Страница 27 из 97
Глава 20
Глава 14
- Не кричи, - раздался бархатный приятный голос. - Это я.
Криспин Обержен!
Он сидел на противоположном сиденье, скрестив руки на груди, и смотрел на меня в упор. Видя, что я испугалась он наконец додумался активизировать магический светильник внутри кареты.
- Ты что здесь делаешь?! - выпалила я, едва отдышавшись. - Ты с ума что ли сошел?! Если нас увидят вместе…
- Никто не увидит, - перебил он спокойно. - Карета без гербов, кучер мой, проверенный. Шторки задернуты.
- Но зачем?!
Он помолчал, пристально всматриваясь в меня, в его глазах читалась тревога и усталость .
- После того, что я узнал про записку, мне кажется, что наши семьи целенаправленно хотят стравить и поссорить. - Он подался вперед, опираясь локтями о колени. - Я хочу лично довезти тебя до дома и убедиться, что ты благополучно добралась. А то мало ли что может произойти, да и ... так мне будет гораздо спокойней.
Я задумалась, переваривая его слова. Его предложение было разумным. Даже более чем разумным. Если кто-то действительно пытался столкнуть наши семьи лбами, нам следовало быть осторожнее.
Я медленно выдохнула, расслабив плечи.
- Хорошо, - сказала я, чувствуя, как внутри меня разливается подозрительное странное тепло, стоило только понять, что мы с графом поедем вместе.
- Трогайся.
И карета покатилась дальше, увозя нас вперед. Но стоило немного отъехать, как Криспин трижды стукнул в стенку кареты и попросил возницу остановить на втором повороте. Я вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему.
- Что происходит? - спросила я, но он уже отодвинул шторку, осторожно выглядывая наружу.
- Обычная мера безопасности, - ответил он, не глядя на меня.
Карета остановилась. Первым дверь открыл Криспин, затем протянул мне руку, помогая спуститься. Его ладонь была теплой и надежной, и я оперлась на нее, чувствуя, как от его близости по спине в очередной раз пробегают мурашки.
На обочине, скрытая в тени раскидистых дубов, стояла вторая карета. Такая же темная, такая же неприметная и невзрачная.
- Прошу, - Криспин помог мне взобраться на новое место, затем обернулся к первому вознице. - Следуй по маршруту до особняка Блайдов, и не останавливайся ни под каким предлогом. Если кто-то попытается остановить тебя - гони.
Возница кивнул, тронул поводья, и первая карета покатила вперед, поднимая облако пыли.
Я покачала головой, глядя, как она удаляется.
- Все-таки ты зря перестраховываешься, - сказала я, когда вторая карета тронулась с места. - Кто вообще знает, что я у тебя? Всего пара человек.
Криспин промолчал. Его лицо в тени кареты казалось еще более мрачным, чем обычно.
Мы ехали молча. Я смотрела в окно на проплывающие мимо поля, но мыслями была далеко. Думала о предстоящей встрече с родителями, об объяснениях, которые мне придется давать. О том, что скажет отец, если случайно узнает правду.
Я так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как мы подъехали к воротам родительского поместья.
- Приехали, - сказал Криспин, и в голосе его послышалось странное облегчение.
И вот карета остановилась. Граф не стал выходить, сохраняя инкогнито, потушив свет светильника. Я же ждала, пока дворецкий подойдет и откроет мне дверцу. Я уже взялась за ручку, собираясь ступить на подножку, как вдруг с крыльца донесся пронзительный крик.
- Жива! Жива! Моя девочка!
Я даже не успела ничего понять, как мне навстречу уже бежала матушка. Она была растрепана, волосы выбились из прически, щеки мокрые от слез. Я пошла ей навстречу.
Она накинулась на меня, крепко сжимая в объятиях.
- Мама? - я отстранилась, заглядывая ей в лицо. - Мама, что случилось? Почему ты плачешь? Что такое?
- Карета… - всхлипнула она, прижимая ладони к груди, пытаясь унять дрожь. - Карета, на которой ты выехала из дома Оберженов… на нее напали наемники. Посреди бела дня, на шумной улице. Говорят, их было четверо... они убили возницу, перевернули карету, обыскали ее...
У меня потемнело в глазах. Земля качнулась под ногами, и я схватилась за мамино плечо, чтобы не упасть.
- А отец? - выдохнула я. - Отец где?
- Отец твой умчался вместе с Хитэмом, - мать снова всхлипнула, вытирая слезы дрожащими пальцами. - Как узнали о нападении - сразу обернулись драконами и полетели тебя искать. Вдоль тракта, над лесом, над полями… Мы подумали, что тебя похитили или...
Она не договорила.
Я стояла, чувствуя, как страшная дрожь пробирает меня до самых костей.
Меня хотели убить.
Не просто припугнуть или подставить, и не опозорить. Меня по-настоящему хотели убить. Подослали наемников, перекрыли дорогу, убили кучера прямо на козлах. И если бы мы не пересели в другую карету… если бы Криспин не проявил эту дурацкую паранойю…
Я медленно обернулась к карете, из которой только что вышла. К той самой карете, в которой мы с Криспином проделали большую часть пути. Она только - только начинала трогаться, второй возница сидел спокойно, не подозревая, что другой возница только что принял смерть за него.
- Но как... - прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. - Откуда вы знаете, что напали именно на ту карету?
- Когда ты разговаривала со мной, я поняла твое послание, сказала отцу – он послал людей следить за домом Оберженов, - мать вытерла слезы. - Они видели, как ты села в карету, и проследовали за ней до самого... - она всхлипнула снова, - до самого нападения. Они видели все, поспешили вмешаться. Но в карете никого не было, кроме мертвого возницы, одному наемнику удалось уйти.
Мать взяла меня за руку и повела в дом, на ходу вздыхая и охая. Я шла, погруженная в свои мысли, и вдруг остановилась.
- Мама, - сказала я тихо. - Передай отцу, чтобы он не искал меня. И скажи ему, что нам нужно срочно поговорить с Оберженами и очень серьезно. Кажется, кто-то хочет не просто поссорить наши семьи, а наставить друг против друга и чужими руками убрать.
Мать кивнула и полезла за артефактом связи, бормоча под нос:
- Хоть бы твои отцы не успели наломать дров…
А я уже кричала дворецкому:
- Закройте ворота, задержите карету, ее нельзя выпускать!