключом и, распахнув дверь, кивком головы приказал пройти внутрь. Сам вошёл следом.

— Садись.

Комната оказалась почти пустой. Небольшое окно сразу напротив двери, слева от него стол, за которым стояло кресло. И куцый деревянный стул сиротливо стоящий почти по центру помещения. Ещё здесь были полки вдоль всей правой стены, заваленные бумагами, свитками, папками. Пахло старой пылью, чернилами и немного землëй.

Рэйн постучал по какой-то банке, стоявшей на краю стола, и внутри засветилась яркая точка, с каждой секундой давая всё больше света, практически превращаясь в маленькое солнце. Всмотревшись, я поняла, что там сидит крупный светлячок. Он расправил крылья, сделал круг по всей банке, и уселся на дно, продолжая освещать комнату.

Мне стало ещё больше тревожно и некомфортно. Этот светлячок словно напомнил, что фэйри могут быть жестоки не только к людям, но и к любым живым существам. Пусть он и жив, но заперт так же, как я в этом мире. И тоже работает на этих…

— Сядь, — с нажимом повторил рыцарь. Сам он уже устроился в кресле за столом.

Я подчинилась, сделав, как мне сказали. Не могла отделаться от мысли, что ситуация сейчас ничем не отличается от предыдущей ночи, когда всех слуг собрали на допрос. Только сегодня мне позволено присесть. Что же я такого сказала, находясь под действием магии, раз со мной этот ледяной рыцарь решил провести повторную беседу?

Я очень надеялась, что это будет только беседа.

Как только я умостилась на жëстком, неудобном стуле, Рэйн впился в меня взглядом. Молча.

Я тоже молчала, ожидая, пока он заговорит и объяснит, наконец, зачем утащил меня из зала. Уж точно не ради спасения от принцессы.

— На прошлом допросе…

Я подобралась, как только зазвучал низкий тихий голос рыцаря. Мышцы напряглись, сердце участило ритм. Если я сказала что-то, чего не следовало, мне конец. Может, именно поэтому мы и пришли в этот тëмный отдалëнный угол замка.

— … твоя реакция была… Необычной, — закончил Рэйн.

— Прошу прощения? — я вскинула голову и удивлëнно посмотрела на мужчину.

Слишком бледный, он сейчас казался призраком в этой мрачной тихой комнате. Под глазами залегли глубокие тени, скулы и подбородок чересчур заострились, ещё сильнее стирая схожесть с человеком. Возможно, он слишком редко спит и мало ест, раз выглядит… так.

Рэйн молчал, и я решилась задать вопрос.

— Я что-то сказала под… ну… — голос сел, едва не сорвавшись на шëпот. Ладони вспотели, и я крепко сжала подол платья.

— А тебе есть что сказать? Чего ты боишься? — спросил фэйри, подавшись вперёд и продолжая буравить меня взглядом. Кажется, он ещё ни разу не моргнул с момента, как мы здесь.

— Нет. И я не понимаю, зачем я здесь.

Ох, кажется, я совсем осмелела, раз столько слов выдала за раз перед этим… существом.

— Ты сказала, что не убивала Вокарса. И что не знаешь, кто это был. Это всё, — медленно проговорил рыцарь.

Я облегчëнно выдохнула. Слишком шумно, слишком явно. Плечи опустились, ладони перестали комкать серую ткань платья. Не могла скрыть радости. Я и так знала, что не виновата, но мало ли, что я там наболтала.

— Ты больше ничего не сказала, — вдруг продолжил Рэйн, делая короткие паузы в словах. — Но твоё выражение лица… Ты так счастливо улыбалась, что у меня возникли новые вопросы.

Я замерла. Не знаю, какой реакции он ждал от меня. И что я должна ответить на его заявление?

Внезапно внутри меня поднялось какое-то тëмное чувство. Страх почти исчез. Я столько лет нахожусь в мире этих чудовищ, мне столько раз приходилось терпеть боль, унижение и ходить по лезвию жизни, что сейчас я готова была высказать всё. Пусть даже в лицо ледяному рыцарю.

— Возможно, я улыбалась потому, что была счастлива, что тот урод сдох, — чётко произнесла я, глядя прямо в чёрные, обрамлëнные янтарной полосой глаза Рэйна. — Не знаю, кто его убил. Но я благодарна ему.

Сердце зашлось так, что в ушах зашумело. Я прекрасно понимала, за такие слова он может убить меня на месте. Всего лишь служанка… Никто не заметит пропажи.

Однако фэйри только поджал губы, кожа на скулах на мгновение натянулась так, что грозила лопнуть. Но почти сразу Рэйн расслабился и откинулся на спинку кресла.

— Я знаю, что Вокарс был слишком… жесток. Ладно. Можешь идти.

Не веря своим ушам, я замерла, как суслик над норкой. Я могу идти? Ради чего вообще он притащил меня сюда? Что это за странный разговор вообще у нас был?

И всё же, лучше не испытывать судьбу. Раз он меня отпускает, разумнее поторопиться и вернуться к работе.

Я встала и подошла к двери. Уже потянув ручку на себя, услышала за спиной брошенную фразу, словно она никому не предназначалась:

— Лучше бы тебе не появляться в зале Илинии ближайшее время.

Я обернулась, но Рэйн, отвернувшись, смотрел в окно. Светлячок в банке почти перестал излучать сияние и тени на бледном лице рыцаря стали намного глубже.