Страница 29 из 122
Мао Яньсяо облокотился на дверной проем, сложил руки на груди и расплылся в нежной улыбке. Заметив его присутствие, служанка ахнула, чуть не выронив на пол нефритовый гребень. Она сложила руки и покорно склонила голову, приветствуя Его Высочество. Наложница Мо тоже поспешила встать, но движения ее были более медленными и осторожными. Мао Яньсяо подал знак рукой, дав знак служанке оставить их наедине.
Длинные пальцы Его Высочества обхватили тонкую руку девушки, с лица Мао Яньсяо не исчезала улыбка. Хотя вся эта игра в наследного принца бросала тень на репутацию самого Мао Яньсяо, но еще при жизни в Туманных землях его репутация давно была испорчена. Вот только по природе Мао Яньсяо всегда был заботлив, особенно с милыми представительницами женского пола.
В ночной тиши раздался робкий голос девушки:
– Ваше Высочество, – поприветствовав, девушка скрыла свои изумрудные глаза под веером густых светлых ресниц, подведенных красной подводкой.
– Как вы чувствуете себя сегодня? – поинтересовался Мао Яньсяо.
Положив ладонь на уже округлившийся живот, девушка покачала головой, отвечая:
– Благодаря Вашему Высочеству, хорошо…
Мао Яньсяо прикрыл глаза, едва сдерживая смех. Эту реакцию можно было бы списать на глупость или полное пренебрежение чужой жизнью. Попасть в гарем принца было не только прихотью Лань Сюэ, но и хорошим стратегическим ходом. Сплетни бывают разные. Служанки и евнухи всегда готовы навострить уши и стать свидетелями чьего-то заговора. Что уж говорить о наложницах, готовых выколоть друг другу глаза и облить лицо кислотой ради того, чтобы избавиться от соперницы. Но когда Мао Яньсяо пришлось выдать свою истинную личину, Люй Яо не сводил с него глаз. А если поджог в конюшне и исчезновение безымянного раба можно было бы списать на попытку бегства, то с исчезновением наложницы, что буквально была на виду у всего гарема, дела обстояли куда сложнее.
Трудно было найти девушку, обладающую столь изысканной и тонкой красотой. Но нет ничего невозможного, особенно если очень захотеть и тщательно постараться. Но и в этом деле не обошлось без подводных камней. Девушка, которая подходила по внешности и характеру, оказалась в положении. Срок был небольшим, даже сама она не знала, что беременна, а потом Мао Яньсяо стало жаль бедняжку, и он предложил оставить ребенка. Люй Яо тогда очень не понравилась эта идея. Мало того, что отцом ребенка был неизвестно кто, к тому же для всех остальных этот ребенок был наследником самого принца Ю Вэйюаня. Вдобавок на носу свадьба с самой принцессой Сяо Мэйли. Ю Вэйюань имел право обзавестись потомством от своих наложниц. Но тут дела обстояли иначе. Если родится девочка, можно было бы с облегчением выдохнуть. Но в случае рождения наследника могли начаться трудности. К тому же Люй Яо больше боялся того, как на все это отреагирует сам Ю Вэйюань, узнав, что он новоиспеченный отец. Одним Небесам известно…
Мао Яньсяо помог наложнице присесть на тахту, устроившись поудобнее. Демон коснулся светлой пряди, от чего девушка слегка вздрогнула. Убрав мешавшую прядь за ухо девушки, Мао Яньсяо спросил:
– Как дела в гареме? Ничего не препятствует вашему спокойствию?
Щеки девушки залились алым. Она засмущалась и опустила взгляд. У демона был бархатистый голос, к тому же он притворялся наследным принцем. Лишь от мысли, что она, простолюдинка, попала в гарем наследника престола, сердце девушки начинало биться быстрее. А сейчас этот демон сидит перед ней и обжигает своим дыханием. То и дело заставляя ее краснеть. К тому же принял ее положение и с самого первого дня не трогал ее и пальцем. Лишь время от времени звал переночевать в свои покои, а сам ложился на тахту. Взамен на милость он просил лишь одно – рассказывать ему обо всем, что происходит в этой части дворца и не раскрывать его истинную демоническую личность. Особенно когда дела касались наложниц его «братьев».
– Сы Жуань ведет себя немного странно, – промолвила Мо.
Мао Яньсяо перестал играть с ее волосами и подпер щеку рукой, дав понять, что внимательно слушает. Девушка бросила на него быстрый взгляд и тут же отвернулась. Сжимая пальцы от волнения, она продолжила:
– После того как госпожа Хань Иньюэ захворала, Сы Жуань была так воодушевлена. Она наряжалась каждый день, навещала госпожу Хань Иньюэ, даже пару раз отлучалась по ночам.
Услышав последнее предложение, Мао Яньсяо удивленно приподнял брови.
– Вот как… Впрочем, Сы Жуань всегда хотела внимания Ю Байху. Возможно, после случившегося ей удалось наконец снискать его расположение.
– Ваше Высочество, – голос девушки вывел Мао Яньсяо из раздумья. Наложница Мо посмотрела ему в глаза. – Служанки, да и остальные наложницы, посмеиваются над Сы Жуань. Стыдно говорить на эту тему, но Его Высочество Ю Байху никогда не остается на всю ночь. Приходит на какое-то время, а потом уходит. Сы Жуань ведет себя тихо, чтобы никто не услышал, но у стен тоже есть уши…
Мао Яньсяо с сочувствием выдохнул:
– Избавившись от соперницы, она все равно не смогла сравниться с ней. Интересный все-таки человек Ю Байху.
Мао Яньсяо наградил девушку благодарной улыбкой и встал, поправляя свое ханьфу.
– Уже уходите? – тихо проговорила девушка.
Мао Яньсяо на мгновение застыл, потом склонился к наложнице, обхватил ее лицо ладонями и, когда их лбы соприкоснулись, а взгляды встретились, произнес:
– Твое дело – вести себя тихо. Следить за здоровьем ребенка, которого ты носишь под сердцем, и никому не рассказывать, кто ты, откуда ты и кто отец ребенка на самом деле. Больше пары сплетен, что дойдет до твоих ушей, я ничего от тебя не прошу. Ты поняла меня?
Последние слова Мао Яньсяо произнес твердо. Дав понять девушке, что ее безопасность и будущее ее и ее ребенка зависят от того, как она будет себя вести. Милость милостью, но Мао Яньсяо был демоном. Он мог заставить девушку исчезнуть, не оставив от нее даже мокрого места, так же легко, как и привел в эти стены. Нужно время от времени напоминать людям об их положении.
Девушка кивнула, и Мао Яньсяо запечатлел на ее лбу поцелуй, а затем погладил по голове:
– Вот и умница!
Покинув покои наложницы, он еще постоял в саду какое-то время. Не желая ввязываться в личные дела Ю Байху, Мао Яньсяо лишь коснулся еще не распустившихся белых пионов. Перебирая их лепестки, он присел и вдохнул тонкий сладковатый аромат. Уголки его губ потянулись вверх. Демон тяжело вдохнул, пробормотав: