Курадо

Глава семнадцатая

Комнату заливал пурпурный оттенок; сквозь открытое окно внутрь прорывался лёгкий дождь и порывы ветра. И моё сердце едва не разрывалось от жалости к чудовищу, стоявшему передо мной. Он явно никогда в жизни не знал любви, но я не могла позволить этому чувству сбить меня с пути.

Я должна бежать от него, иначе меня навсегда затянет в пучину его трагической истории.

— Я…

— И-го-го! — раздалось снаружи вместе с громоподобным топотом копыт, доносившимся с улицы. Моя лошадь! Я чуть ли не подпрыгнула к окну. Посмотрев вниз, я увидела его и каким-то образом именно в это мгновение поняла, что это жеребец. Что вообще происходит? Где он пропадал всё это время?

И тут я заметила маленькую девочку, переходившую дорогу. Несшийся на огромной скорости автомобиль был в считаных секундах от того, чтобы сбить её. Я снова почувствовала это — перемену внутри себя, нечто растущее, что всегда жило во мне.

Я не думала, я просто действовала.

Я выпрыгнула из окна, а Алл ринулся прямо за мной.

Но я не упала, потому что… я летела. Воздух окутал моё тело, и я слилась с ним в единое целое.

Мой конь мчался по пятам, ни на шаг не отставая от меня — у нас была одна цель. Малышка закричала, но я перехватила её, Боже правый, она у меня! Она в безопасности, прижата к моим грудям, а ведь была всего в волоске от смерти. Боковым зрением я заметила тени, Жнецов, которые с воплями уползали прочь.

Её большие зелёные глаза, полные неописуемого шока, уставились на меня, и она разрыдалась от пережитого испуга. Девчушка доверчиво обвила руками мои плечи, но вдруг резко затихла, и на её губах заиграла мягкая улыбка.

— Я знаю, кто ты, — тихо произнесла она, указывая пальчиком на противоположную сторону улицы.

Я проследила за тем, куда указывал её крошечный пальчик, и мой взгляд встретился с моим собственным отражением в витрине магазина на противоположной стороне улицы. Это была я. Я держала на руках маленькую девочку, но за моей спиной… Боже мой! У меня были крылья! Великолепные в своём величии и размахе крылья из чёрных перьев подрагивали и удерживали меня в воздухе.

— О Господи, спасибо вам огромное! — разрыдалась подбежавшая женщина, забирая дочку из моих рук. — Вы спасли мою малышку!

Возможно, она была слишком потрясена и просто не заметила моих крыльев, я не знаю, но сама я была напугана сильнее, чем когда-либо в жизни. Неужели это и есть то самое преображение, о котором говорил Алл?

Я — ангел, а он — демон?

От этих выводов кровь стыла в жилах.

Как мой Господь мог допустить подобное?

Молния прорезала небо, и Алл в то же мгновение оказался рядом со мной, крепко перехватив меня за локоть.

— Это было неразумно, мой ангел.

Как я могла быть настолько слепа? Всё это время он называл меня своим ангелом, а я даже не задумывалась об этом, у меня не было ни малейшей мысли, что это правде.

— Пожалуйста, отпусти меня, — я посмотрела снизу вверх в его светящиеся глаза.

Вдруг его лицо исказилось от едва сдерживаемого отвращения.

— Отпустить тебя куда? К кому? — он резко дёрнул меня на себя за рубашку. — Ты принадлежишь мне! — прошипел он.

Вокруг нас разыгрывалась буря.

— Этому не бывать! Ты — демон! Ты убиваешь людей, а я никогда бы не смогла этого сделать!

Его тяжёлый, непреклонный взгляд врезался в меня:

— Перед лицом закона я твой муж!

— Мой муж? — опешила я. — Из-за того, что ты лишил меня права выбора?

— Нет, — демонически оскалился он. — Из-за того, что ты носишь во чреве моё отродье.

Он был прав. Я была беременна. Не знаю, откуда мне это было известно, но я знала наверняка. Мои руки инстинктивно опустились на живот, защищая крошечного ребёнка, который только начинал формироваться внутри.

— Со времён древних миров и до сегодняшнего дня это единственная неразрывная связь. Мы связаны кровью. Безвозвратно. На веки вечные, — произнёс он с подлым, злорадным торжеством.

Этого просто не могло быть. Я огляделась по сторонам в отчаянных поисках выхода из этого ада, из этого безумного мира, в котором я снова оказалась заперта. Но то, что я увидела, стало не спасением, а последним гвоздём в крышку моего гроба.

Вокруг нас сновали люди, занимаясь своими повседневными делами, будто ничего из ряда вон выходящего не происходило. И это были те самые люди… те самые люди из палаточного лагеря в долине.

Я ведь видела, как все они погибли, но сейчас они улыбались, смеялись, указывали друг на друга пальцами и пожимали руки, как самые обычные граждане.

Они были

curado

— исцелёнными.

Их улыбки теперь были безупречны, и на них не осталось ни следа крови. Они выглядели сытыми, больше не истощёнными голодом. Больше не обезумевшими от жажды плоти.

Мой затуманенный слезами взгляд устремился к небу. Над городом клубились столбы дыма, приносимые ветром со стороны долины.

Я искала её, искала хоть какую-то надежду, но её нигде не было.

— Ну так что, Рина, теперь, когда к тебе возвращается зрение… мне подрезать тебе крылья — или ты останешься по собственной воле?

— Я останусь.

Но только пока.

— Запомни одно, Рина, — мрачно говорит он, приподнимая мой подбородок, чтобы я посмотрела в его темные бездонные глаза. Медленно наклоняясь, он касается губами моих губ. — Твое место рядом со мной.

Конец.