Страница 55 из 92
Конечно же, он был одет. В свободные серые штаны и мешковатую бежевую безрукавку с широким вырезом-лодочкой и такими же широкими прорезями для рук. В этой просторной, открытой в небо комнате, на огромной круглой кровати, в простой, домашней одежде, с живым, открытым, полным любопытства взглядом, могучий Вернон Ямакава выглядел трогательно и уязвимо.
Он на секунду разомкнул губы, но, как и Малиника, не нашел слов.
— Стульев пока нет. Устраивайтесь на кровати, я сейчас все принесу. — Алия легко вскочила и направилась к кухонной поверхности слева от двери.
— И что же, мы будем пить кофе, вот так просто? — Ани, ярко-красная, с вытаращенными глазами, следила за тем, как вейверка по-хозяйски распределяет по кружкам черный порошок.
— Тебе заварить как-то по-особенному? — по-своему поняла вопрос Алия.
Взгляд Вернона неуловимо изменился, и Малиника поняла, что впервые в открытую наблюдает ту самую усмешку, когда Ямакава видит, как вейверское восприятие мира вводит невейверов в ступор, и не собирается ничего пояснять.
— По-особенному?! Но ты же совсем без одежды! — возмущенно выдохнула Ани и затараторила: — Мы вломились без стука, извините, конечно, но ведь было не заперто, а вы здесь вдвоем спите, и ты, голая, нам кофе предлагаешь?!
— А, ты об этом! Не волнуйся, мы уже довольно давно проснулись, так что вы нас не разбудили. И я думаю, что эта черная дрянь — как раз то, что всем нам сейчас нужно!
Наполнив кружки кипятком, Алия подхватила поднос и через несколько секунд уселась по-турецки на кровати. Гостям ничего не оставалось, кроме как присоединиться.
Вместе с тремя чашками, наполненными черной, с маслянистым отливом жидкостью, стояла четвертая, просто с кипятком, и кустик живой мяты. Когда женщины разобрали свои напитки, Вернон придвинул к себе поднос и начал готовить свой. Большие, немного неловкие после болезни пальцы тщательно отбирали отдельные листочки, слегка разминали их и бросали в горячую воду. Свежий, легкий и вместе с тем глубокий аромат окутал Малинику, и ей показалось, что во всей вселенной нет ничего лучше, чем этот запах, этот рассвет и эти плавные движения знакомых рук. Вязиницына замерла, боясь приложить все то, что она узнала за эти дни о Ямакаве, не к борющемуся за жизнь телу в реаниматоре, а к живому, настоящему человеку. Тяжесть в висках, ненадолго отступившая, опять начала возвращаться.
— Ты не будешь кофе? — обеспокоенно спросила Ани.
— Нет. — Тихий, хрипловатый голос Вернона сам был как ароматный чай. — На два из семи основных компонентов у меня теперь аллергия, а остальные пять больше не действуют.
Ани нахмурилась, вспомнив свое состояние после того, как они со Шмидтом потеряли Ямакаву в долине.
— Врачи наверняка смогут подобрать другой препарат!
— Не смогут. Все известные антидепрессанты, противотревожные, стимуляторы и снотворные для меня теперь бесполезны.
Вернон закончил выбирать листья, отставил горшок в дальний угол подноса и поднял взгляд. «Какая разница, что там записано в генах и какие тени прошлого стоят за твоей спиной, если ты все еще можешь вот так тепло улыбаться!»
Но через мгновение улыбка погасла. Черные брови обеспокоенно сошлись на переносице.
— Ты в порядке? — спросил Вернон, глядя не в лицо, а куда-то за ухо Малиники.
— Я…
«Монитор состояния!» Приклеенный Алией еще в день возвращения Ямакавы, тогда, в душе! Малиника совсем про него забыла! Нащупала стикер в основании черепа, содрала. Квадратик начал быстро сереть, но было видно, что до этого он был желтым. Резко выдохнув, Малиника задрала левый рукав. Цыкнула. Датчик заражения показывал, что уровень антител в ее крови упал, а вирус стал определяться. «Так вот откуда эта тяжесть в голове!»
— Как же не вовремя!
Собранная врачами модель иммунитета колонии показывала, что изоляция заразившихся колонистов не требовалась. Наоборот, небольшое количество вируса в окружающей среде активировало специфический иммунитет остальных и работало как дополнительная мини-вакцина. А в сравнении с заражением в Деревне количество вируса, выделяемого членами Б-32, было бенгальским огнем на фоне ядерного взрыва. Только вот у Малиники было еще и четкое снижение количества антител, а значит, пойдет по сценарию Кейт: через один-два дня она разболеется. «Ну, хоть успею сегодня лично предупредить об этом Олифера и других лидеров Деревни». Улучшений в ситуации не было, напряжение нарастало, и если она, как воплощение пресловутой Агаты, внезапно пропадет, это может привести к кризису. «Но все это может подождать!»
— Ой! — Планшет Ани внезапно запиликал, и она чуть не пролила свой кофе. — Какие-то твари добрались-таки до грядок! Мне надо бежать! — Залпом допила жижу, фыркнула от гадкого вкуса и, уткнувшись в планшет, быстро вышла из комнаты.
Вязиницына посмотрела ей вслед, затем отхлебнула из своей кружки. Горький, химический, немного маслянистый вкус напитка не располагал к долгим посиделкам, но Малиника готова была наслаждаться каждой каплей, чтобы оттянуть необходимость уходить.
Алия тоже проследила взглядом за Ани и вместе с тихим щелчком двери сбросила с себя маску глуповатой игривости. Улыбка на ее идеальном лице стала едва заметной, очень взрослой и немного грустной.
— Посидишь с нами еще пару минут?
Это произнес Вернон. Малиника обернулась к нему, чувствуя, как тонкий мостик странного, невысказанного доверия снова восстанавливается между ними. Просьба Ямакавы прозвучала очень буднично, но в ярких желтых глазах опять появилась знакомая холодная глубина.
— Да, конечно.
* * *
Наземная база, 2550-07-25 05:15