Страница 116 из 122
То есть второй приказ, о военных учениях, которые начались вдруг и неожиданно даже для командования гарнизоном Лакхарта, который Бернхард инспектировал до этого, тоже отследят. Логично. Учения требовали перебросить войска из приграничья вглубь страны. А поскольку переброска уже началась, то в ближайшее время ждать подкрепления точно не стоит.
— Дорогой, если будешь так активно думать, то морщины останутся.
— Они уже есть.. матушка, ладно я. Но кузины! Это, в конце концов, небезопасно! Если действительно начнется война, а она начнется..
Матушка отмахнулась:
— Поверь, на войне хотя бы понятно, кто твой враг и куда бить. А бить девочки умеют. Оставить их в столице — не лучшая идея. У тебя много врагов, Берни. Меня, конечно, давно считают выжившей из ума старухой, но..
Она почесала бульдога, который ради этого даже глаз открыл.
— Пустой бальной книжкой дело не ограничилось? — уточнил Бернхард.
— Да. Девочки слишком отличались, чтобы их принял свет. Ты же знаешь, как они там умеют. Улыбаться. Говорить красивые слова, которые на проверку оказываются двусмысленными..
— Если бы вы озвучили сумму их приданого..
— Им бы говорили просто красивые слова. Очень много разных красивых слов. Но этого ли ты хочешь для кузин? Берни, я не смогла устроить твою личную жизнь..
— Счастье-то какое! — вырвалось у Бернхарда совершенно непроизвольно.
— Дорогой! Поверь, что женитьба — это совсем не больно. Любой мужчина сперва некоторое время сопротивляется, но потом привыкает и начинает осознавать выгоды положения.. впрочем, я не о том. Насмешки перешли в откровенную травлю, когда при появлении девочек от них просто отворачивались или встречали молчанием. Потом кто-то пустил гадостный слух, что у них напрочь отсутствуют манеры, потому что воспитывал их пьяный сержант.. и дальше — больше.
— Матушка, почему.. — Бернхард сжал кулак.
Кузины, безусловно, порой вели себя совсем не так, как должно воспитанным тэрам. И характер у них был. И.. и раньше, случалось, Бернхард испытывал, если не зависть, то некое её подобие, потому что самому ему внимания родителей доставалось куда меньше.
Однако сейчас он испытывал не зависть, а ярость.
— Дыши глубже, дорогой. Я говорю это, чтобы ты понял. Именно тогда я разрешила девочкам посещать эти глупые собрания поклонниц Анжелины. Хотя.. ты знал, что клубом руководит герцогиня ат Вертен?
— Статс-дама Её императорского Величества?
— Анонимно, само собой.. это в целом весьма интересный клуб. Где ещё увидишь в одно время герцогиню и владелицу скобяной лавки, которые спорят о том, кто достоин стать избранником безумной Анжелины.. кто бы ни стал, сил ему душевных.
— Матушка, это выдуманный персонаж..
— Всё равно. Даже выдуманным персонажам нужны силы. Тогда девочки и начали расцветать. А герцогиня и.. не только она, ибо дам в клубе много, помогли при дворе. Впрочем, это тоже не осталось без внимания. И реакция была.. не та, на которую я рассчитывала. Слухов стало больше. О том, что в гарнизонах девочки привыкли к вольному образу жизни, что невинность они утратили давно, что в каждом новом гарнизоне у них есть по любовнику, и что тайные дети тоже имеются. Их я по одной версии отдала на воспитание, а по другой — утопила в колодце.. и ещё пяток версий между двумя крайностями. А двор ты знаешь. Они там живут ради таких сплетен. Тут уже и герцогиня не способна была спасти репутацию, хотя не раз и не два громко заявляла, что это глупости.. их даже на чаепитие к королеве пригласили.
Бернхард мрачно подумал, что выживет хотя бы для того, чтобы найти урода, который затеял эту игру. Найти и высказать ему собственное мнение о том, как надлежит вести себя с юными девушками, пусть даже те и несколько отличаются от прочих.
— И на следующий день после чаепития у Ули появился поклонник. Красивый молодой человек с отличными манерами..
— И тёмным прошлым?
— Скорее неоднозначной репутаций. Доказать ничего не удавалось, но досье на него собрано пухлое. А следом и на Элоизу внимание обратили. И всё это.. как-то вот не хотела я их там оставлять. Они умны, конечно, но не настолько опытны, чтобы разбираться в людях. Особенно, если люди эти ведут себя, как герои любимой книги. Я видела, как на них действует эта вот чушь.. Стихи, букеты, тайные записочки с красивыми признаниями — матушка взмахнула рукой. — Конечно, нельзя сказать, что девочки влюбились, но и ждать, когда влюбятся.. так что я не могла оставить их в этом гадюшнике.
— И забрали в крепость, на которую того и гляди, нападут.
— Как нападут, так отпадут, — матушка махнула рукой. — Есть договорённость. Хан, почувствовав острую необходимость немедленно связаться с предками, отправится в паломничество к кургану Великого Предка, чтобы вознести жертвы всем богам. Как оно было в старину, когда обходились и без храмов, и без жрецов-посредников.
Бернхард хмыкнул.
— И свою любимую жену, которая и до того сопровождала его не раз, берет.. и золотую сотню, что должна обеспечить покой. Нельзя мешать хану разговаривать с предками..
— Значит, удар нанесут скоро?
— Думаю, пара дней у нас имеется. Этот отъезд выгоден жрецам. Он даёт возможность нанести удар, проломить нашу защиту и.. — матушка махнула рукой.
— Но если защиту не проломят..
— Хан объявит их нарушителями мира и спокойствия, что приравнивается к мятежу. Он давно уже ищет способ изменить расстановку сил. Причём, несмотря на заявленное миролюбие, действовать предпочитает физически. Что поделаешь, опыт и заветы предков, они такие..
— То есть нам надо выстоять?
— Именно.
— И как долго придётся стоять?
— Тут.. — матушка развела руками. — Я тебе не помощник. Меня вообще прислали за детишками присмотреть.
— Ты про Каэр?
— Именно. Сила у них есть, энтузиазм юношеский тоже.. и в принципе.. главное, чтобы крепость в процессе не сломали. Как-никак древняя твердыня. Исторический памятник.
Грохот, донёсшийся со двора, подтвердил, что матушкины опасения не беспочвенны.
— И всё-таки, — Бернхард поднялся. — Мне кажется, что ты относишься к происходящему довольно легкомысленно.. это война.
— Дорогой, это очередная война или её попытка. И да, возможно, погибнут люди. Но такова жизнь. А люди гибнут даже в мирное время. Здесь же собрались солдаты и офицеры, долг которых воевать. Кстати.. если всё получится, хан готов предложить своих дочерей в жёны.
Рука дёрнулась, чтобы перекреститься.
— Кому? — осторожно поинтересовался Бернхард.