Поднебесная

У выхода из следующего двора нас нагнала тележка с ящиками. Её толкали трое молодых работников. Галерея была узкой, мы прижались к стене. Первый подмастерье прошёл, второй придержал покосившийся ящик, третий зацепился рукавом за выступ и налетел прямо на меня.

Я поймал его за плечо, не дав упасть.

— Осторожнее.

Парень что-то быстро пробормотал, поклонился и отступил. Лицо его оставалось опущенным. Цяо резко окликнул подмастерьев. Те ускорились и скрылись за поворотом.

— Он просит простить неловкость, — сказал Сюй.

— Это я понял уже без перевода, — невозмутимо ответил я.

Но главное — у меня в левой ладони у меня лежал сложенный вчетверо кусок бумаги, который сунул один из подмастерьев. Я я сжал пальцы и опустил руку в карман.

— Вы не ушиблись? — спросил Цяо.

— Всё в порядке, благодарю.

Мы продолжили путь. Бумага шуршала в кармане при каждом шаге. Желание достать её было сильным, но галерея просматривалась из трёх окон, за нами шли люди Цяо, впереди ждали дворцовые носильщики. Пришлось терпеть до самой резиденции.

Как только дверь кабинета закрылась за Василием и Сюем, я достал бумагу.

— Мне кое-что передали. Господин Сюй, полагаю, для перевода понадобится ваша помощь.

Сюй подошёл к столу. Я развернул записку и прижал углы двумя пресс-папье. На сероватой бумаге стояли две вертикальные строки иероглифов, написанные быстро, но, как мне показалось, разборчиво.

Обычное спокойствие Сюя как рукой стёрли.

— Что там? — спросил отец.

— «Не бейте по жёлтому алмазу», — перевёл он. — «Вашей рукой убьют наследника».