Страница 19 из 104
— Как думаешь? – спросила она у него.
— Да, – подтвердил он, – я так и предположил, как только увидел план уровня. Даже больше, – и он показал на несколько помещений, – я уже и сам встречался с подобным расположением помещений и комнат. Так что вот здесь и должен находиться лабораторный изолятор, где обычно как раз и содержали своих химер отступники.
После чего Гнас указал на крохотную комнатку.
— Но остался второй вопрос, – и он заглянул в глаза девушке, – ты сумеешь подготовить новые координаты?
— Не уверена, – ответила ему та, – более удобная для нас точка выхода, это небольшой граничный участок на стыке метрических областей с разнородными параметрами и я, возможно, просто не сумею вычислить для него приемлемые коэффициенты стабилизации, позволяющие закрепить там точку выхода. Именно поэтому я и упоминала о еще одной области, расположенной в другой части туннелей. Туда я портал открыть точно смогу.
— А как же? – уточнил у нее Гутар.
И указал взглядом на затопленные уровни.
— Ну, – и девушка слегка развела руками в стороны, – будем думать на месте, как нам преодолеть эту часть. И то, если это потребуется. А пока же я постараюсь создать для нас портальный переход туда, где этого делать не придется, и мы сможем напрямую попасть в лабораторию.
Сказав это, Риада погрузилась в расчеты.
Остальные же стали ожидать сигнала, говорящего о том, что у нее все готово.
И еще через полчаса на поляне сияло окно открытого портального перехода.
И вел он в более выгодный для перемещения отряда участок туннелей.
— Выдвигаемся, – скомандовал Гнас и отошёл в сторону, пропуская вперед их ударную группу.
Все верно, первыми всегда на незнакомую территорию переходили Гутар и его бойцы.
* * *
Мир – Хелвет. Где-то вблизи лаборатории одного из отступников-лерийцев. Лаборатория отступника. Все еще некоторое время назад.
— Никого нет, – проверив всю доступную им часть подземелий, резюмировал Гнас, глядя на пустую комнату, защищенную сдерживающей пентаграммой, – он ушёл и, судя по тому слою пыли, что мы тут можем видеть, произошло это достаточно давно. Да и само помещение осталось полностью целым, что тоже не слишком вяжется с тем, что его кто-то и когда-то сумел покинуть.
— Но наверху его точно не было, – возразила своему брату Риада, – мы бы поняли, что создание сбежало и побывало снаружи. Подобные миры нам уже попадались и всем прекрасно известно, как они выглядят.
— Да, – подтвердил Гнас и посмотрел на сестру в ответ.
После чего немного подумал и попросил вновь вывести карту подземных уровней.
— Если его нет в клетке, и оно не смогло выбраться наружу, то оно все еще где-то тут..
— Но сюда оно с тех пор, как покинуло пентаграмму, не возвращалось, – соглашаясь с ним, добавил Гутар, – может так статься, что и для него затопленные уровни, это преграда, которую существо не смогло преодолеть..
— Да, возможно, – подтвердил тот и хотел еще что-то добавить.
Но как раз в этот момент раздался тихий голос Риады.
— Или есть еще два варианта, которые мы не учли..
— Какие? – удивленно переспросил у нее Гнас.
— Создание прямо отсюда смогло вырваться за пределы этого мира и, воспользовавшись порталом, давно его покинуло..
— Но ты же говорила, что это невозможно сделать? – с недоумением посмотрел на девушку ее брат.
— Да, – соглашаясь, ответила она, – это невозможно сделать нам и сейчас, но мы ничего не знаем о тех способностях, которыми и наделил отступник свое создание.. И еще..
И девушка всмотрелась в глаза, как своего брата, так и остальных.
— Никто нам так же не говорил и о том, что этот мир превратился в столь странную и необычную аномальную зону по прихоти одного из отступников-лерийцев, а не в результате того, кто в конечном итоге смог вырваться за его пределы и сбежал..
— Так ты считаешь, что это создание могло захлопнуть за собою дверь так, чтобы никто не сумел пройти по его следу?
Девушка лишь слегка пожала плечами.
— Я этого не утверждаю, – только и произнесла она, – ведь для того, чтобы провернуть подобное, этот монстр должен обладать разумом. А с такими созданиями мы еще не сталкивались.
— М-да, – протянул Гнас.
Между тем к Риаде обратился их молодой боец.
— Ты говорила о том, – спросил у девушки Клогат, – что вариантов, почему мы тут не встретили эту химеру, у тебя два. Что еще?
— Ну, – и молодая лерийка огляделась вокруг, – я обратила внимание и еще на один факт. Все плетения, что должны были поддерживать порядок в лаборатории, уже давно разряжены. При этом, как и сказал Гутар, ни изолятор, ни сдерживающая пентаграмма не повреждены. И видно, что их-то точно никто не разрушал. К тому же тут точно остались следы каких-то плетений и их еще можно заметить, например, – и девушка рукой указала на ближайшую стену, – вон руны для активации, какого-то магического стража, но вот самих рабочих структур давно уже нет.
— И что? – не понял парень.
Но вот до брата Риады все дошло достаточно быстро.
— Ты предполагаешь, что никто отсюда в принципе не сбегал, а местного обитателя мог забрать с собой сам его творец?
— Да, – подтвердила девушка, – но это лишь часть предположения..
— Ты о чем? – тут не понял свою сестру даже Гнас.
— Информация, – пояснила Риада, – что попала к нам. Может так случиться, что это лишь приманка и специально оставленный след для тех, кто бы постарался разыскать этого непонятного отступника. И выследив его, он угодит в ту ловушку, которым и является этот мир. Что, в общем-то, с нами и случилось. И еще..
Тут девушка замолчала.
— Что? – серьезно поглядел на нее брат.
— Есть большая вероятность того, что монстр, которого мы разыскиваем, это лишь выдумка и приманка, так же как и информация о том месте, где он находится. Слишком уж невероятным было описание этого создания, чтобы поверить в его реальность. Но если рассматривать его именно как приманку, то этот монстр должен был точно привлечь к себе внимание. Я не знаю, зачем это могло понадобиться тому отступнику, но..
И девушка развела руками.
— Этого не следует исключать, – закончила она.
— Хм.. – протянул Гнас, – дела, – и, оглядев пустые темные туннели подземелий, он добавил, – но тогда это вполне объясняет и отсутствие тут химеры, совершенно нетронутую пентаграмму, целые помещения и жизнь, что плещется снаружи.