Страница 79 из 97
Глава 65
Глава 38
Вместо ответа я со злостью прокусила его губу, возвращая ему всю ту боль и злость, что сжигали сейчас меня изнутри. Соленый привкус крови на языке лишь сильнее распалил мой гнев и ярость.
Я потянулась рукой, насколько позволяли мои кандалы - рванулась вперед, лязгнув металлом, вцепилась в его плечи, раздирая ногтями тонкую ткань рубашки. Материя жалобно треснула, обнажая кожу, и я оставила на ней красные, горящие следы.
Я ненавидела Криспина за эти «два дня». За то, что посмел прийти ко мне, решив провести со мной ночь, как с какой-то крестьянской девкой, а завтра утром как ни в чем не бывало уйдет к ней, к своей законной невесте - жене.
Однако Криспин не разозлился. Он глухо, довольно зарычал прямо мне в рот, чувствуя мой ответный напор, и тотчас вся его аристократическая сдержанность вмиг испарилась.
Он действовал жестко, подчиняя себе каждый сантиметр моего тела, но в этом не было жестокости, была только накопленная за месяц разлуки жажда. От эйфории у меня стала кружиться голова.
Наши же звери, почувствовав нашу слабину, встрепенулись внутри, попытались перехватить контроль и вырваться на волю. Воздух наполнился тяжелой аурой драконьей магии. Пламя свечи заметалось, хлопнула от порыва ветра не затворенная створка окна.
И вдруг Криспин резко приподнял меня за бедра, заставляя прогнуться в спине… а я …я замерла от острого чувства близости. Ткань моей ночной сорочки натянулась до предела, грозя порваться... Ярость больше не жгла, она переплавилась в чистый огонь... который требовал только одного - сгореть в нем дотла вместе с ним.
- Криспин… - сорвалось с моих губ уже не крик протеста, не приказ остановиться, а отчаянный, умоляющий стон, когда его горячие ладони бесцеремонно очертили мои бедра, задирая подол выше, окончательно уничтожая оставшиеся между нами преграды из тонкой ткани.
Еще мгновение - и мы перешагнем черту…
Но в последний момент я все-таки нашла в себе силы, взяла себя в руки. Отстранилась, упершись ладонями в его грудь, и с ядовитым презрением, хрипло ему сказала:
- Уходи, Криспин!
Дракон с недовольным рыком остановился.
- Проваливай к своей жене!
Его грудь тяжело вздымалась, дыхание вырывалось неровными, горячими толчками. На губе алела капля крови - мой след.
Но вместо ожидаемой ярости на его лице вдруг появилась мягкая, снисходительная улыбка.
Он медленно слизнул кровь с губы, поймал мой взбешенный взгляд и тихо в ответ прошептал:
- Глупышка… Я для себя уже все решил.
Я дернулась, отворачиваясь от него, пытаясь спрятать лицо в подушку, но он не дал мне отвернуться. Его пальцы мягко, но настойчиво коснулись моего подбородка, возвращая мой взгляд к себе.
- Я действительно собирался жениться на Лилиане, - произнес он. - Но только из-за ее шантажа, она угрожала нашей семье. Детали рассказать не могу, это не моя тайна, но вчера отец увез мать в Искарию, подальше от всех этих интриг. Там она пробудет до рождения моего брата, так что, даже если Лилиана решится теперь рассказать все и выльет свою грязь, мама будет слишком далеко, ее это никак не затронет. Шантаж потерял всякую силу…
- Я собирался завтра же сообщить Лилиане, что расторгаю наш договор, - продолжил он, поглаживая большим пальцем мою скулу. - А потом сразу идти к твоему отцу просить твоей руки. Но сегодня я получил это письмо… и просто не смог удержаться.
- Правда? - прошептала я, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Затаила дыхание, пристально вглядываясь в его затуманенные страстью глаза. Внутри меня отчаянно боролись разум и чувства. Я пыталась понять, лжет он или все-таки нет.
Вдруг он говорит все это прямо сейчас лишь для того, чтобы окончательно сломить мой отпор, заполучить мое тело, а потом безжалостно бросить? Но в ту же секунду глубоко в моей груди встрепенулась моя драконица. Она удовлетворенно заурчала, подтверждая - она тоже не чувствовала ни капли фальши в его словах.
Обида испарилась, я облегченно выдохнула и сама, больше не сдерживаясь, потянулась навстречу его теплу.
- Где ключи от кандалов? - выдохнул он мне в макушку, и в голосе его слышалась улыбка.
Я усмехнулась.
- У служанки.
Он замер.
- Зачем?
- Я попросила ее до утра не приходить и никого ко мне не пускать, - чуть тише добавила я, поднимая на него глаза с затаенным вызовом.
Дракон на мгновение задумался, оценивая обстановку, его взгляд скользнул по кандалам, по цепи, уходящей к изголовью кровати, по моему лицу.
Но я не дала ему времени на лишние размышления… приподнявшись на постели навстречу, я сама инициативно прижалась к нему, впиваясь в его губы искренним поцелуем.
Этот жест сорвал последние тормоза.
Криспин глухо, удовлетворенно зарычал прямо мне в рот, подчиняясь этому безумному наваждению. Его руки сомкнулись на моей талии, притягивая меня ближе, стягивая с себя рубашку, штаны…
- А как же наша связь? Ритуал? - выдохнула я, когда он на мгновение оторвался от моих губ, чтобы развязать узел.
Криспин пристально посмотрел на меня, и в его темных глазах я увидела ответ прежде, чем он успел его произнести.
- Я не хочу его разрывать.
И в этот момент я поняла, я тоже больше этого не хочу…
Все, что было дальше, походило на горячечный сон…
- Я люблю, тебя. - прохрипел Криспин.
За словами последовал резкий толчок… который заставил меня на секунду забыть, как дышать. Я вскрикнула, переплетая свои пальцы с его пальцами, вжимаясь лицом в его шею.
Криспин вздрогнул всем телом. Его мышцы окаменели, он замер, поднял на меня удивленный взгляд своих черных, бездонных глаз… Его движения изменились, стали нежными, медленными…
Он изучал меня, касался губами каждого сантиметра моего тела, заставляя выгибаться и просить еще.
Но когда я привыкла, когда мои пальцы впились в его спину, а с губ сорвалось умоляющее - еще... быстрее… не останавливайся…, его движения стали властными и глубокими.
Мы не просто занимались любовью, мы уничтожали друг друга, въедались в память, оставляя неизгладимый след. Я хотела, чтобы ни одна другая женщина в мире больше никогда не смогла занять мое место в его мыслях.
Одеяла были безжалостно сброшены на пол, я еле сдерживалась, чтобы громко не стонать. А тяжелое дыхание Криспина, его прерывистый шепот - «Моя… только моя… навсегда…» - окончательно затопили мой разум, утягивая нас обоих на самое дно этой сладкой, греховной бездны.