Страница 77 из 164
Глава 20
Чем хороша молодость? Много чем она хороша. В том числе и тем, что ты можешь всю ночь употреблять крепкие спиртные напитки с друзьями или приятелями, заниматься всяким-разным с приятными барышнями, в общем – активно проводить время. Но утром… Утром ты как огурчик! Вроде бы это связано с метаболизмом, но на таком уровне Плехов в физиологии силен не был, да и не старался задумываться об этом, потому принял как факт: около шести часов утра начал возиться на тахте, сон перешел в дрему, а в голове возникла мысль:
«Че-та дневальный совсем мышей не ловит. Почему не будит сержантский состав?».
Мысль полностью сформировалась, покрутилась в голове, стукаясь о стенки черепной коробки, и в итоге совсем прогнала сон. Сержант открыл глаза и уставился в потолок:
«Блин… Какой дневальный, какой сержантский состав? Я дома. Дембель, мать вашу так!».
В упомянутом, не заполненным мозгами объеме возникла другая мысль:
«А классно с Ольгой вчера погуляли! Все-таки отличная она девчонка, и продолжение следует. Ну, я на это надеюсь. Да нет же – я твердо в этом уверен!».
Последнее привело Серегу в отличное расположение духа, и он со смачным протяжным зевком с удовольствием потянулся. Да хруста в суставах и скрипа в сухожилиях.
«Ну, если сам проснулся, то чего лежать? Вперед на зарядку!».
Сегодня занималось как-то особенно хорошо: и кросс пробежал в хорошем темпе, почти не запыхавшись, и на турнике с брусьями пыхтел с внутренним наслаждением. Подтянуться получилось тридцать два раза – неплохо! Разминка, растяжка и – домой.
«Обещал же побаловать родителей кофе. Хотя… Клавдию Сергеевну не стоило бы, ну да – ладно!».
К тому времени, когда Сергей, приняв душ, принялся возиться на кухне, родители еще не вылезли из своей уютной спальни. Хмыкнув, парень отогнал видение женщины, которая волей судьбы и бога сна сейчас приходилась ему матерью: не нужно ему это, совсем не нужно! Прислушался, не выходя из кухни – нет, ничего не слышно, но и понятно: субботнее утро же! А ведь нет ничего хуже, чем хороший, но остывший кофе: мало того, что вкус уже не ахти, так и сожаление о том, что угроблен хороший напиток присутствует. Потому приготовил все ингредиенты для его приготовления, но ставить турку на плиту не спешил.
Разбирая вчера сумку и авоськи, принесенные матерью, обнаружил в них очень неплохие и довольно сложные сейчас к добыче продукты: «Шпроты» — несколько банок; болгарские консервы – огурцы, помидоры, зеленый горошек и перцы; небольшую банку сельди тихоокеанской, пряного посола; колбасу – как копченую, так и сыровяленую; еще какие-то консервные банки с непонятным содержимым, майонез и даже три баночки красной икры.
«Ну да, сегодня же гости придут, вот мамаша стол и будет готовить. А так как что родители, что их знакомые – люди, которых сложно удивить разносолами… Непростые все люди, не работяги от станка или сохи. Торговля, она и есть торговля, а уж в советское время – это вообще «государство в государстве»! То есть, стол нужно приготовить хороший!».
В голове сновидца начало формироваться возможное меню, благо, что содержимое холодильника и кладовки он более или менее знал: успел за пару дней покопаться. Только вот как это воспримет «маменька»? Покушение на устои?
«Ладно, предложу ей помощь, а там – ее дело! Если нет, так попрошу у бати ключи от гаража, посмотрю на «ласточку», может, даже прокачусь немного, если отец разрешит!».
Серега хмыкнул: стаж вождения-то у него был преизрядный, как бы не сорок лет, но как это объяснить отцу? У Сергея Васильева, в прошлой жизни, первым автомобилем… Служебный мотоцикл «Урал», которым он овладел и водил, можно сказать, виртуозно, вспоминать сейчас не стоило. Первым автомобилем у него была именно «тройка», купленная с рук. Изрядно поюзаный автомобиль требовал приложения сил, знаний и денег, что, с помощью знакомых, Сергей и проделал. Далее особых проблем «бибика» не приносила, катала и Васильева, и его вторую жену исправно.
«Даже жалко было продавать, но Галка… «Девятка», «девятка». Модно, красиво!».
Это было уже в начале девяностых. Потом-то Васильев машины менял за малым, не как перчатки: «Мазда-626», бестселлер своего времени; «Мерс» в сто двадцать третьем кузове; «Мерс» лупоглазый; «Бумер». На «бумере» он и остановился – очень уж по душе машина пришлась.
«И я, Плехов, с ним по этому поводу абсолютно согласен. Сам люблю изделия «БайеришеМоторенВерке»!».
Потом Сергей отдал «бумера» жене: ему предложили «Крузера», «семиспятку», в отличном состоянии, пусть и ненового. Атмосферный дизель, клиренс, полный привод и проходимость, все дела. Очень уж тот подходил Васильеву в плане охоты, что было нечасто, и рыбалки – постоянно.
«Хотя тоже – вопрос! Опыт-то у меня остался в прошлой жизни, а здесь моторики Сереги Васильева – а ну как не хватит? Ведь все ограничивалось небольшим пробегом на учебном «четыреста восьмом», да на «газике» и «сто тридцатом». Х-м-м… Ладно, помаленьку, осторожненько!».
- Доброе утро! – пробурчала вошедшая на кухню мать.
- Привет! – как можно более приветливо отозвался «сын».
- Ну и где обещанный кофе? – присела она на стул.
- Сейчас будет! Я же не знал, когда ты встанешь, — ругаться с самого утра Серега не хотел, да и чувствовал некоторую вину за грубость, высказанную ночью.
«Оно вроде бы и не грубость, но все-таки с матерью так нельзя!».
Женщина прошла к двери в лоджию, выглянув наружу, передернула плечами:
- Б-р-р… Что-то сегодня прохладно с утра. Вроде бы и солнышко, но – холодно.
- А мне – ничё! – пожал плечами сын, — Я уже и побегать успел, и на турнике позаниматься.
Мать покосилась с недовольством, фыркнула:
- Ну, ты же у нас спортсмэн. Вон какой бодрый и жизнерадостный!
Подойдя к двери на кухню, плотно закрыла, переставила стул к двери в лоджию и села:
- Сереж… Подай мне пепельницу, вон там в шкафу чистая стоит.
О том, что мать курит, Васильев знал. Так же как знал, что и отцу это известно, и хоть и не одобрял батя этого, но мирился.
«Сейчас вообще все курят. Мужики – так как бы ни лет с пятнадцати, за очень и очень редким исключением. Женщины – многие, но редко на виду, в общественных местах, это уже считается эпатажем. А вот в своей компании – запросто!».
Сергей подал требуемое, принялся варить кофе, поглядывая на женщину.
«Вечером, когда я приехал, и вчера, она была в длинном, чуть не до пят, салатового цвета халате. Шелковом, похоже. Его вообще можно было отнести к неглиже: с зап
а