Страница 58 из 80
— Не смейте его бить! — воскликнула Ильзе, поднимаясь с табурета. Ее глаза сверкали гневом, пальцы сжались в кулаки. — Не смейте!
Не ожидая такого напора, надзиратель что-то недовольно буркнул, шагнув обратно к двери. В ту же секунду в кабинет вернулся Хабеккер.
— Арестованного увести в камеру, — велел он, и вахтман молча направился к Карлу. Цепко стиснув его за локоть, он потащил мужчину в коридор. Перед самым выходом Карл обернулся, поймав взгляд Ильзе.
— Я люблю тебя, — беззвучно проговорила она и отвернулась, пытаясь сдержать слезы.
— Ну, как прошло свидание? — бодрым голосом полюбопытствовал Хабеккер. — Осмелюсь предположить, что вы оба остались довольны?
— Это и есть тот самый сюрприз? — вместо ответа спросила Ильзе, и следователь кивнул.
— Хотел сделать для вас некоторое послабление, — сказал он с небрежным видом. — Все-таки метод пряника тоже действует неплохо. Иногда.
— Наверное. Что ж, если вы сделали это от чистого сердца, то я благодарна вам.
— Ну, полно, Ильзе. Мы же с вами взрослые и умные люди. Сами понимаете, что одной благодарности здесь недостаточно. Я пошел вам навстречу, сделайте и вы ответный шаг. Расскажите мне все, что касается вашей работы на Москву.
— Мне нечего добавить, — безучастно ответила Ильзе. — Я отправляла донесения Доктору, потом он исчез. Вероятно, сломался передатчик. А может, в Москве что-то произошло, мне это неизвестно.
— Опять ложь, — тихо сказал Хабеккер. — Впрочем, что еще ожидать от неблагодарной твари?!
Ильзе молча проглотила оскорбление.
— Имей в виду, глупая, — так же тихо продолжал гестаповец. — В следующий раз ты можешь услышать, что в такой-то камере ночью от остановки сердца умер мужчина. И будешь гадать, кто это. Твой жених Карл? Или кто-то другой?
На лице Ильзе проступила бледность.
— Вы меня не запугаете.
— Думаю, что смогу это сделать. Видишь ли, Штрюбинг вновь вышел на работу. И знаешь что? Он принес «испанский сапог», слышала о таком приспособлении? Его привезли из Франции, нашли в каком-то историческом музее старины. Говорят, сохранилось со времен средневековой инквизиции. Знаешь, как работает это приспособление?
— Я как-то не интересовалась древними орудиями пыток, — ответила Ильзе, старясь, чтобы ее голос звучал равнодушно.
— А зря, — заметил гестаповец. — Эта штуковина действительно отдаленно напоминает сапог, но самое главное в ней — две стальные пластины, между которых помещается нога допрашиваемого. Под действием специального механизма эти пластины сближаются, дробя и расплющивая кости. Очень часто после такого метода допроса обвиняемый умирал от заражения крови или навсегда оставался инвалидом. Если, конечно, его не приговаривали к смерти. Вот мы и проверим, подойдет ли твоей изящной ножке эта штука…
Взяв перьевую ручку, Хабеккер вплотную приблизился к Ильзе.
— Мое терпение на исходе, детка, — зашептал он, прислоняя железное перо к правому глазу женщины. — Ты ведь не хочешь лишиться глаза? А? Или ты предпочитаешь, чтобы глаза выкололи твоему жениху?
Скрипнув зубами, он положил ручку на стол. В то же мгновенье Ильзе, подхватив ее, молниеносным движением вонзила острое перо в запястье гестаповца. Брызнула кровь, глаза Хабеккера вылезли из орбит. Издав истошный вопль, он попятился, тряся кистью с торчащей из нее ручкой.
— Охрана! — визжал он, с ужасом глядя на струящуюся кровь. — Срочно, охрана!
Вскоре в кабинет ворвались двое надзирателей. Сбив дубинкой Ильзе на пол, они принялись избивать ее ногами. А когда она потеряла сознание, ее отволокли в кабинет Штрюбинга.