Страница 67 из 119
Макс растянул губы в улыбке, от которой внутри всё сжалось. В этом изгибе губ я отчетливо прочитала своё поражение, ещё даже не начав партию.
— Начнём, — коротко бросил он, по-хозяйски развалившись в кресле,— Правда.
— Кто такие ищейки и что им надо?
— Ищейки — это своего рода секретная организация, карательный отряд, который работает сам на себя. У них нет кодекса, только жажда смерти. И их основная цель — находить и уничтожать таких, как я.
— Каких именно? — вылетело из меня быстрее, чем я успела подумать.
Макс медленно поднял палец, призывая меня к тишине. Его взгляд потемнел, став тяжёлым, как свинец.
— Один вопрос — один ответ, капитан Зайка. Мы же играем по правилам, верно? Теперь мой черёд заглянуть тебе в душу.
Он подался вперёд, и полотенце на его бёдрах предательски опасно натянулось.
— Почему ты до сих пор не вызвала своих, когда я был в душе? У тебя была куча времени. Телефон, окно, дверь... Ты могла свалить десять раз. Почему осталась, А-ся?
От его вопроса всё внутри завибрировало, словно кто-то врубил внутри меня миксер в режиме «турбо».
— Я... — я запнулась, чувствуя, как щёки снова начинает обжигать предательский румянец. — Я не хотела подставлять ребят.
Это была, от части, правда. От самой мизерной части!
Макс звонко расхохотался, откидываясь на спинку кресла.
— Ложь, — коротко отрезал он, и его взгляд стал колючим. — Но засчитаем как попытку. Твой ход.
— Зачем создали спецгруппу «Тень»? — мой голос упал до шёпота, вибрируя от напряжения. — Какие именно задания вы выполняете?
Макс смотрел на меня как на любопытное насекомое, которое решило заглянуть в пасть льву.
— Разные, — бросил он небрежно, но в этой небрежности сквозила сталь. — Убираем неугодных. Тех, кто стал лишним грузом в системе власти. Разгребаем дерьмо там, где ваши лощеные «служивые» в чистых мундирах начинают падать в обморок от запаха крови. Мы — те, кого не существует в официальных отчётах, но без кого эти отчеты давно превратились бы в некрологи.
Я почувствовала, как по загривку пробежал холод. Пазл в голове окончательно сложился в уродливую, кровавую картинку.
— Значит, вы обычные убийцы, — я чеканила каждое слово, пытаясь скрыть дрожь в руках, — а не спецподразделение под прикрытием. Просто наёмные палачи с лицензией на отстрел.
Макс коротко, сухо хохотнул, и этот звук был больше похож на рык. Его тело напряглось, татуировки на руках превратились в броню, сдерживающую опасную груду мышц.
— Называй как хочешь, Капитан Зайка. Можешь считать нас палачами. Но лезть в дела «Тени» я тебе не рекомендую. Правительство не станет терпеть мелкую законницу, и однажды ты можешь оказаться под прицелом.
Его слова ударили по нервам, и я понимала это как никто другой. В голове всплыла аббревиатура РНК. Если мои догадки верны и группа «Тень» стала «палачами» для целой нефтяной империи, то устранить меня для них — проще, чем смахнуть пыль с ботинок. Одна подпись, один звонок, один выстрел из темноты — и опер Ася превратится в статистику «без вести пропавших».
Я застыла, глядя в его бесстрастное лицо. Он не пугал. Он давал дружеский совет в своей манере — грубо и в лоб. Но от этого осознания по спине пробежал настоящий, арктический холод.
— Твоя правда закончилась. Моя очередь. Правда, А-ся. — Его взгляд впился в мои губы, словно он уже пробовал их на вкус. — Понравилось кончать подо мной?
Ну, вот… началось! Так и знала, что этот пошлый придурок именно для этого и завёл свою идиотскую игру! Внутри всё вспыхнуло от смеси ярости и чего-то пугающе-сладкого.
— Нет! — выплюнула я, стараясь придать голосу максимум ледяного презрения.
— Пиздишь! — Макс усмехнулся, и в этой усмешке было слишком много превосходства. — Твой запредельный пульс говорит об обратном.
Чёрт! Я и не заметила, как моё сердце пустилось в безумный пляс, звонко выбивая предательский ритм возбуждения. Дрожь пробежала по всему телу — от его низкого, рокочущего голоса, от жадного, изучающего взгляда, который, казалось, раздевал меня эффективнее, чем руки. Мы были заперты в этом просторном номере, но воздух здесь стал густым, как патока, и тягучим, как раскаленный свинец.
— А поскольку ты врёшь, — он лениво качнул бокалом, — Я имею право на очередной вопрос.
Я хотела возразить, напомнить про правила, про кодекс, про всё на свете, но совесть предательски кольнула изнутри. Я знала, что лгу. Поэтому просто захлопнула рот, клацая зубами от бессилия. И он мгновенно воспользовался моей капитуляцией, подаваясь вперёд:
— Хочешь оказаться на моём члене? Прямо сейчас?
— Нет! — выкрикнула я слишком быстро, слишком громко.
— И снова мимо! — Макс одним глотком осушил бокал вина и поставил его на столик с глухим стуком. — Будем продолжать, капитан Зайка, пока не ответишь правду. У меня вся ночь впереди, а вино ещё не кончилось.
Он медленно поднялся с кресла. Полотенце на его бёдрах держалось на честном слове, а в глазах полыхало такое откровенное, первобытное вожделение, что у меня подкосились ноги.
— Признайся… ты же течёшь, потому что хочешь меня.
— Это… это ничего не значит!
— Будем считать за чистосердечное, — усмехнулся он, и в этом низком рокоте я услышала триумф хищника, который загнал добычу в угол.
Я судорожно втянула воздух, пытаясь сбросить это наваждение. Нужно собраться! Быть стойкой, черт возьми! Я же опер, а не героиня дешёвого романа. Но нестерпимое давление внизу живота и бешено колотящееся сердце кричали об обратном.
— Мой вопрос! — почти крикнула я, пока он не решил наглядно проверить, насколько сильно я «поплыла» под его взглядом. — Вас Каменев покрывает? И группу «Тень», и ту партию оружия?
Макс замер. Веселье мгновенно испарилось из его глаз, уступив место холодной, расчетливой стали. Он медленно поставил пустой бокал на столик.
— Каменев — всего лишь винтик. Полезный, исполнительный, но заменяемый. Он не «покрывает» нас, он просто делает так, чтобы система смотрела в другую сторону, пока мы работаем.