Страница 57 из 77
Глава 24
Я обдумывал слова Короля нищих и, наверное, впервые осознал всю степень угрозы, которая висит над миром уже много-много лет. Если подобные монстры окажутся во внутренних витках, то большинство воинов им просто физически не сможет ничего противопоставить.
— Вижу, что теперь ты понимаешь, — удовлетворенно кивнул Король.
— А Демонический странник? Как он пользуется проходами в Глубинный лес? У него есть какой-то артефакт, позволяющий туда попадать?
— Вряд ли это артефакт, скорее всего, какая-то неизвестная техника. Мы давно за ним присматриваем, и не похоже, что ему для перемещения нужны какие-то дополнительные средства.
Получается, что мне не показалось — убийца дедушки Мора, возможно, тоже имеет сродство с пространством и каким-то образом научился этим пользоваться. В иной ситуации я бы попытался с ним договориться, возможно, даже убедил бы научить меня, но тут личный конфликт, так что без вариантов. Если стоит выбор между новыми силами и другом, я выберу второе.
— И все же, Король, у меня есть ещё один важный вопрос. Я бы даже сказал, ключевой. Почему? Почему вы меня спасли? Вы же говорили, что не станете больше помогать, и тем не менее лично отправились в одно из самых страшных мест мира, чтобы вытащить меня.
Старик хмыкнул и задумчиво пригладил бородку.
— Скажем так, мне не хотелось бы, чтобы Костяной палач погиб.
— Так вы знаете..
— По правде говоря, ты не слишком то и скрываешься, — развел он руками, а я криво усмехнулся. Тут он был совершенно прав. — Мару правильно обратила на тебя внимание, только она не владела всей информацией. Ну а когда в деле появилась таинственная черноволосая девушка, портреты которой я уже видел, всё стало очевидно. Выдающийся воин и Говорящая с мертвыми.. Палачом может быть лишь её страж.
— И многим об этом известно? Я имею в виду за пределами Союза.
— Кто знает, но я бы считал, что да. Другое дело, что для большинства это всего лишь сказки. Даже в нашей организации большинство считает, что всё это ерунда.
— Рамуил так не считает.
— Да, демоны — это проблема. Не знаю причин, но им нужна Говорящая с мертвыми. Мне доводилось слышать, что пару лет назад Божественная гвардия даже участвовала в её поисках, но то уже в прошлом.
— Почему?
— Бездна активизировалась. И нет, это не твоя вина и не имеет никакого отношения к Глубинному лесу. По каким-то причинам у Бездны есть циклы. И ближайшие несколько лет идет пик обострения, когда твари лезут полчищами. Даже сами Лорды участвуют в отражении атак, и большая часть сил Вечной Божественной Гвардии сосредоточена в столице. Несмотря на то, что в ней состоит огромное количество воинов, рук всё равно не хватает.
А вот это была хорошая новость, у меня всегда было некоторое опасение, что заявится кто-то из Вечной Божественной Гвардии, чтобы отвести Юл к Рамуилу. И именно поэтому я и создавал собственный дом. Чтобы не бежать, а дать отпор любому, кто отважится. Но видимо, Вечной Божественной Гвардии совсем не до этого, а значит, единственная угроза, которая сейчас есть, это Альянс тени.
— Как уже сказал, напрямую демоны вас не достанут, но руки у них все равно длинные. Так что советую быть настороже. Я сообщу, если узнаю, что какая-нибудь демоническая секта получила на вас заказ.
— Но с Альянсом тени вы нам не поможете?
— Увы. Тут мое решение остается прежним, я не могу подвергать свою организацию такому риску, — с этими словами старик поднялся. — Пока можешь отдыхать и пользоваться нашим гостеприимством, а у меня ещё есть некоторые дела. Чуть позже мы ещё поговорим.
* * *
На койке я пролежал недолго. Тело быстро восстанавливалось, и беспокоило пока лишь горло. Мне было сложновато говорить, и при глубоком дыхании я слышал странный свист, но думаю, что это пройдет.
Пока что я решил посмотреть, как собственно живет Союз нищих, и был немного удивлен. Нет, я, конечно, видел, что они носят обноски, выглядят грязными и все в таком духе, но я не думал, что и их дома столь бедны.
Это была совсем небольшая бедная деревушка, большая часть домов которой была построена из веток и глины, с соломенной крышей. Самое примитивное, я бы даже сказал, первобытное жилье. И это казалось таким странным, ведь Союз — серьезная организация с огромным количеством членов и большими финансами.
Хотя, может, в этом и ключ? Как можно серьезно относиться к подобной организации, видя такое? Чем незначительнее ты кажешься, тем меньше людей обратят на тебя внимание. Хотя, возможно, есть ещё какие-то неизвестные мне причины.
Я прогуливался по центральной улице деревни и ловил заинтересованные взгляды местных. Те не отрываясь занимались своими делами: кто обрабатывал звериные шкуры, кто плел сети, кто ухаживал за небольшим огородом.
Впереди я заметил что-то вроде столовой, это было понятно по рядам столов и лавок и полуоткрытой кухне с огромным котлом. За одним из столов в полном одиночестве сидела моя спасительница и неторопливо потягивала горячий травяной чай. Тут были и другие люди, но все они держались от женщины подальше, а вот я, напротив, решил познакомиться.
Подошел и сел за тот же стол, заставив женщину приподнять голову и взглянуть на меня желтым глазом через разрез в соломенной шляпе.
— Чего надо? — без намека на гостеприимство спросила она.
— Ты ведь Зирана? Хотел тебя поблагодарить за..
— Заткнись. Ещё хоть раз назовешь это имя, отрежу тебе язык, — при упоминании своего имени женщина обнажила клыки, что были заметно длиннее и острее человеческих. Она по-звериному рыкнула, а дальше сказала уже менее враждебно: — В Союзе не принято звать друг друга по имени. Некоторые, вроде твоей подружки, этим пренебрегают, но среди нас хватает и тех, кто не приемлет такого.
— Ведь в именах заложена сила, — догадался я, о чем речь.
— Верно, — мгновенно смягчилась женщина, но не полностью, и настороженность, смешанная с враждебностью, в её голосе все ещё оставалась.
— Тогда как мне тебя называть? К тебе же как-то обращаются другие.
— Тень.
— Тебя называют Тень?
— Ты глухой? Я только что это сказала, — рыкнула женщина.
— Хорошо, Тень, извини. Я тебе не очень нравлюсь, да?
— Мне мало кто нравится, — ответила она. — А ещё от тебя смердит. От людей вообще часто смердит, но в основном это запах дерьма, трусости, похоти..
— А чем пахнет от меня?