Страница 47 из 77
– Расслабься, – ободряюще шепчет Алистер и легонько стучит в дверь. Раздается тихое «входите» и прежде чем войти, Алистер наклоняется и оставляет легкий поцелуй на моих губах.
– Лучше?
– Немного, – улыбаюсь я.
Алистер толкает дверь, и мы заходим внутрь. Бабушка Алистера сидит в кресле
– Сынок! – при виде внука ее морщинистое лицо озаряет улыбка и она спешит обнять его.
Дедушка Алистера лежит на кровати, в окружении медицинских приборов и крепко спит.
– Как он?
– Уже лучше. Врач сказал, что для нашего возраста сердечный приступ совсем не новость, но показатели хорошие и здоровью дедушки уже ничего не угрожает.
Я топчусь рядом, чувствуя себя ужасно неловко. Смотрю на открытое окно и думаю получится ли у меня незаметно выскользнуть в него, пока бабушка Алистера не успела обнаружить мое присутствие.
Черта с два!
Алистер вспоминает обо мне, прежде чем я успеваю исполнить на мой взгляд идеальный план.
– Бабушка, это Теа. Я говорил тебе о ней. – женщина переводит взгляд с Алистера на меня. Ее миндалевидные глаза медового оттенка впиваются в меня. Она изучает меня, и я чувствую себя неуютно.
– Теа, – женщина словно пробует мое имя на вкус. Мое нервозность возвращается в двойном размере.
Я тяжело сглатываю.
– Рада знакомству, миссис Линмор, – произношу я, протягивая женщине букет хризантем.
– Как твоя фамилия?
Моя фамилия?
Я смотрю на Алистера, но он только пожимает плечами.
– Гилмор, – я откашливаюсь, а потом добавляю уже более уверенно, – Теа Гилмор.
Клянусь, каждый раз, когда я произношу это вслух, я будто слышу ухмылку своего отца, прямо из тюремной камеры.
Почему – то, мне кажется, что женщину обрадовал мой ответ. Она протягивает руку и гладит меня по волосам.
– Она мне нравится, – заявляет она, обращаясь к Алистеру.
– Да. Мне тоже, – соблазнительная улыбка расползается по лицу парня, и я чувствую, как мои щеки заливает жаром.
– А чем это пахнет?
И тут я вспоминаю про хлеб, что все это время держала в руках.
– Мы испекли для вас хлеб.
– Вы испекли хлеб? Сами?
– По твоему рецепту, – гордо заявляет Алистер.
– Правда?
– Правда, – я протягиваю женщине буханку с хлебом, и она разворачивает его.
– Боже мой, – пораженно шепчет бабушка Хлоя, вдыхая аромат хлеба, – Будто из нашей пекарни. Как вам это удалось?
– Удивительно, но оказывается я все еще в мельчайших подробностях помню рецепт, – Алистер проходит в палату и опускается на стул у кровати своего дедушки, – На самом деле, это была идея Теи.
– Просто я пыталась отвлечь его от грустных мыслей.
– Кстати, у нее отлично получилось, – я буквально приказываю себе не закатывать глаза.
Бабушка Хлоя кладет хлеб на приставной столик и берет в руки букет.
– Пойду попрошу у медсестры вазу, а потом мы вместе попробуем хлеб.
По мере того, сколько времени я проводила в компании бабушки Хлои ее взгляд становился теплее, и она уже не смотрела на меня с подозрением. Хлеб действительно получился божественным. Я не знаю каким он был в оригинале, но то, что получилось у нас с Алистером оказалось ничуть не хуже. По крайней мере, именно так сказала его бабушка. Мы втроем прогулялись по абрикосовому саду на территории «Добрых сердец», обсудили предстоящую выставку Алистера и «Vivify». Бабушка Хлоя спрашивала про мою семью, и я рассказала ей только хорошее про семью Гилмор, которая воспитала меня, бережно спрятав правду о том, чья кровь течет по моим венам. А потом бабушка Хлоя настояла, чтобы мы остались на обед.
К концу дня я окончательно расслабилась.
И Алистер держал меня за руку.
А я не переставая вспоминала прошедшую ночь и остро ощущала на своем языке вкус медовой акварели.
Когда мы уезжали бабушка Хлоя заключила меня в объятия.
– Береги ее, сынок. У нее очень доброе сердце, – произнесла женщина, обращаясь к своему внуку, но он предпочел ничего не отвечать. Достаточно было его улыбки.
По дороге домой мы снова слушали радио. Я закинула ноги на приборную панель, отвечая на сообщение от Харпи, который интересовался, когда я вернусь домой. Очевидно, чтобы я опять не стала случайным зрителем его порно – съемок.
– Ты сегодня работаешь? – спрашивает Алистер, убавляя звук стереосистемы.
Я киваю.
– Да. А ты ночуешь у Дилана. Сегодня твоя очередь.
– Черт, – ругается парень, – Я чуть не забыл.
– Поедешь за пончиками?
– Иначе меня не впустят в квартиру, – усмехается Алистер.
Мне хотелось поговорить на более серьезную тему, но я боялась того, что могу услышать. Старалась выглядеть равнодушной и не предавать слишком большого значения тому, что происходит.
– Нужно заехать на заправку. Успеваем?
– Да, все в порядке.
Мы заезжаем на заправку, и я выхожу из машины, чтобы размять затекшие ноги.
– Пойду куплю воды, – говорю я пока Алистер возится с бензобаком, – Взять тебе что – нибудь?
Лис качает головой.
Я делаю шаг в сторону магазина. Когда я берусь за ручку, дверь резко распахивается, и я едва не лечу на асфальт.
– Осторожнее, – слышу я и от этого голоса у меня по телу пробегают мурашки. Я поднимаю глаза.
– Теа?
Сердце ухает вниз, кончики пальцев немеют, а взгляд Алистера прожигает кожу на затылке.
Я узнаю его сразу.
Передо мной стоит Дарен Харрисон.
Герой моих ночных кошмаров.
Отец моего не рождённого ребенка.
***
Все великолепие сегодняшнего дня рассеивается, когда я смотрю на парня, который много лет назад разбил мне сердце. У Дарена такое выражение лица словно он увидел призрак, а я если уж быть совсем откровенной именно так я себя и ощущаю.
Призраком.
– Дарен?
Облегчение отражается во взгляде моего бывшего, словно он опасался, что я могу его не узнать. Хотя думаю это невозможно. Каждая девушка помнит парня, с которым потеряла девственность и я, черт возьми, не исключение.
Он делает шаг вперед и заключает меня в объятия, и я ловлю себя на том, что обнимаю его в ответ.
Это так странно. Мы не виделись пять лет после той встречи в заброшенном домике, после которой моя жизнь изменилась.
– Господи Боже, – выдыхает он, прижимая меня к себе, – Это действительно ты?
Я киваю.
– Это действительно я.
Дарен отпускает меня и берет за руки.
– Поверить не могу. Что ты здесь делаешь?