Страница 69 из 82
Глава 18 Перемены
Утро в домике подсобников началось раньше обычного. К тому моменту как месье Канова спустился на кухню, чтобы привычно приготовить чай и нехитрый завтрак, мадам Элем уже накрыла на стол.
— Как ваша голова, месье Оливье? — участливо спросила женщина.
— Ваш чай, мадам Барош, сотворил чудо. Я чувствую себя бодрым и горы готов свернуть.
— Ну-ну, — рассмеялась бабушка Луаны, — горы не надо.
— Обычно на следующий день после приступа головной боли, я ощущаю слабость во всем теле и не могу даже повернуть голову в сторону, а сегодня я будто заново родился. Мадам Барош, у вас золотые руки и я очень рад что вы приложили их моей голове.
— Я рада, что вам стало легче. Прошу, садитесь за стол.
— М-м-м, чем так вкусно пахнет? — заглянула на кухню мадам Боннет.
— Это бабушкины волнушки, мадам Сесиль, — потеснила подсобницу Луана.
Мона протиснулась между ног подсобников на кухню, запрыгнула на стол и громко потребовала свою порцию.
Румяные тонкие полублинчики-полулепешки ровной стопкой стояли на небольшом круглом блюде. Вокруг блюда в небольших пиалах располагались начинки: яблочно-коричная, сырно-ветчинная, творожно-медовая, ягодно-сливочная.
Месье Канова потер руки, разлил по кружкам ароматный кофе и сказал:
— Эх, как же сегодня не повезло тем, кто долго спит. Вряд ли им что-то останется.
— Неужели ты думал, что я пропущу завтрак, когда в доме гостит мадам Элем? — хриплым ото сна голосом возразил внезапно появившийся почтальон. — Вот уж не дождетесь.
— Я этого тоже никак не могу оставить в стороне, — заявил Пьер и плюхнулся на табурет рядом с Моной.
Хоть на завтрак и было отведено мало времени, подсобники наелись до отвала, наговорились на неделю вперед и успели получить небольшие подарочки от бабушки Лу.
Для месье Канова женщина оставила свой травяной сбор от головной боли, Пьеру был подарен теплый вязаный жилет, чтобы парень не простывал когда работает в расстегнутой куртке на морозе, мадам Сесиль стала обладательницей новой теплой шали, украшенной новогодними узорами, месье Бассету был вручен небольшой мешочек орешков и шерстяная повязка на колено.
На обед для подсобников мадам Барош приготовила пирог из индейки и заправила бульон специями и зеленью вместо чая к пирогу. По очереди подсобники разошлись на свои рабочие места, а месье Канова и Лу проводили женщину на утренний омнибус.
— Ну что? За работу, — с неохотой скомандовал месье Оливье.
Лу вздохнула, кивнула и поплелась следом за садовником. На душе было тоскливо. Мадам Элем своим присутствием дарила уют, тепло и радость. Это чувствовали все вокруг и не хотели терять этот свет даже ненадолго.
Но работу никто не отменял и Лу, поднявшись на третий этаж продолжила приводить аудитории в порядок.
Погода сегодня была ясная и убирать дорожки не требовалось, другой работы сегодня для Луаны не нашлось, и они с Моной, прервавшись на обед (на котором огневика не было), успели убрать аж три аудитории. За ужином подсобники доели пирог мадам Элем и разошлись по своим комнатам.
Лу, расположившись на подоконнике чистила кристаллы и вспоминала прогулку в МонтКлер. Внезапно Мона жалобно заскулила и повалилась на пол прикрывая мордочку лапками.
— Что такое, милая? — испуганно подскочила к волчице Лу.
Мона тяжело дышала и жалобно скулила. Девушка дотронулась до носика волчицы. Он был сухим и горячим. Забеспокоившись еще сильнее, она уложила звереныша в корзинку, выбежала из комнаты, накинула куртку и рванула в зверинец.
Она очень надеялась, что месье Гринье еще на месте, ну или хоть кто-то кто смог бы помочь Моне.
К счастью зоолог был в своем кабинете и увидев растерянную Луану в помощи не отказал.
Он по обыкновению положил волчицу под лампу и долго водил над ней руками, хмурился и во что-то всматривался.
— Пу-пу-пу, у меня для вас две новости: плохая и хорошая, — устало произнес месье Гринье.
— Она в порядке? — спросила Лу.
— Да, более чем. Она здорова и теперь восстанавливается. Это как раз хорошая новость.
— А плохая?
— Мона — фамильяр, мадмуазель Барош. Ее магические потоки стали восстанавливаться после того, как она физически окрепла и стала здоровой. Раньше магия поддерживала в ней жизнь и почти иссякла. Вы вовремя нашли ее.
Лу замерла с открытым ртом.
— Это значит… — прошептала она.
— К сожалению, да. Волчицу придется передать сюда в зверинец и возможно кому-то из студентов она подойдет как фамильяр.
Голова закружилась. Та противная блондинка была права — Мона — фамильяр. И теперь любой студент, в том числе и Жюстина, смогут забрать волчицу и сделать привязку.
— Но как же ее привязанность ко мне? Я не хочу, чтобы она страдала.
— Мадмуазель Барош, не будем спешить. Пока волчица маленькая и ее потоки не до конца восстановились вы можете ее держать при себе. Но позднее ее придется передать кому-то другому, тому у кого есть магия. Мне очень жаль, но вы должны понимать, что с обычным человеком фамильяру не жить.
— Сейчас ей лучше? Мы можем идти?
— Да, давайте ей побольше воды и отдыха. Пара недель и ее магия восстановится.
Лу поблагодарила зоолога, уложила Мону в корзинку, как следует укутала в шаль и пошла домой. На душе было неспокойно и тоскливо. Конечно она понимала, что волчице теперь с ней не по пути и ради ее же блага она должна найти в себе силы отпустить ее. Но сердце разрывалось на части, когда она вспоминала жалобный скулеж Моны в тот день. Она оставила ее лишь однажды и отчаяние волчицы осталось в памяти навсегда.
— Что же будет дальше? — спросила она, глядя на птичку, которая чистила перышки сидя на пушистой еловой ветке.
С тех пор как подсобница узнала о том, что Мона фамильяр прошло два долгих мучительных дня. Луана силилась что-то придумать, как-то избежать разлуки с волчицей, но ничего не получалось. Она даже думала уволиться из академии и уговорить бабушку переехать в другой город, но понимала, что вдали от магов Моне нельзя.
Волчица крепла на глазах, серо-голубая шерстка блестела все ярче, глазки стали яснее, взгляд осознаннее. Луана же наоборот, осунулась, стала меньше есть и улыбаться. Мало разговаривала и постоянно занимала себя работой.
Дверь в последнюю аудиторию на третьем этаже с грохотом отворилась и в помещение вплыла Жюстина Пуассон.
— Ты обманула меня, замарашка, — уперла руки в боки воздушница.
— Что вам нужно? — устало спросила Лу.