Страница 415 из 2091
Ну, этого стоило ожидать. Раз они тысячелетиями живут в разных климатических зонах, то неудивительно, что стали под них подстраиваться. Я удивлён, что ещё белокожих европеоидов не видел! Хотя, может, в холодном климате даже такие есть, только где он, этот холодный климат, если тут везде вечное начало лета?
Но, кхм, пустыня-то есть, так что кто знает!
Пока я размышлял, носильщики дотащили паланкин до высокого многоэтажного здания, стены которого были украшены мозаикой озера с травой и пальмами. Открыв дверцу в паланкин, они жестами дали мне понять, что это моя остановка. Ну ладно. Кинул им немного серебра и пошел внутрь.
Точно, это была гостиница. Меня встретил просторный холл, устланный коврами, с мебелью в виде столиков и кресел и разными декоративными украшениями. Тут было так прохладно, что даже немного холодновато для обычного человека. Наверное. За стойкой сидела девушка в странноватой одежде: полупрозрачная, кисейная ткань, держащаяся на теле за счёт золотых и серебряных браслетов и подвязок. Прям танцовщица, а не администратор.
— Иль-хыр-хры! — затараторила девушка, поднявшись с сидения.
— Не понимаю. — я покачал головой.
— Ох! Простите, госпожа. — тут же переключилась она на понятный язык. — Чем я могу помочь? Вы желаете снять номер?
Она была довольно услужлива даже не смотря на мой не сильно презентабельный вид — босоногая и лысая деваха в самодельной одежде. Но, видимо, служащая решила, что раз уж меня пустили в город, то я прошла «фейс контроль».
— Снять номер на пару дней. И обновить свой гардероб. — я показал взглядом на одежду. — В этом городе же есть всё, что для этого нужно?
— Конечно, госпожа! Если хотите, мы можем вызвать портных в ваш номер.
— Давайте пока вы меня устроите.
Довольно быстро она подобрала мне номер с окнами на задний двор отеля — там был бассейн, в котором можно было освежиться, а от солнечных лучей его закрывала формация.
Номер на четвёртом этаже был весьма неплох. Устроившись, я решил прогуляться по городу, который назывался «Лазурная звезда» — по названию самого крупного озера в оазисе.
Первым делом я пошел в магазин, торгующий одеждами и тканями. Улыбчивые продавцы расхваливали свои одежды, но я вертел носом — они напоминали тот наряд, что был на администраторе гостиницы. Почти прозрачная ткань, держащаяся на честном слове. А под неё предполагалось носить трусы-ниточки и крошечные бюстгальтеры, едва прикрывающие соски. Хм, так под теми шмотками, в которые закутываются местные дамы, они в вот таком почти голом виде? Я бы тоже тогда носил мешок, открывающий одни глаза, ха-ха-ха!
С трудом, но удалось выбить себе пару нормальных платий, мягкие сапожки с туфельками из выделанной кожи и широкополую шляпу, чтоб закрыть лысину. Ну, и несколько комплектов этой полупрозрачной одежды тоже, ну так, перепродать потом с наценкой, да…
Следом я направился в книжный, купить какой-нибудь словарь, чтоб иметь возможность общаться с жителями города. Да и когда пойду дальше, хотелось бы понимать, как общаться с обитателями других городов.
В книжном глаза начинали разбегаться от многообразия того, что там было! И книги, и брошюрки, и сворачиваемые свитки из кожи демонических зверей. Были даже в переплёте из золота и украшенные драгоценными камнями, я думал, какие-то ценные трактаты, а хрен там — семейные древа правителей пустыни и их биографии. Кто только такое покупает-то…
Говорливый продавец сумел подобрать мне несколько, можно сказать, разговорников, потто которым можно было выучить язык. Что удивительно, иероглифы в них совпадали с теми, которыми я пользовался в трёх мирах, только читали по-иному. Чем-то мне это напоминало Китай и Японию с Земли, когда китайские иероглифы перешли в Японию, но имели другое название при том же смысле. Как-то так.
А на выходе из книжного меня перехватили.
Я их почувствовал ещё задолго до того, как они появились. В этой Лазурной Звезде было всего четыре практика Духовного Моря, насколько я мог почувствовать, и ни один из них не был на пике ранга. Как только я появился возле города, они засуетились, а после один из них быстро оказался рядом с книжным магазином.
Вышел оттуда, а на улице целая делегация: благообразного облика старик с седой бородой, в тяжелых одеждах, вышитых золотом и украшенных мелкими драгоценными камнями и жемчужинами. За ним с десяток мужчин помладше, со скепсисом смотрящих на меня. Ни одной женщины среди этой толпы не наблюдалось.
— Приветствую вас, милостивая госпожа! — громко заговорил старик, делая широкий жест руками, будто обнимая. — Рад видеть столь могучего практика в нашем скромном городе.
— Я тоже рада быть тут. — я шаркнул ножкой.
— Могу я услышать имя госпожи
— Сяонин Лянхуа. — улыбнулся. — А ваше? Простите, не знаю, с кем имею честь говорить.
— О, прекрасное имя и очень вам подходит! — одобрительно покивал головой старик. — А я всего лишь ничтожный старейшина семьи Хун, Хун Цзи.
— Хрын-быр-рын! — неодобрительно забурчали мужчины позади него.
Похоже, им не нравилось, что их старейшина растекается передо мной в комплиментах.
— Хыр-рыр! — прикрикнул на них старик, на секунду обернувшись. Потом снова ко мне, расплывшись в улыбке. — Простите, сиятельная Сяонин! Не окажете ли честь посетить мой дом? Хотелось бы пообщаться, узнать новости их дальних стран, из которых вы пришли.
— Конечно, вы желаете прямо сейчас?
— Было бы прекрасно!
— Тогда ведите.
Ногами идти не пришлось, мы со стариком Хуном сели в большой паланкин, а остальная толпа оседлала верблюдов.
— Мастер Хун, я заметила, что тут многие предпочитают ездить на верблюдах или в паланкинах, но не летать на лодках. Я их даже и не видела за сегодня! Это почему так? Не подскажет? — поинтересовался я, пока мы ехали к его дому.
— О, это очень легко объясняется. Наша дом, наша пустыня — необычное место. И законы её весьма переменчивы. Пустыня не любит, когда кто-то их грубо нарушает, а полёты являются таким нарушением. Если слишком часто летать, то ниоткуда может налететь песчаная буря невероятной силы и так закружить практика, что от него останутся одни голые, очищенные до белизны кости. Или на него нападёт какой-то чудовищный демон.
— Вы серьёзно? — я с недоверием смотрел на него.
— Увы! — старик развёл руками и вздохнул. — Мы бы и сами хотели, но за последний год погибли пять молодых практиков, которые пренебрегли бесполётным правилом.