Империя. Тихоокеанская война

Предэпилог

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. СОБОР СВЯТОЙ СОФИИ. 1 января 1922 года

Когда-то, в прошлой жизни своей, я спросил священника, мол, а почему в католических и протестантских храмах паства может сидеть, а в православных только в случае немощи физической? Ответ был простым и конкретным: «А кто ты такой, чтобы сидеть перед Господом?»

Мол, а не охренел ли ты?

И, как ни странно, став помазанником Божьим, я осознал правильность и глубокую истинность этого вопроса. Сколько раз я зарекался от радужных планов и мечтаний. Столько раз я говорил себе: «Хочешь рассмешить Бога – расскажи Ему о своих планах».

Год закончен. Большая часть того, что я напланировал – не сбылась.

Новый год. Пафос и формальности.

Большой императорский выход. Совпало же! И Новый год, и воскресенье. Большой императорский выход, будь он неладен. И хорошо ведь моим подданным, они могут себе позволить попробовать и рискнуть не прийти на это мероприятие. Но я-то явиться был должен. Хотя если бы не настойчивость Маши, я бы фиг сюда пришел.

Вру, конечно. Ближний круг и служба протокола подняли бы меня даже мёртвого и принесли бы сюда, но уж пусть лучше Маша поднимает, чем они, право слово.

Молебен. Рождество у нас сейчас, конечно, главный праздник, но и Новый год тоже не последний.

Патриарх служит. Прихожане стоят и крестятся. И я среди них стою и крещусь. Вспыхивают вспышки, стрекочут камеры, делают умное лицо репортёры. На каждом «умном лице» написано – «лучше дайте деньгами, и я пойду спать». Обойдутся. Один разве я должен тут страдать? Мне и денег никто не даст. И спать тоже.

Куда-то меня понесло не туда. Что и говорить, 1 января – тяжелый день.

Не могу сказать, что прям всё плохо, но и не совсем хорошо в целом. Самое большое достижение – нам удалось избежать массового голода. Тут Бог миловал. Но последствия этого будут нам аукаться ещё года три-четыре. Полностью расстроенное хозяйство, разрушенный рынок продовольствия, практически полное отсутствие экспорта зерна и, как следствие, минимум валютных поступлений. Я понимаю, что это всё стоит миллионов, спасённых от страшной голодной смерти, каннибализма и поедания собственных детей, но в экономике чудес не бывает. А тут ещё и дикие расходы на войну. А я ведь так мечтал сдвинуть её хотя бы на пару лет, дабы разнести по времени эти две жуткие нагрузки на бюджет. Но да, «хочешь рассмешить Бога..»

А тут ещё кайзер этот. Оба кайзера, прости Господи за хреновое слово.

Слава богу, церковная служба окончена. Идём на выход.

Площадь Торжества Православия.

— Ты как?

Величественно:

— Паршиво. По мне сильно видно?

Блистательная улыбка в толпу:

— Не сильно. Но я вижу.

Киваю.

— Хочу водки.

— Обойдешься. Веди себя прилично.

— Как писал.. ну, или напишет Булгаков: «Что-то недоброе таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин, застольной беседы. Такие люди или тяжело больны, или втайне ненавидят окружающих».

Улыбка.

— А ты любишь окружающих?

Качаю головой.

— Тебя – да. Детей – да. Империю и народ наш, насколько вообще это возможно любить абстрактные величины, – да. Но остальных.. Вспомнился старый анекдот: «Гиви, ты любишь памидор? Ответ: кюшать – да, а так – нэт».

Маша рассмеялась, наплевав на этикет и протокол. Чай уже не в храме. Не помню, рассказывал я ей этот анекдот или нет, но, как мне показалось, смеялась она искренне. Может, оно и к лучшему. Дадим почву для работы аналитических отделов вероятных противников. Да и вероятных союзников тоже.

Блин, я даже в семье анализирую сказанное «высокими сторонами». Мне явно пора на отдых.

Или к доктору.

Как же я задолбался..

Вздыхаю сокрушенно:

— Ты даже не представляешь, как я рад тому, что этот проклятый 1921 год наконец-то закончился. Столько проблем..

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

САСШ. НЬЮ-ЙОРК. ОСОБНЯК САЙЛИНГА БАРУХА. 1 января 1922 года

Война на Тихом океане подходила к концу. Пушки уже не гремели. Дипломаты заправляли чернила в «паркеры».. Новые границы уже фактически были проведены, старые союзы пересмотрены, а деньги сменили своих хозяев, часто не покидая хранилищ. Можно и дебет с кредитом подбивать. Но у «тех, кто знает» всегда есть ощущение, что где-то закралась ошибка в расчётах...

— Берни, как ты с Рокфеллером-младшим поговорил?

— Прекрасно, Сайли. Он весьма доволен.

Усмешка.

— Ещё бы. С такими-то прибылями. Да и крепко их «Стандарт ойлы» потеснили на Дальнем Востоке «Роял Дач Шелл».

Глоток виски. Согласное:

— Не только на Дальнем Востоке, Сайли. От англо-голландцев им перейдет и треть английской доли в Большой ближневосточной нефтяной сделке.

— А, кстати, он просил тебя, Берни, быть поручителем при приеме в Мраморный клуб?

— Просил, Сайли. Но я ещё думаю. Мне больше по душе «Морганы», наш и русский – Второв.

Настороженное:

— Отчего же ты сомневаешься, брат?

Ироничная улыбка в ответ:

— Не понимает Джон-джуниор наших клубных ритуалов. Когда я ему сказал, что пара свитков, раскопанных Гертрудой Белл под Багдадом для Паллавичини, дороже Бахрейна с Кувейтом, он счёл, что это шутка.

Понимающее:

— Да, Берни. Джон Рокфеллер – нувориш. А вот Михаилу не надо было объяснять эти тонкости..

Новый клуб сигарного дыма.

— Это меня теперь тоже беспокоит.

— Чем же?

— А тем, что мы могли ошибиться, называя нашего «тирянина» – «суффетом».

— Полно тебе, Берни! Это условности.

— Для нас. Но похоже не для него. – Бернард стал говорить уже серьёзно: – Тебе уже говорили, как он переименовал Бахрейн?

— Откуда, Бернард?

— Он пока не публиковал. Но у меня экстренные сведения прямо из Дворца. – Бернард сделал паузу. Редкая в его кругах интрига увлекла Сайлинга.

— Говори же, брат, не тяни.

— Он назвал его Тирус. Великое Княжество Тирусское.

— Для нас не новость, Бернард, что там начинался Тир.

Бернард Барух лишь покачал головой.

— Думаю, что он готовит трон Старого Тира для старшего сына.

Сайли хмыкнул.

— И, если учесть, что и половина богатств Тира куда-то исчезла перед взятием города Александром Македонским.. Ерунда из досужих мифов, как мне кажется.

Берни прошёлся по кабинету, пуская клубы сигарного дыма.

— Да, брат, ерунда. Но его граф Суворин создаст из мифа ещё одну корону и точку влияния на регион. Мы его не понимаем. Он всегда выполняет все наши договоренности, но умеет удивить нас результатами. И это, Сайлинг, всё больше меня беспокоит..

Сайли пожал плечами.