Страница 37 из 133
Сказать, что я была удивлена, когда получила ваш ответ, в котором вы доверительно сообщили, что я наняла женщину, недостойную общаться с юными леди, помещенными под мою опеку, значит ничего не сказать! Я не могу даже предположить, что леди в вашем положении и с вашими высокими моральными принципами способна выдвинуть столь серьезное обвинение без веских на то причин. Вместе с тем я не могу, следуя долгу христианина, допустить, чтобы мое мнение о мисс Джетро как-либо изменилось, пока не получу неоспоримых доказательств.
Полагаясь на ваше благоразумие так же, как вы полагаетесь на мое, прилагаю рекомендации и отзывы, которые она предоставила мне при трудоустройстве.
Убедительно прошу вас не терять времени и поскорее сделать соответствующие запросы, которыми вы сами вызвались заняться. Каким бы ни был результат, я рассчитываю получить обратно доверенные вам бумаги и прошу помнить, что я нахожусь в очень большой тревоге и ожидании!
С искренним уважением,
Амелия Лэд
Нет необходимости описывать подробно, какое впечатление произвели эти строки на доктора.
Если бы ему довелось услышать то, что услышала Эмили во время болезни своей тетушки, он вспомнил бы про интерес мисс Летиции к неизвестному мужчине, которого, как она полагала, соблазнила мисс Джетро, и понял бы, что вызванная этим мстительная ненависть послужила толчком к написанию доноса, упомянутого в письме директрисы. Также он пришел бы к выводу, что расследование мисс Летиции доказало обоснованность обвинений в подлоге – если бы знал о неожиданном увольнении новой учительницы. Как бы то ни было, он лишь утвердился в дурном мнении о мисс Джетро и, поразмыслив, решил оставить свое открытие при себе.
«Если бы мисс Эмили узнала, что старая леди выступила в роли доносчицы, – подумал доктор, – какому удару подверглось бы ее невинное уважение к памяти тетушки!»