Страница 35 из 150
— Ты не выходишь за пределы своей зоны комфорта, — шепчу я, глядя на свои выставленные напоказ сиськи. Рейвен почти ничего не надевает, когда ходит на вечеринки.
Я помню, как в прошлом году она пришла на вечеринку в спортивном бюстгальтере и коротких шортах, сказав, что сейчас это норма на вечеринках. Я была так рада, что раньше не интересовалась вечеринками в колледже.
— Верно. Однако тебе стоит немного расслабиться. Это твоя первая и последняя вечеринка в честь Хэллоуина в колледже. Она поворачивается ко мне с серьёзным выражением лица.
«Просто веди себя тихо, и всё будет хорошо. И не пей ничего, что тебе даёт парень, если только ты не идёшь с ним за этим».
“Белоснежка”. Я свернул шею тому, кто был справа от меня.
“Привет ....” Я слегка улыбнулась ему.
— Дурочка. Эверетт улыбается мне. — На тебе очень красивый костюм. Не думаю, что тебе стоит сегодня наклоняться. — предупреждает он меня. — Я не ожидал увидеть тебя здесь.
Я тоже не ожидал, что приду
. «Вы, ребята, пригласили меня, и вот я здесь».
— А вот и наша принцесса, мальчики. Даррен кладёт руку мне на плечо. — Должен сказать, этот наряд тебе очень идёт.
Он наклоняет голову, его губы касаются моего уха. — Нам не хватает гнома, но не волнуйся, я уверен, что пересечение сказок никому не навредит.
— А? Я считаю ребят, и одного не хватает. Передо мной стоят Тупица (Эверетт), Чихалка (Остин), Застенчивый (Винсент), Соня (Тристан), Счастливчик (Мигель) и Док (Даррен). А Ворчуна нет? И Чейза нет.
Конечно.
— Когда ты вернёшься домой, Чарли? Нам тебя не хватает, — спрашивает меня Остин. У меня нет ответа на этот вопрос, потому что я не знаю.
«Пока не знаю, я отрываюсь у Рейва». Стопроцентная правда. Я скучаю по своей кровати и по готовке для парней, а ещё мне не хватает их нелепых историй за ужином. Я просто скучаю по своему личному пространству.
Винсент первым отворачивается от группы, и я следую за ним по пятам. Этот поцелуй добил меня.
— Эй, Басфул, не против, если мы поговорим? — я похлопываю его по плечу.
— Думаю, мне придётся это сделать, потому что, в конце концов, ты моя
принцесса
. Хочешь выпить?
Он предлагает. Мне так сильно хотелось отказаться, но я не хотела, чтобы он подумал, что я скучная, что я, как сказал бы Рейв,
«хороша, как конфетка»
.
Я выпью одну чашку и потом выпью много воды. Рейвен сказала мне, что это помогает, или съешьте много хлеба. Я не вижу здесь хлеба.
“Да, спасибо”.
Он уходит, и я следую за ним через переполненную гостиную. Внутри, должно быть, не меньше сорока человек, а снаружи — ещё семьдесят или больше.
Путь на кухню занял больше времени, чем я ожидал. Пройти через гостиную было непросто. Клянусь, мою задницу трогали по меньшей мере четыре раза, прежде чем я вошёл на кухню.
— Что бы ты хотела? — спрашивает он, и я в замешательстве. Я знала один напиток, но на следующий день после него у Рейвен всегда болела голова.
Просто повеселись сегодня вечером. Не думай, просто делай, а заботы оставь на завтра.
— Белоснежка? Что бы ты хотела? — снова спрашивает он, разглядывая бутылки на столешнице.
— Я возьму текилу… 1800, если она у вас есть, — Винсент улыбается, качая головой. Я что-то не так заказал? Не ту марку?
— Почему ты качаешь головой? — я отодвигаюсь на другой край стойки и наблюдаю, как он готовит мой напиток.
— Я не думал, что ты любишь текилу. Может, фруктовый коктейль или что-то в этом роде? Ты хочешь поговорить до или после этого напитка?
Он налил ананасовый сок в чашку и протянул её мне. Я взболтал напиток и сделал глоток. Чёрт возьми, это дерьмо крепкое.
— Определённо, раньше. Я слегка покашливаю. — Я хочу поговорить о той ночи.
«Что касается той ночи, то тут не о чем говорить. Мы с Дав кое-что уладили, и теперь всё хорошо».
— Это здорово. Ты ведь не рассказал парням о том, что я сказал, да?
“Нет, это не мое дело рассказывать”.
— Большое вам спасибо. Я делаю ещё один глоток. Чёрт, я залпом допиваю остатки. — Ещё один, пожалуйста. — Я в безопасности.
“Ты уверен? Этот напиток незаметно подействует на тебя”.
— Знаешь, Винсент, — я беру бутылку «1800» и делаю глоток. — Я думала, что действительно хочу Чейза, но, кажется, это не так. — Я качаю головой.
— Шарлотта, что происходит? Я думала, ты по уши в него влюблена…
— Если ты не собираешься наливать мне ещё, то не могла бы ты оставить меня в покое, чтобы я могла выпить…
— Хорошо. Я сделаю тебе ещё один напиток, а потом воду. Он пытается заключить со мной сделку?
“Нет. Три глотка, а потом вода”.
— Шарлотта, ты когда-нибудь пробовала эту текилу? Это не то, с чем можно шутить. Может, тебе стоит притормозить, — предупреждает он меня, но я не хочу это слышать.
— Если бы я не справился, Винсент, я бы вообще не стал просить об этом.
Я улыбаюсь, немного пританцовывая, и протягиваю ему свою чашку. Я в безопасности, и это всё, что имеет значение. Слава богу, Винсент умеет хранить секреты.
***
— Давай, — говорит брюнетка, помогая мне забраться на стол. — Помни, если ты облажаешься, то вылетишь. Удачи. Она поворачивается к толпе. — Ладно, петухи и сучки, у нас новый участник!
Толпа одобрительно кричит и свистит.
«Песней Белоснежки станет «Без ума от любви» Бейонсе».
Я знаю эту песню. Я улыбаюсь толпе, и музыка гремит из динамиков.
Я допеваю песню до середины, прежде чем начинаю невнятно бормотать. Бейонсе — это всё для меня! Если кто-то и может подарить мне жизнь, так это она.
— Давай сделаем это ради Белоснежки! Встав со стола, я возвращаюсь на кухню, чтобы ещё раз выпить. Лучше бы я этого не делала. Наконец я вижу Чейза. Он одет в костюм Чудовища.
Он держит маску под мышкой, прислонившись к холодильнику и печатая сообщение на телефоне.
«Я переживу эту ночь», — шепчу я себе. «Просто не обращай на него внимания», — добавляю я. Повернувшись к нему спиной, я беру бутылку текилы и выливаю остатки содержимого в свой стакан.
— Кексик, ты больше не пьёшь. Я оглядываюсь через плечо и вижу, что он всё ещё пишет в телефоне. Я тянусь за ананасовым соком, но Чейз опережает меня.
— Я сказал, больше ничего не говори. На этот раз он был суров, и его тон не оставлял места для обсуждения.
— Простите? Кто вы такой, чёрт возьми, чтобы указывать мне…
— Не толкай меня. — Он разворачивает меня и прижимает к стене.
О боже, дежавю
. — Шарлотта?