Страница 126 из 410
И когда леший исчез, собралась с силами, щелкнула пальцами, поднимая спасенного селянина, и побрела с ним к лесу, прочь от деревни. Там всяко безопаснее.
Когда передо мной появился Айвен, грозно сдвинув брови, я уже сидела, привалившись спиной к березке, а рядом спал Тихомир. Он пришел в себя сразу, как я из Липок его вытащила. Но так ему было больно, что я, спросив разрешения, усыпила его одним из тех полезных заклинаний, которые к походу на лося выучила. Вот только и расчет предварительный я делала с учетом веса лося, поэтому, чувствовала, проспит у меня Тихомир неделю-другую…
Леший виновато выглядывал из-за широкой маговой спины. Непонятно, то ли он переживал из-за того, что долго Айвена искал, то ли уже успел ему чего-то лишнего наговорить…
– Что случилось? – отрывисто спросил господин маг, хватая меня за руку и поднимая с земли. – С вами все в порядке?
Я руку вырвала, поморщившись, потерла место, где он пальцами впился, – синяки ведь будут, и буркнула:
– Нет, со мной не все в порядке…
– Где болит? – Айвен потер ладони друг об друга, и они тут же засветились неярко. О как! Дар целителя у магов очень редкая штука, я бы даже сказала, почти и не встречается… Я посмотрела на него, сощурив глаза, и на предплечье свое указала, где начали проступать следы от его пальцев.
А потом с удовольствием наблюдала, как умеет смущаться господин маг. Редко когда такую картину увидеть можно, повезло.
Он легко прикоснулся к моей руке, по которой прошло приятное тепло, убирая появившуюся красноту, а потом опустился перед Тихомиром на колени:
– Что с ним? Он без сознания?
– Он спит, – села я рядом, раздумывая, что мне теперь можно говорить, а чего нельзя. – Тут такое дело, Айвен…
И когда маг повернул ко мне голову, поправилась:
– Господин Айвен. Так вот, надо бы вам в деревню зайти…
Маг оглянулся на открытые ворота. Я тоже посмотрела, вдруг что изменилось? Но нет – отсюда я видела все те же аккуратные домики и ухоженную улочку.
– Сейчас тут закончу, – он наклонился, опуская снова засветившиеся руки на Тихомира, и вдруг нахмурился, закусил губу. А потом дернулся, побледнев, зашептал сквозь сжатые зубы: – Нет, не может быть…
Я подалась ближе, стараясь ничего не упустить: заметил он рваную душу или нет? Но маг уже снова нацепил каменную маску на лицо. Только раздувающиеся ноздри выдавали его волнение. Он поднялся, когда от ожогов пациента не осталось и следа, покачнулся, мотнул головой и пошел сразу в деревню, ничего нам с Бурьяном не объяснив.
– Что ж, – подскочила я следом, – жуть как неохота, но надо…
– Кому надо-то? – угрюмо спросил леший, но удерживать в этот раз не стал. Без толку.
Вот так, оглядываясь на наставника, я и пошла за магом.
Вошли в Липки мы вместе. То есть маг первым, я – осторожно выглядывая из-за его спины. В этот раз предчувствие предательски молчало. Может, Айвен его гасил своей могучестью, а может, не было тут больше опасности лично для меня. Кто теперь разберет?
Он зашел за границу иллюзии и вздрогнул, замерев на несколько мгновений. И, когда мне надоело ждать и я попыталась тихонько его обойти, чтобы посмотреть, вдруг тут еще кто живой остался, Айвен дернул меня обратно себе за спину.
– Госпожа Забава, скажите-ка мне, – начал он менторским тоном, – я слышал, что у вас, ведьм, очень развит инстинкт самосохранения.
– Ну да… – неуверенно согласилась я.
– А вас им обделили при рождении или это приобретенное проклятие?
– Скорее всего, первое, – ответила, и не подумав тушеваться.
– Беда, – покачал головой маг.
Я только плечами пожала.
– Вы зачем сюда одна полезли? – Айвен наконец сдвинулся с места и медленно пошел по улице, внимательно оглядывая разрушенную деревню.
Я опять пожала плечами. Это поди объясни, как работает моя голова, я и сама не всегда с ней в ладах.
– Я же вас предупреждал!
– Я за лосем, – решила все-таки оправдаться. – Самая что ни на есть ведьмина работа…
– Лосей ловить? – поднял бровь маг, обернувшись. – В деревне?
– Так вы сами мне не разрешаете ничего другого… – начала я и замолчала.
Спорить с магом пока было себе дороже. Вот получу диплом, посмотрим, кто кого. Будет мне тут еще выскочка какой указывать, что можно ведьме делать, а что нет. Хочу – лося ищу, хочу – влезаю в неприятности!
Пока я кипятилась, маг подошел к одному из домов, вдохнул несколько раз дым, поднимающийся от тлеющих бревен, и нахмурился сильнее. Я на всякий случай подошла поближе и тоже понюхала. Дым как дым, кашляя, решила я. А маг мрачнел с каждой секундой.
– Чего-то понимаете? – надоело мне ждать, пока он говорить начнет.
– К сожалению, кажется, да, – неопределенно сказал он и снова замолчал.
А потом закрыл глаза, снова к чему-то принюхался, скривился, будто в свинарник заглянул, и посмотрел на меня так, что сердце в груди, запнувшись, замерло на несколько мгновений.
– Что? – спросила я одними губами.
Но он не ответил, повернулся и на деревянных ногах прошел еще несколько сгоревших домов. Я трусливо бежала следом.
– Забава, – обернулся он, участливо сдвинув брови, – подождите меня в лесу, кажется, Бурьяну помощь нужна.
Я дернулась, осознав, как жалко выгляжу, выпрямила плечи, подняла подбородок и ответила, стараясь зубами не стучать, – уж больно меня потерянный вид вечно уверенного в себе мага пугал:
– Не надо меня отсылать. Я взрослая ведьма и готова ко всему. Что там?
Маг промолчал, вздохнув, отвернулся, развел руками, и дрогнула земля под ногами так, что я еле устояла, а потом сдвинулся сгоревший остов дома, открывая нам каменный подвал, в котором сваленные кучей друг на друге лежали остальные жители деревни.
– Мамочки! – прижала я руки к щекам. – Ой, мамочки!..
Айвен глянул так, что мне захотелось сквозь землю провалиться. Очень стыдно стало. Очень. Негоже ведьме на смерть так реагировать. Тем более той ведьме, которая с этой самой смертью в весьма теплых отношениях.
– Кто ж это так? – я подошла к магу, взяла его за руку. И как-то спокойнее стало.
Он мотнул головой и посмотрел на меня:
– Мне очень не хочется даже озвучивать свое предположение, потому что оно слишком дикое…
– И все же?
Я закрыла глаза и потянулась посмотреть так, как умею… И тут же в ужасе вздрогнула: не было в этих телах даже отголосков душ. Будто высосали их полностью.