Страница 52 из 101
Глава 22
Люси
Я стою за стойкой бара, крепко сжимая поднос пальцами. Я наблюдаю, как девушка с фиолетовыми волосами пробирается сквозь толпу с улыбкой на лице и бокалом в руке.
Она целовала Грейва. Я видела это.
Дважды.
Это из-за неё он меня игнорирует? Из-за неё?
— Эй! — я кричу Трэю, который стоит рядом со мной и копается в своём телефоне. — Кто, блядь, эта девка? — мой голос срывается.
— Тебе придётся быть более конкретной, — отвечает он, даже не потрудившись поднять на меня взгляд.
Я выбиваю телефон у него из рук, и он падает к его ногам.
— Какого хуя, Люси?
— Она, — показываю на неё, прежде чем она исчезает в толпе вместе с Найтом.
— Эйприл, — он смотрит на меня сверху вниз и начинает смеяться. — О, ты не знаешь о ней?
— Кто она? — я рычу.
— Она новая подружка Грейва.
— Нет…
— Да. Её брат задолжал нам денег. Он заплатил нам за него пятьдесят штук и заставил Таннера согласиться, что мы не тронем её. Или её магазин.
— Какой магазин?
— Она флорист. У неё цветочный, то ли «
Rose
» или
«
Roses
»
.
Грёбаный флорист?
Для кого, чёрт возьми, он покупал цветы тогда? Уж точно не для меня. Я действительно видела её с Жасмин. Думаю, он мог познакомиться с Эйприл через неё. Но она, должно быть, использовала Грейва, да? Пятьдесят штук – это большие деньги. Я даже не могу уговорить его на ужин. Но он заплатит пятьдесят штук и заставит моего брата пообещать держаться подальше? Зачем? Что есть у неё такого, чего нет у меня?
— Оставь это, Люси, — предупреждает он, читая моё лицо.
Я собираюсь уйти, но он хватает меня за плечо, удерживая на месте.
— Не надо. Таннер заключил с ним сделку. Это решено. Найди себе нового мальчика для секса, — он оглядывает меня с ног до головы. — Судя по тому, как ты вертишь своей киской, это будет нетрудно сделать, — он отпускает меня, берет свой телефон и уходит.
Я с грохотом опускаю поднос.
— Плохой день?
Оборачиваюсь и вижу Джимми Траста. Он всегда гоняется с Грейвом в гонках и проигрывает. Парень постоянно просаживает деньги отца.
— Чего ты хочешь? — рычу я.
Он улыбается мне.
— Ты злишься, потому что Грейв получил новую игрушку?
Ублюдок!
Все узнают о нём и этой цыпочке Эйприл к утру, после того, что они только что устроили. Почему он привёл её именно сюда? Все знают, что мы трахаемся. Мы встречаемся уже много лет.
— Грейв может трахать кого хочет.
Ложь обжигает мне рот. Я имею в виду, мы не эксклюзивны, но он никогда раньше не тыкал мне в лицо другой женщиной так, как сейчас.
— Конечно. Вот почему ты следила за ним, как ястреб, — он смотрит на другой конец бара, а она стоит рядом с импровизированным рингом, ожидая, когда Грейв продолжит. Жасмин с одной стороны, Найт с другой.
— Она горячая штучка, — кивает он сам себе. — Мне нравятся её фиолетовые волосы и пирсинг.
— Какого хрена ты хочешь, Джимми? — огрызаюсь я. — Выпить?
Он поворачивается ко мне лицом и кладёт руку на барную стойку.
— Как насчёт того, чтобы сравнять счёт?
— О чем, блядь, ты говоришь?
— Ты же хочешь, чтобы Грейв помнил тебя? — он подходит ко мне. — Тогда ты заставишь его ревновать.
— Предлагаешь мне переспать с тобой? — я с отвращением поджимаю губы.
Он облизывает губы, кладя руку мне на бедро.
— Или я трахну тебя, — он пожимает плечами. — Как тебе больше нравится.
Грейв
Я стою рядом с рингом, не сводя глаз с Эйприл. Она смеётся и запрокидывает голову, когда Жасмин наклоняется и обнимает её. Они обе пьяны. Я всё ещё чувствую на языке привкус ликёра от нашего поцелуя.
Я не шутил, когда сказал ей, что братья Мейсон её и пальцем не тронут. Не здесь. Нигде. Таннер не отступит от своего слова, и именно поэтому я заставил его пообещать. Именно поэтому я стою здесь без рубашки, собираясь выбить дурь из какого-нибудь неудачливого парня. Он оставляет её в покое, и я сражаюсь. Я приношу им деньги.
Она того стоит.
Найт стоит рядом с ними, не отрывая взгляда от толпы. Ни один мужчина не позволит своей девушке прийти сюда одной. Здесь слишком много пустых комнат и темных углов, чтобы их могли изнасиловать или избить. В
Аэропорту
нет часов работы. Они открыты двадцать четыре часа в сутки триста шестьдесят пять дней в году. Иногда даже бездомные находят угол, чтобы переночевать, просто чтобы убраться с улицы на ночь.
Братьям Мейсон на это наплевать. Они защищены, как и их деньги. Это всё, что имеет значение.
— Готов? — чья-то рука хлопает меня по обнажённому плечу.
Кольт Тинсли стоит рядом со мной. Он помогает управлять этим заведением. Либо он разбрасывает деньги на асфальте перед заездами, либо наблюдает за боями. Он здесь постоянный клиент.
— Да, — отвечаю я, вытаскивая свой мобильник из кармана и протягивая ему.
Он улыбается.
— Тогда ладно. Иди и убей его.
Выхожу на ринг, и толпа начинает выкрикивать моё имя. Я улыбаюсь и поднимаю руки, чтобы защитить лицо. Особенность боев на трибунах в
Аэропорту
в том, что здесь нет правил. Это игра для всех. Тут сражаются до тех пор, пока кто-то не упадёт на пол без сознания, а как этого добиться – никого не волнует.
Мужчина, стоящий напротив меня, выше меня дюймов на шесть и, вероятно, на пять шире в плечах. Я уже видел какой он. Не зря его называют Громом. Он бьёт сильно, но движется медленно.
Я подхожу к нему и замахиваюсь. Мой правый кулак попадает ему в висок. Он тут же замахивается, и я уклоняюсь, нанося ещё один удар по рёбрам. Он наклоняется вперёд, давая мне возможность схватить его за голову и приподнять колено.
Ошеломлённый, он делает шаг назад.
— Давай, ублюдок, — дразню я.
Моя девочка здесь.
Я должен покрасоваться перед ней, показать, на что я способен, чтобы она знала, что я смогу защитить её, если когда-нибудь понадоблюсь.
Он бросается на меня, обхватывает руками и отрывает мои ноги от пола. Я падаю на спину, и от ощущения бетона у меня на мгновение перехватывает дыхание.
Я бью его локтем в челюсть, сбивая с себя. Переворачиваюсь на бок, когда он начинает подниматься на четвереньки. Я обхватываю его ногами за шею и сжимаю, опуская его задницу обратно на пол, и удерживаю его там. Он борется со мной, пока его ноги бьют по полу, а ногти впиваются в мои бедра, но я держусь.
Он начинает постукивать меня по ноге, как будто ждёт, что я его отпущу. Думаю, он не понял, как проходят эти бои.