Страница 57 из 128
К тому же она ему нравилась. Внешне она была интересной, но не первой красавицей мягко говоря. Разве что улыбка просто ослепительная. Но было что-то в ней такое, что хотелось оставаться с ней.
— Характер, стержень какой-то..
Знает же, что ее хотят прикончить, а не ноет, не плачет, духом не падает. Смотрит на него волчьим взглядом, готова руку откусить, если он попытается снова провернуть с ней фокус как в тот вечер, когда развел ее как дурочку на поцелуй. Вспомнив об этом Сен усмехнулся.
— Нет, отец ты хорошую невесту мне выбрал, — поблагодарил он давно погибшего отца. — Если бы твой сын не рассказал о твоих планах лучшему другу, то все было бы как ты и хотел. Женился бы, стал бы королем Ярала. А теперь.. А теперь я должен сам исправить свои ошибки.
Пытаясь не поддаваться нахлынувшему чувству вины, Сен достал из кармана артефакт царицы Асланы "Око Всезнания" — амулет в форме глаза с зеленым камнем вместо зрачка.
— Яви мне путь во тьме и неизвестности, — прошептал он артефакту и прижал его ко лбу.
Закрыв глаза, он сосредоточился на ощущении магии внутри. Как бежит сила по венам и медленно стирает все, что было им. Все мысли, все эмоции, все воспоминания, все что только можно было бы назвать им до тех пор пока не осталось состояние чистого листа.
А после открыл глаза и снова увидел тоже самое.
Нити ветров и сил природы вокруг. Как магия окутывает руки, его собственная и бело-оранжевая магия Рэял-Су на крыше. А после перед глазами засветилась знакомая бело-оранжево-зеленая лента — нити пути. Она шла от него к рисунку и окутывала лист бумаги, на котором в прошлый раз магия заставила его нарисовать ее портрет.
— Черт, — выругался он. — Да, скажи что мне с тобой-то делать? На тебя будут все охотиться! Даже без магического дара, все равно ты приманка и мишень для нападения.
Будто давая ответ на его вопрос, зеленые нити окутали его руку, в которой он зажимал карандаш, побуждая нарисовать то, что он не понимает. Поддаваясь чутью он быстро начал рисовать что-то поверх рисунка. А когда заклинание угасло он с удивлением заметил, что нарисовал на ее голове корону и артефакт, который лежал у него в руке.
Также как и у всех Цариц Таланы, закрепленный по центру высокой шапки монарха.
— Ну, и что это значит? — шептал он, рассматривая рисунок. — Что же ты скрываешь, Рэял-Су?
С листа бумаги на него смотрела, как живая наследница рода Ануи.
Улыбчивая и радостная. Настоящая, в отличие от того, какой он встретил ее на помолвке с Алифом. На рисунке была женщина, в которой бурлила жизнь.
— Неужели только ты сможешь помочь проложить путь мне путь к амулету Целэа?
Пытаясь разобраться, он повторял заклинание раз за разом, но артефакт давал ему только один ответ. Ему нужно привести Рэял-Су туда, откуда давным-давно его забрали — в гробницу последней Царицы Огненной Империи.
— Твою же мать.. — вздохнул он. — Так вытащить тебя из лап Алифа с картой поиска амулета Целэа еще не самое сложное?
*****
5 июля
Глубокой ночью я лежала и никак не могла уснуть.
Мысли о том, что будет, если у меня не получится не давали покоя. Часами я ворочалась на подушках и все было не так. Казалось было проще спать на голой земле, чем на лучшей перине с этими мыслями.
— Сегодня уже десятое июля.. И если я не смогу выбраться 31 июля.. — вздохнула я.
Я встречалась с Сеном уже раз шесть, но все равно не могла найти ответ на два вопроса — как добиться того, чтобы Алиф пустил меня в кабинет и что делать, если все таки стычки с магами я не смогу избежать. И если на первый вопрос была хоть крохотная искра плана, то от второго просто зубы сводило.
Из-за действия зелья подавления, я не могла даже свечу зажечь не сделав десяток попыток. О том, чтобы зажечь камин или защититься от боевых магов, не могло даже идти и речи.
Невольно я бросила взгляд, на одиноко стоящий в углу жасмин. Каждое утро я два с половиной года просыпалась и смотрела на него, как на память о дорогих мне моментах. Но сегодня я на него смотрела как на самого надежного хранителя моей тайны, которая может быть и поможет мне выбраться.
Отбросив одеяло, я встала и подошла к деревцу, которое уже стало почти одного роста со мной. Белые лепестки шевельнулись и тут же окутали меня своим ароматом, укрывая белоснежным цветочным одеялом.
— Нет, сегодня я пришла открыть свой тайник, — покачала я головой, обращаясь к деревцу.
Тайник, который пообещала себе больше никогда не открывать.. Никогда не использовать, и сделать вид, что никакой истории у этого деревца на самом деле не было.
— Эрсе Аир, — прошептала я белым лепесткам и зажгла белую искру в воздухе.
Повинуясь моему приказу, лепестки окружили пламя и направили к самым корням. В груди стало больно от того, что я сейчас увижу, как мое деревце должно обратиться в пепел. Сжигая все, что было мне дорого.
Зажмурившись, я с замиранием сердца ждала как в воздухе запахнет пеплом. Однако стоило мне открыть глаза, как я вдруг увидела, что деревце все еще целое и невредимое. Оно просто впитало мою силу и изменилось. Теперь вместо белоснежных лепестков с дерева свисали золотисто-коричневые плоды ацилоса.
Не зная, как реагировать, я боязно протянула руку к деревцу и сорвала фрукт, ожидая, как все остальные обратятся в пепел. Но и тут дерево вело себя противоположным образом. На место сорванного фрукта приходили лишь новые веточки, на которых распускались новые цветы.
— Точно.. — догадалась я. — Ты же силу любишь. Все-таки хорошо, что Алиф подарил тебя, дома меня хотя бы никто не замечал на фоне того как ты за два года вырос как за пять лет..
Не теряя времени, я быстро сорвала восемь фруктов и отправив деревцу еще одно крохотное пламя произнесла:
— Аир.
Спустя десять минут я уже сидела в кресле и залпом выпила кислый сок ацилоса. А после закрыв глаза сосредоточилась и представила себе того, кого так сильно хотела увидеть.
Представляя себе до последней черточки на лице, каждую деталь одежды и образа, пока открыв глаза не обнаружила, что получилось. Вот только в отличие от обычного варианта развития событий, я была все также в своей спальне, просто теперь я была не одна.
— Ты хотела меня видеть, Рэял-Су? — родные глаза приятно блеснули синевой.
— Очень хотела, — призналась я, чувствуя знакомы дурман ацилоса.