Курортный шантаж

Глава 59

Глава 59

Глава 59

Проиграл.

Старушенция затихла, как будто воды в рот набрала. Как-то странно притихли и члены семейки. Мальчуган — всё же авторитет для бабки какой-никакой, забавно и удивительно.

Сложил пластиковые приборы и с любопытством принялся наблюдать. Это хоть как-то отвлекало от тревожных навязчивых мыслей.

Лера так и не вышла на связь. Внутри всё кричало, рвалось в сторону, куда на девяносто девять и девять процентов был уверен, увезли мою фиктивную москвичку. Яшин, несмотря на натянутые отношения с отцом, обещался задействовать все свои связи и отыскать точное местоположение Рудник. И чтобы ей было к кому возвращаться и куда, дом так-то всё ещё под залогом, мне кровь из носу нужно узнать где старик. Львович — тот ещё любитель шарад, нет бы кроссворд загадать.

Мальчуган прижался к отцовскому уху и что-то зашептал. Цветастый горох рядом со мной напрягся. Она пыталась всю себя в слух обратить и всё равно не вышло. Понял по нахмуренным бровям и взгляду обиженного ребёнка. Пацан ещё добил бабку чуть громче, добавив в конце:

— Только бабе не говори, будет сюр-р-рприз.

Бабе «сюрприз» уже не нравится, а что будет, когда всё же сошьют задумку внучка. Зятёк намеренно не поворачивался в сторону тёщи, по напрягшимся мышцам шеи было ясно одно — повернётся — конец.

— Пошли маме не будем мешать. - Слегка дал соловья отец семейства. Прокашлялся и продолжил уверенней. - Что тебе поручили важного сделать?

— Собрать бельё с вешалки!

Радостно выкрикнул малец, дрыгая ногами, как бы прося спустить на землю, но этому желанию было не суждено сбыться. Спустит — конец.

Жить в вечном напряжении невероятно трудно, по себе сужу, но моя проблема хоть не маячила в доме, где мне удавалось от неё скрыться. Это сейчас благодарные мысли проскальзывать стали?! Прочь-прочь-прочь!

— Ох, какое там бельё, так, мелочи. - Наконец, выдохнула раздражённо обделённая вниманием старушка. Проводила взглядом спины и развернулась обратно к столу, вытягивая зубочистку из стакана. - Вот в наше время на пресное ходили, отжимали.

Хрясь.

Только и слышен был хруст мелкой палочки. Снова шелест упаковки.

— Всю соль вымывали и обратно несли. - Голос жёстче и нотки стали грубее. - В моро-о-оз!

Хрясь-хрясь. Так и вовсе скоро для гостей и посетителей ничего не останется. Как бы на грязную посуду не перешла, ножи там, вилки…

— И вешали на заборы, а не на хлипкие верёвочки.

Гневно прожевала остатки древесины самой первой зубочистки и выплюнула в сторону.

Пожалуй, самое время оставить расстроенную женщину в одиночестве подумать пережить. Она даже не заметила моего ретирования. Отряхивая опилки, подошёл к Евгении:

— Всё было очень вкусно, благодарю.

Женя кивнула и хотела было заговорить, как взрослый ироничный крик вновь прервал её:

— Вперёд на поиски сокровищ в стираном и высохшем бельё!

Хозяйка подозрительно напряглась и покосилась на выглянувшую макушку мужа. Горько вздохнула и обречённо произнесла:

— Только не говори, что мы опять Хабаровск постирали?

Ауч, вот это было бы грустно. Усмехнулся, следя за пониманием и некой идиллией в этой удивительной семье. Сияющая улыбка двух мужчин дарила надежду всем, кто понимал, о чём идёт речь.

— Дальний Восток.

Одновременно расслабленно выдохнули с Женей и переглянувшись, нервно хохотнули. Глаза у «сусликов», известивших о специфической новости, округлились, и зверьки поспешили спрятаться за угол дома. Видимо, там и находилась «сушилка».

— Никакого спокойствия в доме, ни-ка-ко-го! - Прогрохотал очнувшийся танк.

— О боже, мама! - Воскликнула Евгения, наконец обращая внимание на беспорядок оставленной без присмотра матушкой. - Вы нас извините, Вадим.

— Да ничего особенного, в детстве все такие были. - Намекая на то, что старики тоже своего рода дети.

Дети!

Григорий Львович тоже вполне спокойно может претендовать на это звание. Возраст позволяет как никак, да и тогда понятны все эти игры в прятки. Деменция? Инсульт? Амнезия?

Какого чёрта он не сказал, что болен?

— Нашего уговорить что-то сделать не по его воле труднее сборов соли на пруду.

С горькой улыбкой поддержала диалог хозяйка. Молча присоединился к уборке. Оказывается, всё это время рядом с порогом и входом в дом стоял бак металлический, накрытый символической крышкой, видимо, от мух, в него и сбрасывали всю шелуху и грязную посуду. Изначально думал, что это просто небольшая бочка с дождевой водой, она как раз стояла под сливными трубами.

— Ой, там много ума и не надо. - Вставила свои пять копеек «горошинка». - Чаевые гони!

Вот это сервиз в понимании пенсионерки. Молча отстегнул и протянул просящей, пока Евгения не видит. Авось поможет.

— Что вы, Вадим! Мама! Заберите!

— Не могу. - Твёрдо и безапелляционно заявил, отходя на шаг от отобранных у хитрой старушки купюр. Поднял руки, мол, ни за что на свете не заставите взять, теперь уже чужое.

— Правильно, подарки не отдарки, Женьк. - Счастливо выхватила у дочери деньги и запрятала в декольте. Ох уж этот горох.

— Бог с вами! - Махнула мать семейства и скрылась на мгновенье за дверями дома. Бабка за это время успела лишь показать язык, как взволнованная дочь вернулась с пакетом. - Лерочке хотя бы возьмите, ей нравились наши шашлычки. А как проехать сейчас объясню.

Пришлось принять подарок Лере, для неё всё что угодно приму.

— Куда это собрался? - Полюбопытствовала старуха, теряя всё веселье. - Не уж то по милу душу кого-то явился?

— Только вы на ночь глядя лучше не едьте, а то мало ли что.

Не-е-е, ночь с этой семейкой не выживу. По моей вздёрнутой брови Женя всё поняла и грустно вздохнула.

— Русалки на ветвях и Леший бродит?

— Почти…