Страница 28 из 37
Она посмотрела сначала на наши руки, потом на Кирилла, потом на меня.
— Я помешала?
— Очень, — ответил Кирилл раньше меня и получил от меня удар носком по голени.
— Нет, — сказала я одновременно, освобождая руку. — Садись. Я уже от него устала.
Алина села напротив и поставила поднос.
Последние два дня она ничего не спрашивала, хотя после субботы я получила от неё три сообщения: «Ты жива?», «Что происходит?» и просто знак вопроса. Я отвечала уклончиво, потому что произнести правду вслух ещё одному человеку почему-то казалось сложнее, чем оставить зубную щётку у Кирилла.
Кирилл явно понял это по моему лицу. Он откинулся на спинку стула, забрал мой кофе окончательно и совершенно спокойно сказал Алине:
— Она сейчас минут пять будет собираться с духом, потом скажет что-нибудь очень сложное. Можешь пока поесть.
— Кирилл, — я повернулась к нему так резко, что он наконец посмотрел на меня.
— Что? Я помогаю, — заявил он с видом человека, абсолютно уверенного в собственной полезности.
— Ты мешаешь, — я пнула его носком под столом, уже не скрывая раздражения.
— Это моя базовая функция, — Кирилл подвинул ко мне свой стакан взамен украденного и, явно довольный собой, кивнул Алине. — Давай, малышка. Я верю в тебя.
Алина переводила взгляд между нами, и вдруг мне стало смешно. Не нервно — по-настоящему. Потому что тайна, которую я столько недель носила как катастрофу, со стороны выглядела почти нелепо: мы сидели рядом, пили друг у друга кофе и спорили так, будто уже давно никто никого не скрывал.
Я выдохнула и посмотрела на подругу.
— Мы с ним… вместе, — сказала я наконец и почувствовала, как от одного этого предложения стало одновременно страшнее и легче.
Кирилл рядом перестал улыбаться на долю секунды, потом медленно повернул ко мне голову. Довольство на его лице стало почти неприличным.
— Алина, ты слышала? — Кирилл обратился к ней с совершенно серьёзным лицом. — Запомни дату. Это историческое событие.
— Я слышала, — Алина всё ещё выглядела так, будто решает, можно ли задавать следующий вопрос. — А Стас?
— Сегодня поговорю с ним, — сказала я, обхватив чашку ладонями, чтобы занять руки. — После пар.
Алина тихо выдохнула.
— Он знает про вас?
— Пока нет.
Кирилл рядом напрягся, но не вмешался. Только поставил мой кофе обратно передо мной и опустил ладонь мне на колено под столом.
— Ты уверена? — Алина спросила осторожно, и я сразу поняла, что речь не о разговоре со Стасом.
Я посмотрела на Кирилла. Он сидел расслабленно, будто вопрос его не касался, но большой палец медленно гладил ткань моей юбки над коленом.
— Не во всём, — призналась я. — Но в том, что свадьбы быть не должно, уже да.
Кирилл повернул голову. Я почувствовала его взгляд, но специально не посмотрела в ответ.
— А в нём? — Алина едва заметно кивнула в сторону Кирилла, и тот тут же нахмурился.
— Эй, я вообще-то здесь, — Кирилл нахмурился. — Можно не обсуждать меня как сомнительную покупку с маркетплейса?
Алина впервые улыбнулась.
— Так выйди, — нагло усмехнулась она. — У нас будет нормальный женский разговор без твоего участия.
И… Ничего. Ничего не рухнуло, потолок не обвалился, и телефон не зазвонил в ту же секунду от Стаса. Просто стало чуть легче дышать.
За полчаса до конца последней пары Стас написал сам.
«Если ты решила по свадьбе, могу быть в офисе после шести. Если нет — переносим разговор на любой день. ».
Я прочитала сообщение три раза. Никаких сердечек, давления или вопроса, где я была все выходные. Он выполнял ровно то, о чём мы договорились: остановил процессы и ждал ответа. От этого было сложнее, а не легче.
Я открыла переписку с Кириллом.
«Стас написал. После шести будет в офисе».
Ответ пришёл через несколько секунд:
«Едь».
Я нахмурилась и напечатала:
«И всё?»
«Нет. Потом ко мне».
«И да, если передумаешь сказать ему правду — я тебя съем. Ты очень сладкая».
Я уставилась на последнюю фразу. В ней было всё, что я уже знала о Кирилле: желание, ревность, наглость и всё-таки оставленное мне решение.
Пальцы сами набрали Стасу:«Приеду в 18:30. Давай без организаторов. Нам надо поговорить вдвоём».
До конца пары я почти не слышала преподавателя.
После звонка Кирилл ждал меня у машины. На этот раз я сама подошла первой, открыла пассажирскую дверь и бросила сумку внутрь.
— Отвезёшь? — спросила я, остановившись у пассажирской двери и не отводя от него взгляда.
Кирилл посмотрел внимательнее, сразу поняв, куда именно.
— К Стасу?
— Да, — я кивнула и первой открыла дверь.
По дороге он почти не шутил. Это было непривычно и, если честно, раздражало сильнее обычных комментариев. Минут через десять я не выдержала.
— Ты можешь хоть что-нибудь сказать? — я повернулась к нему.
— Могу, — Кирилл перестроился в правый ряд и только потом посмотрел на меня. — Например, что если он начнёт тебя уговаривать и ты опять зависнешь в своём «не знаю», я войду и испорчу вам культурный разговор.
— Ты не войдёшь, — предупредила я, хотя уже знала ответ.
— Конечно не войду, — Кирилл усмехнулся и снова посмотрел на дорогу. — Но мне приятно, что ты сразу поверила в худшее.
Я толкнула его в плечо.
— А то я уже испугался, что ты любишь только мою токсичную версию, — Кирилл поймал мою руку и на секунду прижал к губам, не отрывая взгляда от дороги. — Ева, серьёзно. Ты не обязана сегодня рассказывать ему про меня, если не готова. Но не оставляй ему свадьбу из жалости. Это будет ещё хуже.
Я посмотрела на наши сцепленные пальцы. Кольцо снова коснулось его кожи.
— Я расскажу, — сказала я после короткой паузы. — Не знаю, насколько подробно, но не хочу больше думать о том, что должна врать сразу двум важным мне людям.
Кирилл повернул голову так резко, что я сразу пожалела, что произнесла это в машине.
— На дорогу смотри, — я ткнула его пальцем в плечо, потому что он повернулся слишком резко. — И да, Стас мне тоже важен. Просто иначе. Мы с ним больше… друзья. Понимаешь? С самого начала так было. Просто я не хотела признавать. До встречи с тобой.
Он послушался, но улыбка уже появилась.
— Что? — спросила я, хотя его довольная улыбка уже всё объяснила.
— До встречи с тобой, — повторил Кирилл с совершенно неприличным удовольствием. — Мне нравится, Ева. Звучит так, будто ты наконец решила быть смелее.