Страница 90 из 151
Он был прав, конечно, нам нужна подготовка получше, но я буквально чувствовала, что с каждой секундой пребывание здесь становится всё опаснее. Рано или поздно земляне узнают, что я была фавориткой Таррена, даже если никто из наших не проговорится. И что я ушла оттуда только потому, что обрела… дракона.
— Всё дома, пожалуйста, — тихо попросила я, — подожди меня у выхода.
Я собиралась полностью доверить Целесте операцию по краже ключ-карты, на самом деле сомневаясь каждую секунду. Она вполне могла просто притворяться и выдать меня людям в любой момент — и меня, и Лойда. Наш… план, если это можно так назвать, держался исключительно на её возможностях.
Но на выходе из уборной нас задержали. В раздевалке находился Рауль, и взгляд, которым он смерил нас, когда мы вышли из женского туалета, говорил больше любых слов.
— Вот, значит, как…
Почему я почувствовала в этот момент… почти отголосок стыда? Будто я обманывала его, обещала ему что-то? Впрочем, стоило ему произнести следующие слова, как это чувство бесследно прошло.
— Строишь из себя всю такую невинную, говоришь, что не спишь без чувств, а сама готова трахаться с ним в туалете, даже не успев смыть с себя запах нежити. Что ж, я всё понял. Думаю, ради него ты и выпрашивала эту работу…
Казалось, он ждёт какой-то реакции на свои слова, в конце концов, он ухаживал за мной — коряво, как умели только земляне, по-моему, напрочь забывшие, что такое нормальные отношения. Возможно, я бы и ответила ему, если бы действительно планировала здесь остаться.
— Бесишь. — Не дождавшись ответа, Рауль наконец-то ушёл.
— Я так понимаю, он больше не поможет нам попасть в это здание и в тренировочную группу? — поинтересовался Лойд, провожая его взглядом.
— Видимо, так. Всё, жди меня на выходе, Лойд, и я постараюсь объяснить тебе дома всё, что смогу.
— И ты…
Глазами я сказала «не здесь», слишком опасаясь, что нас могут подслушивать.
***
Позднее глубокой ночью мы выбрались из апартаментов и добрались до условленного места — тихо, незаметно, скрываясь даже от остальных, потому что Анна и Ленор всё больше замечали, что я провожу слишком много времени с Лойдом. Непривычно много.
Нет, вряд ли они думали, что между нами есть что-то большее, чем дружба. Скорее, волновались, что мы затеваем какой-то план, из которого они исключены, но ввязывать в это дело ещё больше людей мне не хотелось. Единственным, кто по-прежнему ничего не замечал, оставался Альберт.
Лойд по дороге со мной почти не разговаривал, он всё ещё пытался переварить услышанное и как-то уместить в голове существование других планет, прошлое землян, о котором даже я знала очень мало, и тот факт, что где-то есть разум, превосходящий человеческий — независимый… и неживой.
И этот разум сейчас буквально обитает в моей голове, по соседству с моим собственным.
В рюкзаке у меня лежали ключ-карта и странный прибор длиной в половину моего плеча, сооружённый из рации Бруно и штуковины, которую Целесте назвала пусковым конденсатором. Его она вытащила… из стиральной машины в наших апартаментах, оставив её полностью нерабочей.
Что именно она делала с рацией и этим конденсатором, я понятия не имела — на время сборки она закрыла мои глаза, действуя вслепую, но в итоге у нас получилось устройство, способное заглушить камеру. Рация, привязанная к конденсатору, примотанные к длинной палке и проводам, а на самом конце… кастрюля с намотанной катушкой из медной проволоки. Выглядело это сооружение настолько убого, что я искренне сомневалась в его работоспособности, а вот Целесте была уверена на сто процентов.
— Готов? — спросила я Лойда и он кивнул, хотя вряд ли был полностью готов.
Я соединила оголённые провода между конденсатором и рацией, которые Целесте оставила для меня, и выждала, пока голос в голове не произнёс:
— Сейчас.
После этого я направила своё устройство на ворота. Целесте сразу предупредила, что радиус действия окажется внушительным и заглушит не только камеры, но и другие датчики — возможно, нам даже не понадобится ключ-карта.
Стражников у этих ворот было немного — всего двое, они неторопливо переговаривались, стоя в тени и, судя по всему, прикуривая. Если верить словам Бруно, здесь практически никогда ничего не происходило, к тому же именно сегодня людей отсюда перевели на более проблемный участок.
Воздух резко запах озоном, мой странный прибор в руках мгновенно нагрелся, и пластиковый корпус рации даже немного поплыл, но больше ничего не произошло — никакого шума. Искусственный интеллект в моей голове тут же выдал указание:
— Двигайтесь в теневой зоне, непосредственно вдоль забора. Судя по доступным маркерам, их внимание направлено в противоположную сторону, они поглощены диалогом. Не издавайте ни звука.
Нам не нужно было повторять дважды — в конце концов, мы долго тренировались перед выходом за вуаль и умели передвигаться практически бесшумно. Разговор стражников, действительно стоявших с сигаретами, не прерывался. Как оказалось, одному из них изменила жена, поэтому он говорил особенно эмоционально.
Дверь для персонала была самого обычного размера, я приложила ключ-карту к устройству на стене, и замок тихонько пикнул. Этот короткий сигнал показался мне оглушительным, уничтожил каждую клеточку в моем теле…
Но стражники даже не повернулись.
Дверь за собой мы закрыли беззвучно. Внутри патрулей почти не было — вряд ли сюда вообще кто-то пытался пробраться. Если верить Целесте, энергетический комплекс во многом автономен и не требует постоянного присмотра, хотя охрана по периметру, конечно, стояла.
Я улавливала даже отдалённый шёпот, по какой-то причине мой слух обострился, да и в теле появилось больше силы — это стало заметно ещё во время схватки со скребунами. Могла ли так влиять связь с драконом?
— Я предполагаю, преобразователь вязи находится в центральном здании, — подала голос Целесте.
Там, в самом центре, возвышалась башня — огромная, не меньше десяти этажей, доходящая чуть ли не до защитного экрана. Остальные постройки были гораздо ниже, но шире и длиннее, и к ним от центральной башни тянулись тысячи проводов.
— Не могу поверить, что мы внутри, — негромко произнёс Лойд. — Как думаешь, что в остальных зданиях? Мне кажется, твой преобразователь точно в центре.