Страница 417 из 2091
Глава 8
Я с удивлением посмотрел на мужчину, который сидел в кресле с бокалом вина. Почувствовал-то я его ещё задолго до того, как в гостиницу зашел, да и опасности он не представлял, будучи на позднем уровне Мёртвого Моря. Но всё равно такая наглость поражала! Кстати, а ведь он мне внешне знаком! Это же один из тех, кто был в свите Хун Цзи. То ли сын, то ли внук, судя по всему. И что это он тут забыл? Вряд ли пришел по поручению своего деда, он должен был постараться, чтоб опередить меня.
— Чем обязана этому визиту? — спокойно спросил его, закрывая за собой дверь. — И перестать пить моё вино.
Мужчина в кресле спокойно допил, поставил пустой бокал на столик и, не поднимаясь, задал вопрос.
— Кто тебя послал к моему деду?
Ага, всё таки внук. Ну, ландо.
— Никто. — я пожал плечами и подошел поближе. — Он сам меня нашел. Ты же был там и видел.
— Обращайся ко мне вежливо, женщина, «господин Хун»! — в его голосе прорезалась злость. — А про «сам нашел» можешь мне не врать! Ты лгунья, которая пришла ограбить моего деда и весь мой род! Но не сама же ты до этого догадалась. Так кто тебя послал?
Ну ничего себе заявочки! Я даже слегка опешил и растерялся, просто молча смотря на вторгшегося. Потом пришел в себя и тихо вздохнул. Похоже, он себе что-то понапридумывал непонятного. Нет смысла разводить разговоры.
— Пшел вон из моего номера, Хун. — я посмотрел на него со значением.
— Закрой рот, женщина! — он нахмурился, недовольный моей «грубостью». — Иначе я выволоку тебя за ногу на улицу и изобью, а потом продам пустынным кочевникам! Тогда, может, я увижу, кто за тобой стоит и кто тобой командует!
— Правда? — я только ухмыльнулся, чувствуя, как во мне закипает злость.
— Ха! Ты показала отцу гриб Туманной Сладости Небесного ранга! А таких никто никогда не видел. Он растёт в Поющем лесу, но самые лучшие, что жители леса могут продать — Мистического ранга, других никто ещё у них не покупал. А тут — Небесный ранг! За таким грибом собрали бы экспедицию с божественным практиком Башни Дао и сотнями экспертами Духовного Моря, чтоб противостоять лесу! А тут появляешься ты одна, с бритой головой, босая, и показываешь такое сокровище⁈ За него одного можно купить половину нашего города! Всё это враньё! Гриб ненастоящий, как и твоя аура, как и все твои рассказы! Ты лгунья, наученная кем-то, чтоб выманить из деда родовые сокровища, обмануть его и сбежать! Последний раз спрашиваю — кто тебя послал⁈ Следующий такой вопрос тебе зададут в пыточной!
Кхм, ну, в его рассуждениях есть рациональное зерно, если уж подумать. Как-то я разогнался с грибом, надо было простую траву показать Небесного ранга. Насколько такие травы могут быть простыми. Понятно, почему у него возникли подобные подозрения.
Но и его оскорбления уже надоели!
Шагнул к нему, быстро наклонился, схватил мужчину рукой за шею и поднял из кресла, держа на весу. Первую секунду он улыбался, попытался разжать мои пальцы, с таким пренебрежением, словно они, в его представлении, были из соломы. Конечно же, ничего из этого не получилось, и у него по лицу пробежала тень беспокойства. А потом он начал задыхаться! Я придавил его аурой, гася колебания Ци в его дянтяне, а без них тело не получало энергии, компенсирующей передавленное горло. Он стал дёргаться, попытался ударить, но только разбил руки в кровь без какого-либо эффекта. Наглость, презрение и жестокость на лице сменились паникой, ужасом и бледностью.
— Ну как тебе моя фальшивая аура? Ты же легко можешь её перебороть, правда? — с улыбкой спросил его, рассматривая, как насекомое. — Она же не настоящая, верно? И почему ты не вырвешься из моей руки? А? Может, ждёшь, когда я тебе свой грибочек ненастоящий отдам? Или ещё что? Тебе придётся долго ждать этого!
Пожалуй, хватит с него. Дёрнув рукой, кинул тушу к выходной двери. Мужчина с грохотом рухнул на пол, закашлялся, восстанавливая дыхание, встал на четвереньки.
— Ты… кхе-кхе… кто… такая⁈ — выдавил он из себя.
— Не твоего ума дело. Пошел вон отсюда! И запомни, ты мне должен свою жизнь! Когда я приду к твоему деду торговаться, принесёшь сокровище Огненной стихии и не меньше Земного ранга. Иначе я заберу у тебя свой долг. Всё понял?
— У меня… таких… нет! — выдавил он из себя.
— А это не моя проблема.
Раскрыл дверь и пинком под зад выкинул вторженца из номера. Но аккуратно, если начну им стены пробивать, в гостинице жить станет слишком некомфортно. Он прокатился по коридору и замер около лестницы вниз.
Вернулся к столику и уселся в кресло, где до того сидел подозрительный тип. Всё же я с этим грибом прокололся. Чуть-чуть. Или… не прокололся, а старикашка решил меня на понт взять? Сам заподозрил неладное, но, чтоб не ломать договорённости, если что, стал действовать руками внука? Завтра скажет, что ему стыдно за него, и преподнесёт выкуп, а дальше, мол, давай торговаться, как договорились. Может такое быть? Да запросто!
Хотя… Да и ладно! Мне бы сокровища их купить, а на остальное плевать. Через пару дней уеду из этого города и никогда сюда не вернусь, не всё ли равно, что тут за начальство?
Махнув на всё рукой, я помылся и остаток дня и ночь посвятил изучению местного языка. Стоило бы знать, о чём говорят вокруг меня, чтоб не попасть впросак. К утру я не то, чтоб всё хорошо выучил, но, наверное, мог уже поддерживать простой разговор — язык оказался вполне несложным, а одинаковая письменность ещё больше облегчала его изучение.
Утром я отправился гулять, чтоб закрепить своё понимание местного языка. Сидел на террасах чайных, прислушиваясь к разговорам, сходил на рынок, прогулялся по большому саду возле центрального озера. Даже вышел за городскую стену, в кварталы бедноты, хотя и не через те ворота, через которые входил. Тут беднота была побогаче, если можно так говорить, жила в двух и трёхэтажных домах, был свой рынок и праздничная площадь. На меня, с моей белой кожей, лысой головой и открытым лицом, пялились, но подходить и хватать уже никто не осмеливался, даже детвора.
Ближе к вечеру меня нашли посланники Хун Цзи, усадили в паланкин и быстро донесли до уже знакомого мне поместья с леопардами и павлинами.
— Сияющая госпожа Сяонин! — выкатился мне навстречу хозяин поместья. — Предки благословили меня, раз я могу снова лицезреть вашу красоту!
— Ах, вы преувеличиваете. — я с улыбкой махнул рукой, показывая одновременно смущение и одобрение.