Страница 72 из 97
Армия империи становилась тем горнилом, в котором ковались новые кадры. Да, по многим профессиям приходилось дополнительно учиться и после армии, но задел был уже сделан, а для многих и выбор жизненного пути становился ясным.
Вот этим созиданием и координацией всего и занималось управление полковника Маршина. Тяжелая, хлопотная, кропотливая работа. Работа, столь нужная империи.
Леночка им очень гордится.
Впрочем, были у полковника Маршина и «Особые папки». Папки, с личными делами тех, чьи судьбы находились «на контроле» на самом верху. По ним велась отдельная работа, и ничего не оставлялось на волю случая. Каждый шаг в карьерной или профессиональной деятельности персонала «Особых папок» был последовательностью накопления опыта и обучения на пути к определенной цели, которая чаще всего была неясна и самому Александру Тимофеевичу.
И он чувствовал, что он сам является такой же «Особой папкой».
Где-то там. Наверху.
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА
Коммерсантъ. 28 апреля 1920 г. «Предупреждение генерального прокурора САСШ Палмера»
Вчера в ведущих американских газетах напечатано предупреждение генерального прокурора США Александра Палмера о готовящихся 1 мая восстаниях и терактах. Палмер пишет, что, по данным господина Дж. Гувера, возглавляющего общий отдел разведки прокуратуры США, страну ожидает «Общенациональное восстание в субботу». Отмечается, что на фоне китайских погромов сил прокуратуры и местной полиции может не хватить и необходимо мобилизовать национальную гвардию.
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МОСКВА. КРЕМЛЬ. ДОМ ИМПЕРИИ. ПОСТЕЛЬ ИХ ВЕЛИЧЕСТВ. 28 апреля 1920 года
— Давно мы здесь не были.
— В постели?
— Конкретно в этой постели.
— Невелика потеря. Вообще же, я ностальгирую только по той, нашей первой постели, в Марфино, прочие же, даже самые роскошные и удобные, для меня все одинаковы. Главное, чтобы ты была рядом со мной.
Капризно:
— Кстати, в Марфино постель была жестковата. Ты мне чуть все рёбра тогда не отбил.
Возражаю смиренно:
— Скорее не столько рёбра, сколько кое-что другое. Постель, может, и была жесткой, но она была самой сладкой в моей жизни. И, вообще, я тебе целовал твои губки. Что-то я не заметил, что тебе это не понравилось или твои губки возражали.
Благочестивый вздох.
— Да, уж, ты был просто ненасытен тогда.
Ухмылка.
— Себя вспомни. Уж ты-то что вытворяла!
Усмешка.
— Это была просто реакция организма на стресс. Не зазнавайся на свой счёт.
Целую её в макушку.
— Слов умных понабирались, ваше величество? По попе захотели?
Поцелуй в моё плечо и умелый перевод темы:
— Ой, испугал. Боюсь-боюсь. Кстати, тебя вчера так и не было в спортзале. Не смог вырваться?
Пожимаю плечами.
— Да, было много работы по Маньчжурии. Как говаривал старина Мюллер: «Вообще, там будет интересно в ближайшие недели».
— Это в «Семнадцати мгновениях» было?
— Ага. А вы как провели время с Натали?
Ответное пожатие плечами.
— Весь день рассматривали каталоги модных платьев. Модные тренды и всё такое. Ты же знаешь нас – девочек..
Улыбаюсь и щелкаю её по носику.
— Так я тебе и поверил. Колись, синяк откуда?
Вздох.
— Ухажер ущипнул.
— И ты ему не сломала руку?
— И даже не пристрелила.
Интересуюсь:
— Почему он тебя ущипнул за плечо, а не мягкое что-нибудь?
Сокрушенный вздох.
— Сама не знаю, я уж и так подставляла ему попку, и сяк, а он, гад, как даст в плечо..
Улыбка.
— Понравилась ты ему видать! Хотя живо себе представляю, какой синяк оставил бы приклад от АФ-20 или ПД-20 на твоей попке.
Печальный вздох.
— И не говори..
Мы помолчали. Не удержавшись, вновь начинаю:
— И всё же твой прыжок был авантюрой и идиотизмом. Никогда себе не прощу. И больше не разрешу, заруби себе на носу. Даже не уговаривай! Это просто безответственно!
Императрица поморщилась.
— Ой, прошу тебя, не начинай. Всё уже благополучно кончилось. Я даже ногу тогда не сломала.
— Ага. Обошлись растяжением.
— Да ладно, я даже не хромала.
Удивленно поднятые брови.
— Это когда ты не хромала? На людях и перед камерами, или тогда, когда я после этого нёс тебя на руках?
Улыбка.
— Когда ты меня нёс на руках, я не могла хромать априори. На руках-то! И, вообще, с каких это пор ты меня отказываешься носить на руках?
— Не переводи разговор на другую тему! Это было опасно и безрассудно! Я уж не говорю о полосе препятствий. Это же был ужас! Молодая, красивая женщина, да ещё и императрица, а такое вытворяла!
Томный вздох.
— А может, мне нравится, когда я беспомощная лежу у тебя на руках..
Мрачно:
— Очень смешно.
Маша подняла голову и лукаво посмотрела мне в глаза.
— Ты меня любишь?
Хмыкаю.
— Люблю. Что надо?
Смех.
— Твои подозрения в моей меркантильности беспочвенны. Молодая красивая женщина может и хочет позволить себе некоторые траты на себя.
С подозрением спрашиваю:
— И на что на этот раз?
— На шпильки и булавки.
— Мадам, вы не по средствам живёте! Вы и так с Иволгиной жжете патроны, как целый пехотный батальон!
Возмущенное:
— Не пехотный, а десантный! И потом, тебе что, жалко потратить на жену какие-то паршивые патроны?!
— А потом «ухажеры» ставят тебе на плече синяк? И это происходит регулярно!
Смешная гримаска.
— Не будь букой и дозволь девочкам порезвиться!
Хмуро:
— Ладно, что хочешь?
— Тир в Доме Империи неудобен. Трудно отрабатывать весь комплекс.
— Ага. И как вы там из крупняка до сих пор не стреляете?!
— Вот! Ты меня понял!
Сердито:
— О, Господи, твоя воля! Вот только давайте без этого! Это Кремль! Езжайте на полигон! И вообще, что за увлечения у девочки?! Это Иволгина на тебя плохо влияет! Лучше бы вы платья рассматривали в каталогах! Мне бы это дешевле обходилось!
Маша деланно насупилась.
— Жадина-говядина, турецкий барабан!
Деланно огрызаюсь:
— Сейчас дам по попе.
Женские хитрые потягушки в ответ. Улеглась поудобнее и милостиво увела тему разговора на менее меня раздражающее:
— Расскажи анекдот к месту.
Изображаю задумчивость.
— Хм. К месту – это «по попе»? Ну, вот, например. Объявление: «Обществу слепых требуется секретарша, приятная на ощупь..»
Смешок.
— А я приятная на ощупь?
Провожу рукой хозяина по всем дивным местам молодого, очень тренированного тела и киваю.
— Ты – великолепна. Только вот никакому обществу слепых я тебя не дам щупать. Как, впрочем, и зрячих.
Хищная улыбка.