Двойное счастье 2

Черт знает, что происходит. Какой подвиг, какая война? Я в седле-то держусь еле-еле. Мечом наверняка воспользоваться не смогу. Жесть. Как бы обратно вернуться? Отец меня точно убьет, решит ещё, что уши я прооперировал, если они действительно отрастут. "Очередная блажь!" - прямо слышу его голос. Ещё и надерёт за них же как следует, чтоб не повадно было.

- Как я могу вернуться домой?

- Зачем? Вас ждет слава и подвиги, свершения! Великие дела! Разве не о них вы мечтали? Золото и богатства? Магия! Последним каплям чистейшей крови не место вдали от исконного дома. Тем более, когда он стоит на краю гибели!

- Мечтал. И, наверное, вернусь сюда, как только смогу. У меня пропал отец. И возлюбленная, - слово далось с огромным трудом, - я обязан помочь им, сообщить, куда провалился, и тогда решать остальное.

- Великий! Ваша судьба теперь – подвиг. Или смерть. В тот дом, где вы жили, можно переправить письмо.

- Отлично. Вы не понимаете, отец пропал. Я так понимаю, он тоже из наших, из эльфов?

- Безусловно. Я загляну в зеркало мира и узнаю судьбу неразумного.

- А Веры?

- Девушек на пути много. Но... Хорошо. Ее судьбу попытаюсь рассмотреть тоже.

- Когда?

- Прямо сейчас.

Лекарь извлёк из складки плаща небольшое зеркальце, девушки обычно ищут в таких недостатки на своих лицах. Подбросил в воздухе. Стеклянная поверхность хлынула за пределы тонкого обрамления, расплылась наподобие лужи, только вертикальной и серо-зеленой.

- Назовите имя отца. Заодно и посмотрим, что вам досталось от магии рода.

- Денис!

В зеркало словно попала белая молния, оно брызнуло во все стороны, закрутилось внутри себя и расползлось шире в стороны.

- Куда так много! Чувства не должны овладевать вашей волей, Великий!

Папа! Сидит за столом, пишет письмо, рядом спит мама Веры. Гостиница? Номер? Вон ещё один мужчина стоит у окна. Главное, отец жив и здоров, остальное не так уж и важно. Только что это? Почему над постелью натянут мыльный пузырь?

- Где они?

- Вам виднее, - протянул волшебник, - Хотя. Подождите, там дроу, - в зеркало полилась струя пара из руки лекаря. В ответ на это по краям замерцали странные символы, - Он, определенно, в нашем мире. Перенёсся следом за вами? Или раньше? Не понимаю.

- Вера! – не дал я лекарю договорить. Картинка исчезла, стерлась. Вижу ее. Лежит на полу, уставившись в книги, рядом скачет целый зверинец ярких существ. Картинка резко исчезла, да и переливающейся лужи уже больше нет. Волшебник вновь держит в пальцах небольшое зеркальце с тонкой оправой.

- Дроу не любят, когда за ними смотрят другие.

- Дроу?

- Темные эльфы. Вы разве не знали, Великий, кто ваша возлюбленная?

- Нет. Она человек, как и я.

- Вы ошибались,- неужели Вера со своей матерью нас во все это втянули? - Сейчас принесут чистые вещи, оруженосца я назначу вам сам для вашего блага и с вашего позволения, - за шатром раздался девичий вскрик.

- Что с ней будет?

- Казнят по вашему приказу.

- Я такого не приказывал.

- Прикажете. Только выберите способ.

- Нет.

- Вас опоили. В той чаше я вижу остатки зелья страсти, и потом, в вашем возрасте страсть часто затмевает разум. Животное начало берет верх над светлой душой.

- Я не отдам такого приказа.

- И как же вы поступите? Прикажете отпустить на все четыре стороны? До границы лагеря она не дойдет, даже не сомневайтесь, ее убьют много раньше. За пределами его тоже. Так что проще и честнее казнить ее здесь и сейчас. Зачем подавать ей обманчивую надежду, которой не сбыться.

- Какие есть варианты?

- Это ваша воля, Великий. Вам и решать судьбу девки.