Виолетта

Часть I Клатч цвета спелой вишни

Глава I

Две случайные встречи

Ничем не примечательный осенний вечер. Я сижу уже более получаса в соседнем ресторане, грязные тарелки у меня унесли, скоро кончится вторая бутылочка пива. Пора бы отправиться домой, но что-то останавливает меня. Возможно, гипотетическая линия, которую я мысленно провел от столика у стенки, слева, метрах в пяти от меня, к столу почти в середине ресторанного зала. За столиком у стенки, лицом ко мне, расположилась блондинка с нелепыми, явно искусственными кудряшками. По виду – глубоко за тридцать пять лет. По крайней мере, на такой возраст намекает ее усталое лицо; фигуру из-за стола не видно. Глаза вроде светлые, возможно, голубые или зеленые. Блондинка неспешно пьет уже вторую чашку чего-то, время от времени откусывая крохотные кусочки печенья. Мне не видно, что она пьет, но судя по чашке, это кофе.

Вроде ничего интересного в этой блондинке нет. Но я внутренне жду чего-то, пытаюсь оценить блондинку, выявить какие-то несоответствия в поведении или хотя бы в одежде, обуви, мелочах. Неприметный коричневатый костюм с отложным воротничком не дает пищи для размышлений. Обувь, правда, мне не разглядеть, но сумочка, положенная на краешек стола, вполне в поле моего зрения. И сумочка относительно модная. Нет, я не смог бы по внешнему виду определить фирму, вижу только форму и цвет. Мягкий клатч без каркаса и ручек, цвета спелой вишни, довольно глубокого оттенка. Такие были в моде прошедшим летом. Я отнюдь не специалист в области модных женских аксессуаров, но в сценарии должны быть подсказки для художника по костюмам. Нужно через аксессуары высветить хотя бы в осях очередной отрезок жизни героини. Поэтому немного слежу за модой.

Это уже вошло в привычку – в каждой не совсем стандартной ситуации ожидать неожиданное развитие. Вероятно, именно несоответствие сумочки и костюма вызывает у меня смутное предположение о возможности появления «события». «События», которое позднее можно зафиксировать в одном из файлов моей рабочей «библиотеки», а потом хотя бы частично использовать в очередном опусе. Вот так я с десяток лет тому назад зафиксировал вечером необычный эпизод с овчаркой, мирно лежащей в ресторане под столом у ног пожилого мужчины. Необычный, так как собаку можно привести с собой только в специализированные заведения. Недаром же у входа висит соответствующее объявление. Как менеджер зала разрешил этому мужчине провести с собой пса? Ведь мужчина не слепой, следовательно, овчарка не поводырь. Ничего не произошло, мужчина вышел из ресторана раньше меня.

Дома я пытался представить, что может заставить хозяина пойти вечером с собакой в обычный ресторан. И из этих рассуждений вырос небольшой рассказик, который я позднее развернул в сценарий фильма. Правда, пришлось многое в сюжете изменить. Самая серьезная правка была связана с требованием режиссера научить собаку разговаривать. Долго с этим мучился, но результат превзошел все мои ожидания.

Да, это было удивительный случай: сценарии я и раньше приносил в киностудии, предлагал за мизерные деньги. Ни один не удавалось сбыть. Перебивался мелкими поручениями одной из газет, с которой связался еще в студенческие времена. А этот сценарий у меня приняли, соблазнились главным героем – умной овчаркой. Оказывается, у продюсера была примерно такая же овчарка. По ее имени и назвали фильм – «Несси». Собственно, с именем я возился долго: нужно было именем подчеркнуть ее доброту, чувство справедливости и долга. Я боялся, что добавление способности разговаривать разрушит реальность действий, но режиссер меня убедил, вернее сломал, и не ошибся. Заплатили, правда, гроши, компенсировав это отдельным пунктом в договоре. Вставили право на небольшой процент от продаж фильма. Киностудия не верила в успех, право на процент от доходов после покрытия расходов казалось старшему продюсеру фильма эфемерным.

Но всем на удивление фильм окупился уже на третий день проката. Была даже неделя, когда фильм вошел в десятку самых кассовых фильмов. Нет, ни одной премии фильм не получил, да и не заслуживал он даже номинации. Но в конце года я получил чек на весьма приятную сумму, позволившую мне внести первый вклад за мою студию. Несколько лет я получал дополнительно свою долю пирога, когда права на показ фильма продавали телевизионным каналам в штатах и за рубежом. И, главное, киностудия заключила со мной договор на десять лет. Кабальный договор: по нему я не имел права предлагать свои сценарии другим киностудиям; были скрупулезно определены права и обязанности сторон: объем сценария, количество сценариев, предъявляемых студии в год, величина гонорара, передача прав сценариста режиссерам и множество мелких прав, в основном – прав киностудии. Меня купили обязанностью киностудии приобретать не менее двух моих сценариев в год. Не знаю, почему киностудия пошла на такие условия, но я в тот момент был согласен на любой вариант, обеспечивающий мне мало-мальски надежное финансирование.

Вот и теперь сижу в относительно приличном ресторане, предвкушаю очередную продажу законченного недавно сценария. Сценарий, как всегда, отправил по интернету дней десять назад. Продюсер одобрительно хмыкнул, сказал, что опус пролистал; не вынимая изо рта электронную сигарету, с серьезным видом проскрипел мне на экране, что сценарий – очередное дерьмо, но студия его купит. Нужно только добавить число укокошенных бандитов, подстрелить еще разок киллера и увеличить его вознаграждение с пятидесяти тысяч хотя бы до пяти миллионов. Вознаграждение – фигня, только заменить в двух местах цифирь, все равно режиссер будет менять его в соответствии со своим вкусом. Но чтобы увеличить число убиенных и подстрелить еще раз киллера, придется вставить одну-две дополнительные сценки. Ерунда, работы на пару часов. Денег хватит сделать очередной платеж по ипотеке за мою студию и останется на несколько месяцев. Можно будет недельку отдохнуть. Жаль, что сейчас на нашем побережье холодновато, а на приличную поездку во Флориду средств не хватит.