Страница 70 из 77
— Далее — модели «Лоретта-65» и «Лоретта-67». Тогда идеалом красоты были модели «плюс-сайз»… Идеально подходя в качестве официанток, актрис театра-кабаре, а на планетах, где сервам разрешено оказывать интим-услуги…
— Пропустить, — приказала Октавия, и серв-мастер заткнулась.
Примеры сервов в виде стометровых голограмм загорались при нашем продвижении вдоль улицы, перед рядами контейнеров — и в одежде, и в интерьере, и в ниглиже, и даже в анатомическом режиме разборки.
— Какое извращение, — проговорила Октавия. — Это выглядит как рабовладельческий рынок.
— «Хранилище тринадцать» является образцово-показательным хранилищем, предназначавшимся для продажи и субаренды крупных партий сервов для строительных работ, — немного надменно отвечала местная серв-мастер.
— Я ожидал увидеть здесь ржавые склады с разного рода барахлом, — признался я. — А вижу вполне себе современный склад.
— О, складов ржавого барахла у нас тоже навалом, — расплылся в улыбке князь. — На окраине каждого города — десяток наберётся.
— Планета буквально живёт кустарной продажей и ремонтом сервов, — мрачновато сообщила Октавия. — И это только те крохи, которые не поместились на склады. Цирконские сервы обеспечивают рынок по всему сектору.
— Я одного не пойму, почему вам не удалось найти заказчика для данных партий? — спросил я. — Ведь это прямо-таки живое золото. Это настолько ценный трудовой ресурс, что на нём можно озолотиться.
— Я искал! — воскликнул князь. — Я выставлял на продажу, и на аренду. И цену копеечную ставить, чтобы чуть ли не за свой счёт рейсы оплатить. Ноль реакции. Как будто блокирует кто-то.
Мы переглянулись с Октавией. Всё ясно. Та самая тендерная система, которая наглухо находится не то под Хольмдомом, не то под строительным картелем. Ну, вполне логично, что тут особо никому не будет интересно, когда такой гигантский трудовой потенциал запросто может перекроить весь рынок труда в ослабленной Империи.
— Вы искали «Лорес-99Т», господин? — спросила Сингулина Е. — Вот они. Из-за габаритов они не помещаются в контейнеры.
— Вот они! Вот они, красавцы! — довольно сообщил князь. — Помню, помню, как прадедушка ими хвастался, когда я был маленьким.
И точно. В секции на четырёх исполинских полках стоял в полный рост тридцатиметровые сервы. Немного разной комплектации, некоторые худые, некоторые покрупнее, с третьей дополнительной ногой, чтобы была возможность удлинить конечности и работать, как кран, и прочие радости.
Мой взгляд скользил по ним, изучая детали, подсветившуюся маркировку и прочее, как вдруг я заметил что-то ещё более колоссальное.
Там стояли в ряд четыре здоровяка, упиравшиеся головой в потолок. Двести метров ростом, не меньше!
— А там что за жесть?
— А далее — очень редкая экспериментальная модель, «Лорес-99СТ», — сказала Сингулина Е. — Супертяжёлый серв для строительства гидроэлектростанций и крупных объектов. Из десяти созданных экземпляров у нас хранится четыре.
— Не хотите посмотреть на него в действии, владыко? — спросил Андрон.
Платформа остановилась напротив него. А во внутреннем экране в чате от него открылась кнопка для подтверждения.
— Конечно, хочу! Пробуждай! — скомандовал я, подтверждая действие ключом.
— Стойте, это опасно! — воскликнула Октавия, но было поздно.
Хабазина пришла в движение. Отцепила толстенные цепи, которые удерживали её в контейнере, перешагнула металлические ограждения, встала в коридор, напротив нас. Затем присела на корточки, наклонилась, вглядываясь в нашу компанию.
И вот тут-то я почуял неладное.
— Назад! — заорала Октавия за секунду до того, как супертяжёлый «Лорес-99СТ» размахнулся и со всего маху ударил кулаком по нашей платформе.