Грейв

— Люси? — выкрикиваю её имя. Она запрокидывает голову, и я убираю спутанные волосы с её гладкого лица, чтобы увидеть, что она действительно бледна. Я слышу предсмертный хрип, вырывающийся из её груди. — Ты этого не сделаешь! — рычу я. — Только не так!

Эйприл

Стою, прижавшись спиной к стене спальни Люси, и мне хорошо видно её ванную. Обе французские двери распахнуты настежь. Грейв сидит на полу в ванной, держа её на коленях. Совсем как в ту ночь, когда я его нашла. Её вырвало прямо на него. Он засунул пальцы ей в горло, чтобы это произошло. Никогда не думала, что буду так рада видеть, как кого-то рвёт.

Но она очнулась. Я слышу, как она тихо плачет. Она дрожит в его объятиях.

— Грейв? — я слышу, как мужчина зовёт его от входной двери.

— Мы здесь, — мой голос дрожит.

В спальню входит пожилой мужчина, одетый в рубашку на пуговицах и черные слаксы. В правой руке он держит чемодан, но он не один. За ним следует мужчина в футболке с изображением

«

Kingdom

»

и джинсах. Я помню его с той ночи, когда братья Мейсон послали людей в розыск Итана. Это брат Грейва, Боунс. Его сердитые голубые глаза осматривают меня с ног до головы, прежде чем он отводит их и направляется в ванную.

— Она в сознании, — Грейв начинает разговаривать с доктором. — Но она слишком много проглотила.

— Что это было? — спрашивает он Грейва.

— Я не знаю.

Мои глаза начинают метаться по комнате, и я замечаю бутылочку на её прикроватной тумбочке. Я хватаю её и бегу в ванную.

— Что бы там ни было, — я выбегаю, протягивая её любому, кто захочет её взять. Я узнала её по видео, которое она прислала Грейву.

Боунс выхватывает её у меня из рук и читает надпись на бутылочке. Я никогда раньше об этом не слышала.

— Хорошо, Люси, — начинает доктор, открывая принесённый с собой чемоданчик. — Мы промоем тебе кишечник, милая.

— Нет, — тихо вскрикивает она, и у меня сжимается грудь. — Нет… пожалуйста…

— Грейв, я хочу, чтобы вы усадили её спиной к своей груди.

Боунс помогает Грейву усадить бедную девочку к себе на колени.

— Хорошо, — говорит доктор, когда они устраиваются поудобнее. — Теперь обхватите её руками и прижмите к груди. Крепко, — приказывает он.

Закрываю лицо руками, чтобы они не услышали, как я плачу. Они собираются прижать её и вставить трубку ей в нос.

— Грейв… — её голос срывается. — Пожалуйста, не надо…

Он не разговаривает с ней, и я ненавижу его за то, что он злится на неё. Этой женщине нужна помощь. Она всегда была склонна к самоубийству? Сколько раз им приходилось так поступать с ней? Сколько…?

— Боунс? — я слышу, как кто-то выкрикивает его имя.

— В ванной, — отвечает Боунс.

Через несколько мгновений Титан входит в спальню, и я вижу Эмили. У неё красные и опухшие глаза. Она тоже плакала. Она подбегает ко мне и обнимает за плечи.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает она.

Я киваю и шмыгаю носом.

— Хорошо, Люси. Ты почувствуешь небольшое давление… — он смотрит на Боунса. — Мне нужно, чтобы ты придержал её голову.

Боунс берет её за подбородок и откидывает её голову назад, так, чтобы она лежала на груди Грейва.

— Нееет, — кричит она, сопротивляясь, когда врач начинает вводить трубку ей в нос. Она начинает задыхаться, и её тело дёргается.

Титан поднимает на нас глаза, подходит к двери ванной и закрывает её у нас перед носом, но это не заглушает её криков.