Очарованная призраками

– Элейн права. – Моргана кивает в мою сторону. – Если приедешь в Камелот, если встанешь рядом с Артуром, мы изменим не только одну страну, но и весь Альбион. В том числе и Лионесс.

– Но я этого не хочу, – возражает Гвен. – Не хочу, чтобы Альбион менял Лионесс. Чтобы приручал его.

– Но Лионессу это нужно. – Моргана безрадостно усмехается. – И тебе это известно так же хорошо, как и мне… то, что случилось вчера – настоящее варварство. И я не про чудовищ, я про бойню. Про ритуальное убийство.

– Но они были преступниками, – напоминает Гвен.

– Это не значит, что они заслужили смерти, – замечает Моргана. – И ты это знаешь, Гвен. Ты ведь дрожала, когда пришла к нам. Да и до сих пор дрожишь.

– Ритуал этот древнее памяти. Если захотите его изменить, люди взбунтуются.

– Но не я буду его менять. Этим займешься ты. Как королева не только Камелота, не только Альбиона, но и Лионесса. Ты говорила, что в Лионессе значение имеет лишь сила – и у тебя она будет. Лионесс восстанет? Пускай. За твоими плечами будет мощь всего континента, и никто не сможет этого изменить.

Гвен на мгновение задумывается.

– Но кое о чем ты забываешь, – наконец произносит она. – У королевы Альбиона нет своей силы. Только очаровательная улыбка, элегантное платье и тело для того, чтобы вынашивать детей. Ничего более.

– И раньше так и было. Но мы живем в непредсказуемые времена, и в твоих руках есть то, что нужно и Артуру, и Альбиону. Ты можешь предъявлять требования. Так выдвигай их.

Гвен прикусывает губы, но я знаю, что это сработало. Вижу, как напряглась ее челюсть, как задумчивость отразилась в ее глазах… Гвен редко размышляет так долго. Она действует, принимает решения быстро и без сожалений. Но не в этот раз. Сейчас она взвешивает варианты. Продумывает исходы. Если она молчит, значит, она сомневается. Если она сомневается, значит, мы выиграли.

– У моего отца тоже есть требования, – произносит она. – И он все еще здешний король. А я – всего лишь принцесса.

Моргана улыбается, и, пусть даже она не родилась под здешней луной, в этот момент я с легкостью представляю ее с клыками.

– Но ты можешь поговорить с отцом, – она пожимает плечами. – Можешь навести его на мысль.

– Это будет нелегко. – Гвен качает головой. – Ты не знаешь, что отец потребует от Артура. То, на что Утер, и его отец, и отец его отца не соглашались. Артур тоже не согласится на это, вот увидите.

– И что же это? – спрашивает Моргана.

Гвен поворачивается к ней, и в ее глазах мелькает что-то мягкое… а потом его заменяет привычная сталь.

– Добыча.