Страница 47 из 83
На шестьдесят первой секунде я отпустил конструкцию — контролируемо, чисто, без единого осколка.
Барсуков посмотрел на секундомер, потом на меня. И сделал то, чего я не видел за все недели тренировок.
Он улыбнулся.
Не усмехнулся, не кивнул — улыбнулся. Одними уголками губ, едва заметно, но — улыбнулся. В исполнении Барсукова это было равнозначно тому, чтобы пуститься в пляс.
— Шестьдесят одна секунда, Александр Васильевич, — произнёс он. — Четырёхслойная конструкция с полным набором помех. Стабильная компенсация по всем точкам воздействия.
— Достаточно? — спросил я.
— Достаточно для сдачи. — Барсуков убрал секундомер и посмотрел на меня тем взглядом, который я видел у него в первый день: оценивающим, но теперь — с другим выводом. — Вы значительно улучшили свои показатели, Александр Васильевич. Физически, технически. Вода уже не ваше слабое место. Она — вполне рабочая стихия. Не блестящая, не виртуозная — но рабочая. Этого хватит.
И всё же в его глазах я читал и сомнение.
— Но? — спросил я.
— Экзаменаторов будет пятеро, включая представителя Военно-магической академии. Они будут давить каждый по-своему. Один будет придираться к технике. Другой — проверять вашу стрессоустойчивость и концетрацию. Попытается вывести из равновесия психологически. Пять экспертов, Александр Васильевич. Пять разных углов атаки. Не дайте им себя сломать.
— Не дам, — пообещал я.
Барсуков кивнул. Достал из кармана конверт и протянул мне.
— Что это?
— Моё заключение. Рекомендация допуска к экзамену на восьмой магический ранг. Подписано мной, как наставником, с указанием результатов тренировок и динамики прогресса. Без этого документа Ранговая комиссия не примет вашу заявку с учётом особого статуса.
Я взял конверт. Плотный, с личной печатью Барсукова. Весомый документ. Документ, который говорил: «Этот человек готов. Я за него ручаюсь».
— Благодарю, Фёдор Владимирович.
— Пока не за что благодарить. Вы сами сделали всю работу. Я только показал вам дорогу.
Он протянул руку, и я пожал её.
— Теперь вы можете подать документы в Ранговую комиссию, — сказал Барсуков. — Распоряжение великого князя, моя рекомендация, ваше прошение. Комиссия назначит дату в течение трёх рабочих дней.
— Поеду сегодня же.
Я переоделся и вышел из зала с заветной рекомендацией в кармане. Штиль ждал у машины.
— В Ранговую комиссию, — сказал я, садясь на заднее сиденье. — Подаём документы на экзамен.
Штиль кивнул и завёл мотор.
Одна попытка. Пять экзаменаторов. Без права на ошибку.
Но у меня за плечами были месяцы тренировок, полтора века опыта, семья, которая верила, и мастер, который за меня ручался. И кровь Фаберже.
Пора принять вызов.