Страница 72 из 90
Лица у князей, которые еще раздумывали, не податься ли им в Регентский Совет, стали совсем кислыми. Со всех сторон невыгодной выходила авантюра.
— Заставим. Указ выпустим — и будет работать на нас как миленький, — раздухарился Гуляев.
— Серьезно? Вы собираетесь выпустить указ, по которому личная собственность одного князя отторгается в пользу общества? — удивился Василец. — В таком случае не удивляйтесь, если от вас отторгнут ваше княжество.
— С какой это стати?
— С такой же, с какой вы предлагаете у князя Воронова отобрать его собственность. Если можно отбирать у него, почему нельзя отбирать у вас?
— Но я же для общей пользы.
— Подозреваю, Федор Арсентьевич, что поставь мы сейчас на голосование вопрос о лишении вас земель для общей пользы, он найдет куда больше отклика в сердцах князей, — сказал Молчановский. — Вы своей безграмотностью и идиотизмом уже всех доконали. Не только Петра Аркадьевича, удивляюсь его терпению. Я бы на его месте давно вызвал бы вас на дуэль.
— За что? — вытаращился на него Гуляев.
— За оскорбления, — отрезал Молчановский. — Предлагаю поставить вопрос на голосование о временном лишении князя Гуляева места в Совете. Скажем, на год. Чтобы у него появилась возможность посидеть дома и подумать над своим поведением, а не мешать занятым людям решать важные вопросы.
Как ни странно, по этому пункту проголосовали почти в полном составе, после чего со скандалом князя Гуляева из дворца выставили. Думаю, если бы Молчановский предложил его лишить места навечно, на это никто не пошел бы, но в случае временного наказания этот вариант был неплох. На Совете сразу прекратились препирательства, и разговор, можно сказать, вернулся в конструктивное русло. Касался он в основном управления свягинским имуществом, поскольку решением большинства это имущество фактически было национализировано, и наследовать его всякие мутные типы больше не могли. Кстати, никто из тех, кто хотел наложить на него лапы, не захотел участвовать в эксперименте с кровью, не иначе как подозревая, что он может показать несколько не тот результат, при котором их право на имущество является неоспоримым. Но отговаривались, разумеется, страхом перед непонятными экспериментами и нежеланием давать кровь кому попало.
Вопрос с пожизненным членством в Регентском совете поднял опять Василец, и решение было принято большинством голосов. И похоже, те, кто входили в меньшинство, уже прикидывали, как можно сократить срок правления каждого из нашей троицы. Во всяком случае взгляды, бросаемые на меня, мне очень не понравились.