Страница 18 из 66
Еда была божественной, и это не преувеличение. На столе стояла целая композиция маленьких тарелок: рис, что-то тушёное с овощами, пряный суп, от которого шёл пар, несколько видов маринованных закусок — каждая со своим вкусом, ни одна не повторяла другую. Я не взялась бы объяснить, из чего состоит половина того, что ела, но с каждой ложкой всё яснее понимала: такого мне готовить не доводилось никогда, да и есть, наверное, тоже.
— Это невероятно, — призналась я с набитым ртом, что, наверное, было не самым элегантным способом сделать комплимент. — Я никогда ничего вкуснее не ела.
Тэо мельком взглянул на меня, и, я бы поклялась, едва заметно, микроскопически улыбнулся.
— Конечно. Это не лапша быстрого приготовления, — сказал он, потянувшись за маринованной морковью.
Кажется, это было максимально близко к «спасибо», на какое он вообще был способен.
— Вы всегда готовите с таким размахом? — спросила я, отправляя в рот ещё одну ложку супа. — Или сегодня особый случай?
— Я готовлю одинаково независимо от того, кто сидит напротив, — сказал он. — Разница только в том, оценит ли этот кто-то усилия.
— Я оценила.
— Заметил, — не глядя на меня, ответил он.
Доев, я решила, что момент подходящий.
— Раз уж вы в хорошем настроении, — начала я осторожно, — может, скажете, почему следствие так уверенно, что яд был ваш? Если опустить историю с отпечатками.
Тэо посмотрел на меня леденящим душу взглядом, словно я расспрашивала тайну его эксклюзивного блюда.
— Вы серьёзно? У меня в сейфе находятся останки рыбы фугу. Следствие внесло это в протоколы при обыске помещения. Вы их читали?
Получилось неловко. Стыдно признаться, но я их действительно не видела. Не буду отвечать на вопрос. Лучше проигнорирую.
— А почему находятся, а не находились? — чуть аккуратнее спросила я.
— Потому что их ещё не утилизировали. — Он встал и стал убирать со стола.
— А как давно у вас эти останки рыбы? — я всё не унималась. Мне нужно получить максимум информации, чтобы понять природу происхождения этого злополучного яда.
— Рыбу разделывал за вечер до официального приёма. Был важный гость. Он эту рыбу и заказал. Поэтому останки относительно свежие.
Так вот оно что! Значит, ядовитые останки он вытащил из рыбы, положил в сейф. А на следующий день он якобы отравил критика ядом этой же рыбы. Поэтому Питер убеждён, что это дело рук Тэо. У него практически всё находилось под рукой!
— А… — только начала я, желая расспросить подробнее про гостя, как Тэо меня перебил.
— Оставим допрос на попозже. У меня созвон с управляющим ресторана через десять минут.
Он убрал со стола мою тарелку, давая понять, что разговор окончен.
— А Кэти? — вдруг вырвалось у меня. — Может, я могла бы с ней поговорить. Как давно она у вас работает?
— Второй день.
Что? Второй день?
— А как, по-вашему, здесь продукты появляются и вещи? Я же не могу это здание покидать. — В его голосе прорвалось лёгкое раздражение.
Тогда Кэти отпадает. Если он нанял её ещё вчера, то она мало что может знать.
— А она вообще знает, что вас обвиняют в убийстве? — спросила я как можно осторожнее. — Странно же соглашаться на такую работу именно сейчас.
— Ну вы же сами ко мне пришли и сами умоляли нанять вас, зная, в каком я положении, — холодно ответил Тэо.
Умоляла? Что-то я не припоминаю, чтобы я там умоляла. Вот зазноб!
Где-то в комнате зазвонил телефон — той самой мелодией из моего любимого сериала. Тэо на секунду замер. Я встала и направилась в сторону звонка. В такую рань мне могли звонить только двое — мама или начальник.
— Артур, — сказала я вместо приветствия.
— Ты где вообще? — вместо «доброе утро» рявкнул он. — Я тебе вчера весь вечер названивал.
— Работала, — сказала я, покосившись на Тэо, — с важным клиентом.
Повисла пауза. Артур понял, что за важный клиент.
— Я тут кое с кем договорился, — сказал он уже мягче. — Есть ребята из лаборатории, очень дотошные. Могут взять улики и ещё раз их посмотреть. Сопоставят с тем, что в отчётах написано у полиции. Но нужно сначала забрать копии документов у следователя. Съезди.
— Артур, это вообще-то не моя работа — бегать курьером между лабораторией и участком. Я думала, это дело хотя бы избавит меня от ненужной операционки и даст полагающегося ассистента.
— Ассистента, — повторил он таким тоном, будто я попросила личный самолёт. — Денег на ассистента у конторы нет, и появятся они не раньше, чем ты выиграешь дело. А если проиграешь — сама помнишь, чем это для тебя закончится. Так что советую шевелиться быстрее, а не искать, кому бы это делегировать.
— А нельзя просто отправить документы по почте? Двадцать первый век на дворе.
— Нельзя, — отрезал он. — Найдёшь нужного человека, передашь лично в руки. Таковы правила, и не мной они придуманы.
— Слушаюсь.
— И да, — добавил он уже мягче, — ты молодец. Мы в тебя верим.
Я растерялась и не нашла что ответить. Он уже повесил трубку, а я так и осталась стоять с телефоном в руке, непривычно тронутая тёплыми словами начальника.
Оставив Тэо на кухне, я воспользовалась советом Кэти и без преследования журналистов поехала в участок.
Дорога заняла минут сорок — достаточно, чтобы прокрутить в голове список того, что нужно успеть за день: забрать документы, отвезти улику в лабораторию, написать заявление, которое я откладывала, и, если получится выкроить хоть полчаса, наконец расспросить подробности двух дней у Тэо.
В участке меня приняли на удивление тепло — быстро провели к нужному месту. Видимо, вот она — сила дорогого костюма. Не хватало только ассистента и личного водителя. Зайдя в большую комнату, набитую полицейскими, у самого окна я увидела Питера, полностью погружённого в компьютер.
— Доброе утро! — постаралась я произнести это максимально деловито.
Он поднял на меня глаза от экрана, и на секунду завис, не узнавая: видно, не ожидал увидеть меня в таком виде.
— Это… вы? — спросил он наконец, разглядывая меня.
— Вчера я была немного более закопчённой версией себя, — сказала я.
— Заметно улучшение.
Он протянул мне папку — толще, чем я ожидала.
— Отчёт и данные лаборатории. Начальник лично велел подготовить для вас всё сразу, — он прищурился, посмотрев на меня. — Новые связи? Или знакомые вашего клиента?