Страница 86 из 97
Глава 42
Когда я открыла глаза, во всем теле чувствовалась странная слабость. Было ощущение, словно из меня выкачали всю кровь до последней капли.
Я заставила себя оглядеться - знакомые шторы, мягкий свет... Я лежала в собственной постели в своих покоях. На прикроватном столике теснились незнакомые флаконы с лечебными зельями, а в кресле напротив дремала мама.
Под ее глазами залегли глубокие темные тени, похоже, она давно тут сидит.
Но стоило мне со стоном приподняться и сесть, как мама мгновенно распахнула глаза. Увидев, что я пришла в себя, она всплеснула руками, вскочила с места и в один миг оказалась рядом со мной на постели.
Заключила меня в объятия, судорожно выдыхая мне в волосы:
- Ну наконец-то, доченька... Ты очнулась и пришла в себя!
Я мягко отстранилась, пытаясь сфокусировать блуждающий взгляд:
- Мама... Что со мной произошло?
Вроде бы самый обычный, закономерный вопрос, но стоило ему прозвучать, как мама резко осеклась. Она виновато прикусила губу и поспешно опустила глаза в пол, избегая моего взгляда.
На мгновение в комнате повисла давящая тишина.
- Тебе стало плохо, Элания, - тихо, сокрушенно произнесла она, перебирая пальцами край моего одеяла. - Вас с Криспином связал проклятый ритуал, и когда его... когда его тяжело ранили, эта связь активировались. Твои жизненные силы потоком потянулись к нему, Криспин выжил и смог дотянуть до приезда королевского лекаря только потому, что буквально пил твою жизнь.
Она замолчала, судорожно сглотнув, и снова с глубокой грустью посмотрела в мои глаза.
- А потом? - шепотом спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается от дурного предчувствия. - Что было потом, мама?
- Ты таяла на глазах, была слишком слаба, потеряла сознание у меня на руках - мамин голос дрогнул.
- Лекари опускали руки. Нам пришлось пойти на крайние меры и призвать сильнейшего мага. И... спасибо Кирану. Несмотря ни на что, не оставил нас в беде, он лично привел Сергио - верховного мага. Тот сумел совершить невозможное и разорвал действие кровного ритуала.
Она осторожно взяла меня за руку, сжимая мои холодные пальцы в своих ладонях:
- Но у любого вмешательства такой силы есть побочное действие - магический откат. Именно поэтому ты сейчас чувствуешь эту ужасную слабость. Поэтому…
Я не дала ей договорить и взволнованно перебила:
- Что с Криспином?
Мама ответила не сразу. Повисла тяжелая, гнетущая заминка в долгих три секунды, прежде чем она тихо произнесла:
- Криспин первым потребовал, чтобы маг провел ритуал и разорвал вашу связь.
- Что с ним? Что с Криспином?! - внутри меня все кипело от ее недомолвок.
Мама снова замялась, пряча взгляд:
- Доченька, ты очень слаба. Сейчас служанка принесет обед, ты поешь, отдохнешь, а вечером мы с тобой поговорим… обо всем. Хорошо?
Я хотела жестко отрезать «нет», но слишком хорошо знала, как мама упряма в своем желании меня защитить. Если она решила молчать - из нее и клещами правду не вытянешь. Поэтому я задала только один, самый главный вопрос:
- Он жив?
- Жив...
Я едва заметно кивнула. Пусть несут еду, спорить не было сил, к тому же я и впрямь почувствовала, как сильно хочу есть.
- Ты сама-то как себя чувствуешь? - мамин голос смягчился. - Если хочешь, я позову к тебе сиделку, чтобы побыла рядом.
Я прекрасно понимала, что мама просто хочет поскорее пойти проверить моих младших братьев-близнецов. Они те еще сорванцы, за ними нужен глаз да глаз, иначе перевернут весь дом и роме родителей никого не слушают.
- Все хорошо, мама, сиделка мне не нужна. Если что-то понадобится, я сама позову.
Она облегченно кивнула, нежно поцеловала меня в лоб и направилась к выходу, бросив на прощание странный, печальный взгляд. И тут вдруг до меня кое-что стало доходить. Слишком уж много недомолвок…
- Мама, постой! - окликнула я ее у самой двери. - Сколько дней я вот так лежу?
Мама на секунду замерла, спина ее ощутимо напряглась.
- Три дня.
- Три дня... - растерянно протянула я.
Очевидно, за эти три дня произошло что-то из ряда вон выходящее. Что-то, о чем мама отчаянно не хочет мне говорить. И ведь точно не скажет.
Я не стала ее больше задерживать, делая вид, что ничего не заподозрила.
Но стоило двери за ней плотно закрыться, как я через силу дотянулась до прикроватной тумбы, запустила руку вглубь и достала артефакт. Тот самый, который мне пару недель назад подарил Киран. Это была последняя, баснословно дорогая модель артефакта связи, настроенная исключительно на него, причем при разговоре я могла видеть его живой образ, а он – мой.
Я наспех поправила растрепавшиеся волосы, максимально прикрылась одеялом, и активировала камень.
Да, Киран должен был меня ненавидеть после всего, что произошло. А значит, он точно не станет сдерживаться, щадить мои чувства и выльет на меня всю правду, которую так старательно скрывают родные.
Камень связи мягко засветился, выпуская облако серебристого дыма, и в нем проявился силуэт дракона. Киран сидел в своем кабинете за заваленным бумагами столом и... пил прямо из горла бутылки.
Его камзол был небрежно сброшен на кресло, ворот рубашки расстегнут, темные волосы взъерошены. Стоило ему заговорить, как я мгновенно поняла: он сильно пьян.
- Элания? - он удивленно поднял бровь, всматриваясь в мое изображение мутным взглядом. - Ты?..
Киран резко замолчал, кривя губы в горькой усмешке, видимо, понимая, что нам с ним больше абсолютно не о чем говорить. Я была втайне благодарна ему за то, что он хотя бы не сыплет в меня проклятиями с первых секунд, хотя, возможно, все было еще впереди.
- Прости меня... если сможешь, - тихо выдавила я, глядя на его уставший вид. - И спасибо... за мага Сергио.
Дракон тяжело, со свистом вздохнул, поставил бутылку на стол и вдруг пристально, с какой-то затаенной болью посмотрел на меня через артефакт:
- Скажи мне, Элания... Неужели одна ночь с НИМ всего этого стоила?
Он обвел пьяным взглядом свой роскошный кабинет, явно намекая на себя самого и на то, от чего я так легко отказалась.
Я растерянно молчала. Хотела было кивнуть, что - да, но вовремя остановилась, понимая, что эти слова сделают ему только больнее. Сейчас я была последней, с кем бы он хотел вести душевные беседы.