Двойное счастье 2

Глава 23

Жена Великого Агнешка

Радоваться надо, что все так сложилось, да никак не выходит. Теперь всегда буду сыта, под надёжной защитой, никто не посмеет даже пальцем тронуть. Поначалу я расстроилась жутко, что мне не дадут служанок, ведь женщина на весь лагерь только я одна. Не с кем поговорить будет, никто не поможет застегнуть платья. Боялась опозориться, надев как-то не так сложный эльфийский наряд. Откуда мне знать, во что облачаться, в каком порядке надевать нижние юбки и накладные карманы, какой наряд прилично носить в шатре, а в каком выйти наружу. Не у кого спросить, а сама я не знаю. Зря боялась, то, что мне принесли, достойной одеждой назвать было сложно. И все равно я нашла в себе силы искренне поблагодарить слуг за заботу, лучше уж так, чем в одном изодранном нижнем белье. Только платье без нижних юбок, и то струится подолом, норовя подчеркнуть собой тело. Нет даже кринолина, чтобы скрыть свое тело от чужих взглядов, ничего этого нет! Кроме платья принесли два мужских наряда с богатым узором, шитых по моей фигуре, а ткань какая, заморская, лёгкая и в то же время удивительно плотная. Давно я такой не держала в руках, а, может быть, даже никогда. Кому это шито? Зачем? Быть может, у Великого появился надёжный слуга? Не знаю. Спросить не рискнула, совершив тем самым ошибку. Багровея от стыда, оделась, разобрала волосы в прическу. Я должна нравиться мужу, обязана. Он меня спас от такого позора, от насилия, от смерти. Никто не тронет, надо помнить об этом. А никого постороннего я не соблазню ненароком этой одеждой, все отведут глаза. Умылась, для румянца впервые не пришлось щипать лицо, и так вся красная от стыда. Зачем только он меня спас, пожалел, да и пожалел ли? Может, просто решил утолить мужской голод? Не знаю. Слуги накрыли богатый стол, расставили дорогую посуду. Мне не разрешено подойти, чтоб хоть что-то поправить, расставить тарелки иначе. Ловлю на себе неприятные обвиняющие взгляды. Не скрываясь, мужчины переговариваются.

- Великий молод. Польстился на красоту.

- Видел бы он тех девушек, чистых душой и прекрасных, что дожидаются нашего возвращения в Великом лесу, не польстился бы на эту.

- Уж точно бы не взял в жены ту, что обманом хотела убить.

- Только сунься к столу - сгоришь. Заклятия мы наложили, какие нужно, больше никого не отравишь.

Опустила глаза и отошла в дальний угол к постели. Ничего не возможно им объяснить, да и какое дело эльфам до наших крестьян? До того, что обещали сотворить со всеми нами элийцы, если бы я не решилась убить Великого. Тот же Орлан, ведь он обещал расправиться с моим братом. Только мало значит для светлых эльфов человеческая жизнь по сравнению с жизнью Великого.

- Держи, - вложил в мои руки слуга небольшую плошку, полную каши и мяса. Рот моментально наполнился слюной. Стыдно. Княжна не имеет права становиться подобной челяди, есть по углам, когда ей отказали от стола, и все же беру. Голодать я не собираюсь, если планирую выжить. И так слишком худая, чтоб казаться красивой. С огромным трудом нахожу в себе силы поблагодарить.

- Не старайся. На все воля твоего господина.

Слуги ушли, я как можно быстрее покончила с едой, даже не разобрав толком вкуса. Помялась и с глаз подальше спрятала опустевшую миску на пол у стены. На стол ее не поставишь, другой подходящей мебели нет здесь, да и на виду испачканную посуду оставить нельзя. Что делать мне дальше, не понимаю. Усталость валится на плечи. Прошлой ночью уснуть я боялась, затаилась в постели и долго ждала, когда Великий решит воспользоваться своим правом. Тряслась от страха под одеялом, вспоминала осторожные намеки княгини, прямо она ничего не сказала, когда меня готовили к прошлой ночи. Просила перетерпеть, не кричать слишком сильно, не мешать победителю брать свою плату за наше спасение. Дала нож, чтоб потом я могла оборвать свою жизнь, не принеся в замок позора. Княгиня ничего не знала про подлость элийцев. Девичья кровь должна была смыть пятно позора с нашего фамильного герба. Повезло. Как же мне повезло, что позор стёрся браком. Меня ведь так и не тронул никто. Я вступила в союз нетронутой, чистой.

Издалека заслышала грохот его злых шагов, муж вошёл в шатер мрачнее зимнего неба. Мне до дрожи в коленях становиться страшно, спину прошиб холодный пот. Эльф зол, и чего от него сейчас ждать, не ясно. Что прилично делать супруге? Был бы он человек, я бы хоть что-то могла понять. Бросилась к ногам, чтобы помочь снять грязную обувь, не портить ею ковра. Оттолкнул, опять обвинил в коварстве. Велел переодеться в штаны, не угадала я с платьем? Но как же так? Спешу скорее выполнить этот приказ, думать и стыдиться стану потом, ошибки слишком дорого мне обойдутся, если уже не обошлись. Только бы не выбросил из шатра, не наказал слишком сильно.

Великий пригласил за стол, и я смогла сделать вдох полной грудью. Значит, одобрил мое поведение. Ничего, что тело не спрятать больше за юбкой, мужа стыдиться нельзя. Что скажет, то делать и стану.

Сесть за стол, наверное, можно? Слово Великого сильнее ворожбы слуг? Ем с удовольствием, только бы не думать о своем будущем. Разговор не вяжется вовсе, с каждой минутой, с каждым моим неловким поступком муж свирепеет все больше. С ужасом понимаю, что этот воин может так же легко вышвырнуть меня вон, как и подобрал. Расторгнуть брак или просто зарезать, как не оправдавшую его надежд человечку. Делаю все совершенно не то и не так, говорю невпопад, поминутно краснею. Эльфы иные. Как мне подстроиться? Что сказать? Какую найти подсказку?