Страница 88 из 134
По результатам Великой войны Соединенные Штаты всячески продвигали разные темы, призванные в том числе и разрешить вопрос с выплатами долга европейских стран Америке. Как и в моей истории, так и здесь, с выплатами всё было крайне скверно. Долг Британии был огромен, в полтора раза больше, чем у России, хоть и не так огромен, как в памятной мне реальности. Франция по факту была банкротом, и американцы делали все от них зависящее, чтобы Орлеан не объявил дефолт и отдал бы хоть что-нибудь из своей двухмиллиардной задолженности. В любом случае выплачивать бодрым французам было абсолютно нечем и нечего, экономика просто лежала горизонтально без признаков не то что оживления, но и жизни, как таковой. Тем более что никаких репараций от бошей в нынешней истории не было. Германия США ничего должна не была, а вот Россия, в смысле Единство, да. Два миллиарда.
Откуда взялся наш долг? Ветром надуло.
Шутка. Почти.
Россия была должна и до моего воцарения, и мы активно брали в долг уже при мне в период с 1917-го по 1920-й, пока шла война, пока мы не разрулили кризисную ситуацию в своей экономике и пока на Россию не полился дождь инвестиций.
Про долги «до войны» можно написать отдельную книгу об идиотизме, вредительстве, коррупции и благих намерениях. И о том, как продать родное Отечество оптом и в розницу иностранцам. Чего только стоил идиотизм с введением золотого обеспечения рубля! Нигде в мире не было такого вопиющего вредительства, какое устроили в России либералы и их коррумпированное правительство. Ну, разве что в африканских колониях, но там все было иначе. У нас же ввели правило, что КАЖДЫЙ выпущенный казначейством рубль должен быть обеспечен золотом по курсу 1 к 1 к номиналу содержания золота, указанного на банкноте. Разумеется (о, как неожиданно!!), у России не было СТОЛЬКО золота, сколько было бумажных денег в обороте. И что сделали либералы (прости, Господи, за хреновое слово!)? Правильно! Заняли золото во Франции под обеспечение выпуска русских бумажных денег. Под проценты, разумеется. Да так, чтобы 1 к 1 было обеспечение. И тут же затеяли программу индустриализации, модернизации, строительства и обновления флота, строительства железных дорог, включая гигантский проект строительства Транссиба. Чудовищные расходы требовали золотого обеспечения бумажных денег. Где мудрое правительство брало для этого золото? А догадайтесь сами. И выходила чудесная схема – русская стройка, русскими рабочими, из русских материалов оплачивалась русскими бумажными деньгами, на выпуск которых необходимо было брать займ за займом за границей. Золотом. Под весьма приличные проценты.
Конечно, золото было не единственной статьей прироста нашего внешнего долга. Были и частные инвестиции, и покупка частными лицами (особенно французскими лицами) наших долговых обязательств, облигаций и прочих ценных бумаг. А уж как началась Великая война, тут вообще всё закрутилось..
Впрочем, долг был не только перед внешними кредиторами, но и перед внутренними, отечественными. Причем внутренний долг был ощутимо выше, чем внешний. Но за истекшие четыре года мы весьма существенно сократили нашу задолженность или реструктуризировали её. Подданные моего величества получили возможность обменять государственные долговые обязательства на ценные бумаги, аналогичные тем, что выдавались за изъятые у землевладельцев земельные паи. Система работала, и придумывать что-то уникальное не было никакой необходимости.
Отгруженное в Лондон и Париж русское золото в обеспечение будущих военных поставок пошло в зачёт наших долгов перед Британией и Францией, поскольку с начала 1917 года наши «ближайшие союзники» по Антанте практически прекратили отгрузку в Россию военных и промышленных товаров, за которые мы по требованию «союзников» внесли предоплату золотом. В общем, по целому ряду позиций мы провели взаимный зачёт, да так, что Британия нам осталась должна триста миллионов долларов. К тому же Франция практически обнулила наши государственные долги в обмен на признание нами правительства генерала Петена и поддержку восстановления во Франции монархии. Так что русское золото, полученное Парижем по предоплате за непоставленные военные товары, окончательно закрыло вопрос нашего долга Франции. Что касается задолженности нашей перед частными французскими держателями, то после революции и гражданской войны количество этих лиц значительно сократилось, да и бумаги уцелели далеко не у всех. Короче, реально должны мы были только Соединенным Штатам.
Два миллиарда долларов золотом.
Два миллиарда золотых баксов – это порядочно. Не катастрофа, конечно, но вдруг не отдашь. Особенно, когда не хочешь. У нас впереди Глобальная война со Штатами, и я намеревался не только не слишком отдавать янки долги, но и вытащить из них дополнительно всё, что только возможно. А там, как говорится, Бог подаст.
Так что я абсолютно не стремился бежать впереди европейского паровоза в части выплат Америке. Должники вели активные переговоры с Вашингтоном на предмет реструктуризации долга, желая растянуть график погашения лет на сто или хотя бы на пятьдесят. Мы тоже много переговаривались. В принципе, в самом крайнем и безвыходном случае, полвека растянутых выплат устроили бы и меня. В этом случае мы будем выплачивать ежегодно сумму, эквивалентную шестидесяти тоннам золота. Плюс проценты. Повторюсь – неприятно, но не смертельно для нашей экономики. Того же золота мы каждый год, как уже было сказано, добываем по двести тонн, а золото отнюдь не единственный наш источник доходов, которые могут быть выражены в золотом эквиваленте. Да и вообще, экономика наша сейчас на подъеме, невзирая на войну с Японией, Австралией и прочими, и связанные с этим расходы.
Так что график на пятьдесят лет был бы для нас серьезным успехом в переговорах с Вашингтоном. Да и вообще, полвека – это очень серьезный срок. Но мы добивались графика выплат на сто лет вперёд с отсрочкой начала выплат на десять лет. До 1932 года. Понятно, что американцы на это не пойдут, но зато мы проявляем активную готовность эту тему обсуждать. За это время многое может измениться и многое произойти. Какая-нибудь Великая депрессия, Глобальная война или ещё что-нибудь эдакое.
Нам спешить некуда.